Иная
Шрифт:
«Папа будет искать, это хорошо, – подумал я. – И чем быстрее найдет, тем лучше».
– Идем, – сказал вслух и махнул рукой в направлении своего дома.
– А ты ничего, Тимур, храбрый и добрый, – заговорил мальчишка серьезным тоном, а я остановился, пытаясь сообразить, откуда он знает мое имя. – Жаль, что у тебя не получится в наш мир переместиться. Виталину береги. Она владеет Даром Пробуждения, поэтому очень важна для обоих миров. И марсианам не отдавай раньше положенного срока. Нельзя торопить события, всему свое время. Так папа говорит, а он никогда
И мальчик исчез. Растворился в темноте. В это же мгновение зажглись вечерние фонари, осветив пустынную улицу. И одиноко стоящего меня посреди этой улицы с бессознательной девочкой на руках.
Я стал растерянно озираться по сторонам. Что это было? Тоже эмоции? Похоже, сумасшедший здесь я…
Сознание возвращалось медленно. Сначала, не открывая глаз, прислушалась. Тишина. Ощутила, что лежу на мягкой поверхности, мне тепло и уютно. Двигаться совсем не хочется, да и сил нет. Потом вспомнила, что произошло, резко открыла глаза и подскочила. Но тут же успокоилась, оглядевшись по сторонам.
Знакомое светлое помещение, беспорядочно заставленное мебелью. Диван, два мягких кресла с обивкой оливкового цвета, на стене напротив – визуальная панель. Слева от входной двери еще один диван, большой, светло–зеленого цвета, на котором, собственно, сижу я. В центре помещения стеклянный столик, чуть поодаль несколько стульев и четыре удобных трансформирующихся кресла.
Гостиная в доме Тимура, значит, упала я в его руки. Это хорошо. Стилл деактивирован, значит, отдыхала я не меньше пяти минут. А вот это странно.
В этот момент в комнату вошел Тимур с двумя чашками в руках. Я сразу же бросилась к нему с одним–единственным желанием – заглянуть в глаза.
– Как себя чувствуешь? – спросил Тимур, ставя чашки на стол.
– Я в порядке. А ты?
Приблизившись вплотную, уставилась на друга. Тимур как ни в чем не бывало схватил меня в охапку и привычно усадил к себе на колени, удобно расположившись в одном из кресел.
– Пока не понял, но жить буду, – сказал он, не сводя с меня карих глаз. – Надеюсь, долго и счастливо. Правда, почему–то мне кажется, что уже не так спокойно, как раньше. Эмоции, как я успел заметить, вносят приличный беспорядок в мысли и действия. И, полагаю, могут доставить немало проблем бывшему равнодушному. Без тебя мне не обойтись, Витошка.
И он улыбнулся. Впервые в своей жизни улыбнулся по–настоящему, тепло и искренне. Я с трудом удержалась, чтобы не расплакаться от счастья. Смотрела на него и глазам не верила. Всегда холодный, отстраненный и ко всему безразличный, с отсутствующим взглядом, мой близкий друг, почти брат, теперь стал совсем другим. Живым. С приятной улыбкой на красивом лице. С веселыми искорками в сияющих карих глазах. Даже не верится, что еще час назад эти глаза были бесцветными и ничего не выражающими, а лицо бледным и каменным.
Словно желая удостовериться в том, что не сплю, провела рукой по коротко остриженным серым волосам, по щекам, по шее.
– Эй, ты чего это? – потрепал он меня по волосам. – Решила заняться разведением плесени в моем доме? Ну уж нет, бросай это неперспективное и неприбыльное занятие. Давай–ка лучше отметим твой дебют в роли художника, пока чай еще теплый. Отличная картина, кстати. Когда ты успела ее нарисовать?
– Давно, – вытирая слезы рукой, ответила я, удивившись, с какой легкостью Тимур заговорил фразами своего отца. – Потом подарила Доминике, а она договорилась с ректором и разместила ее в галерее. Знаешь, сегодня волшебный день, как в сказке. Случаются чудеса, и исполняются мечты.
Тимур снова улыбнулся. А я, спохватившись, затараторила (оказывается, я это очень даже умею):
– Слушай, тебе нужно пройти скрининг в медицинском центре для подтверждения нового эмоционального статуса и внесения изменений в личные данные. А для начала неплохо бы сделать общее сканирование организма.
– Я уже, как только ты познакомила меня с цветом моих глаз, – Тимур достал из кармана брюк маленький листок и протянул мне. – А скрининг пройду обязательно, чтобы не устраивать неразбериху в Академии в первый учебный день. На днях заскочу в какой–нибудь медцентр.
– Обнаружены признаки эмоционального переутомления, – вслух прочла я, тщательно проговаривая каждое слово.
Интересно, Тимур теперь ЭЛ или полуЭЛ? Пока не совсем понятно, но если судить по блеску глаз, то ЭЛ. Ладно, скрининг определит. Вероятно, через некоторое время изменится и его цвет волос, они больше не будут серыми. Тимур станет еще красивее.
Я повернулась к другу и крепко его обняла. Невероятно, но чудеса все же случаются.
– Витошка, давай отложим наш разговор до завтра, мне пора собираться на работу. Да и тебе не мешало бы переодеться и отдохнуть. Пей чай, потом провожу тебя домой. У нас еще будет время все обсудить.
– Конечно, прости, – тут же вскочила я на ноги. – Совсем забыла, что у тебя сегодня дежурство.
– Сидя удобнее, – Тимур улыбнулся и, потянув меня за руку, усадил на соседнее кресло.
С удовольствием выпив чашку ароматного, еще не успевшего остыть травяного напитка, я наконец расслабилась. И сразу же почувствовала, как скопившееся напряжение покидает мое вялое тельце, уступая место нарастающей сонливости. День был длинным и насыщенным. Слишком насыщенным.
Смутно помню, как Тимур проводил меня, держа за руку. Кажется, я напоследок обняла друга, пожелав ему легкого патрулирования без происшествий. Потом, на ходу раздевшись, отправила короткое сообщение Доминике, заверив, что я дома и у меня все хорошо. После этого сразу же отправилась спать, чувствуя себя смертельно уставшей, но при этом безумно счастливой.
Чудеса случаются. Это факт.
Глава 3