Инферно

Браун Дэн

Мы не можем убежать от них навсегда.

Стук солдатских ботинок по каменном полу раздавался теперь на расстоянии приблизительно в двадцать футов и все приближался. Человек вошел во второй зал, и если бы прошел до конца, то конечно, обнаружил бы их двоих, сидевших скорчившись за узким постаментом Венеры.

– Сиенна Брукс, - внезапно объявил человек, слова прозвучали совершенно четко.

Сиена вздрогнула рядом с Лэнгдоном. Ее взгляд метнулся вверх, определенно ожидая увидеть, что солдат уставился на нее. Но там никого не было.

– Сейчас

они проверяют ее ноутбук, - голос продолжал звучать на расстоянии приблизительно в десять футов.
– У меня еще нет отчета, но это был определенно тот же самый компьютер, который мы выследили, когда Лэнгдон получил доступ к своему гарвардскому почтовому ящику.

Услышав эти новости, Сиенна повернулась к Лэнгдону, не веря своим ушам, глядя на него в упор с выражением шока… и затем предательства.

Лэнгдон был точно также ошеломлен. Так вот как они нас отследили?! Это даже не пришло ему в голову в то время. Мне просто была нужна информация! Прежде чем Лэнгдон успел принести свои извинения, Сиенна отвернулась с каменным выражением лица.

– Все верно - ответил солдат, подойдя ко входу третьего зала и оказавшись буквально в двух метрах от Лэнгдона и Сиенны. Еще пару шагов и он бы наверняка их заметил.

– Точно, - объявил он и подошел на шаг ближе. Внезапно солдат замолчал.
– Подожди секунду.

Лэнгдон замер и сжался от страха, что его обнаружат.

– Оставайтесь на связи, я теряю вас, - произнес солдат, и затем отступил на несколько шагов во второй зал.
– Плохая связь. Продолжайте … - Он прислушался на мгновение, затем ответил.
– Да, я согласен, но по крайней мере мы знаем, с кем имеем дело.

Потом его шаги затихли в гроте, прошуршали по гравию, и затем полностью исчезли

Плечи Лэнгдона смягчились, и он повернулся к Сиенне, глаза которой горели со смесью страха и гнева.

– Ты использовал мой ноутбук?!
– требовательно спросила она.
– Чтобы проверить свою электронную почту?

– Прости … я думал, что ты поймешь. Мне нужно было узнать —

– Понятно, как они нашли нас! И теперь они знают мое имя!

– Я приношу извинения, Сиенна. Я не понимал, что …- Лэнгдон страдал от своей вины.

Сиенна отвернулась от него, безучастно уставившись на выпуклый сталагмит на задней стене. В ближайшую минуту они оба молчали. Лэнгдону было любопытно, помнит ли она, что за вещи лежали на ее столе - афиша спектакля “Сон в летнюю ночь” и газетные вырезки о жизни юного вундеркинда. “Догадывается ли она, что я видел их?” Даже если догадывалась, она не задавала вопросов. Лэнгдон доставил ей достаточно неприятностей, чтобы не говорить об этом.

– Они знают, кто я, - повторила Сиенна, ее голос был таким слабым, что Лэнгдон едва слышал ее. За следующие десять секунд Сиенна несколько раз медленно вздохнула, как будто пытаясь свыкнуться с этой новой реальностью. Лэнгдон ощущал, что делая так, она медленно укреплялась в своем решении.

Без предупреждения Сиенна вскочила на ноги .
– Нам нужно идти, - сказала она.
–

Им не придется долго выяснять, что нас нет в галерее костюма.

Лэнгдон встал вместе с нею.
– Да, но идти … куда?

– В Ватикан?

– Куда, прошу прощения?

– Я наконец уяснила, что ты прежде имел в виду … что Ватикан имеет общего с садами Боболи.
– Она двинулась в направлении небольшой серой двери.
– Это - вход, правильно?

Лэнгдон утвердительно кивнул.
– Фактически, это выход, но я полагал, что стоило попытаться. К сожалению, мы не сможем пройти.
– Лэнгдон многое слышал из диалога охраны с солдатом и понял, что этот дверной проем заблокирован.

– Но если б мы смогли пройти, - сказала Сиенна с оттенком озорства, вернувшегося в ее голос, - ты знаешь, что это означало бы?
– Слабая улыбка теперь соскользнула с ее губ.
– Это означало бы, что сегодня дважды тебе и мне помог один и тот же художник эпохи Возрождения.

Лэнгдон вынужден был усмехнуться, ведь та же самая мысль возникла у него несколько минут назад.
– Вазари. Вазари.

Сиенна улыбнулась еще шире, дав понять Лэнгдону, что простила его, во всяком случае пока.
– Я думаю, это знак свыше, - полусерьезно заявила она.
– Мы должны пройти через эту дверь.

– Хорошо…и мы вот так просто пройдем мимо охранника?

Сиенна хрустнула костяшками пальцев и направилась к выходу из грота.
– Нет, я скажу ему пару слов.
– Она обернулась к Лэнгдону, огонь вновь разгорелся в ее глазах.
– Поверьте мне, профессор, я могу быть очень убедительной, когда это необходимо.

Снова послышались стуки в ту маленькую серую дверь.

Настойчивые и нескончаемые.

Охранник Эрнесто Руссо от досады зарычал. Очевидно, вернулся тот странный солдат с холодным взглядом, и совсем уж невовремя. В футбольном матче по телевизору шло дополнительное время, у “Фиорентины” было игроком меньше, и судьба её висела на волоске.

Стуки не смолкали.

Эрнесто был неглуп. Он понимал, что утром было какое-то происшествие - все эти сирены да солдаты - но он был вовсе не из таких, что вмешиваются в дела, которые их напрямую не касаются.

В чужие дела вмешиваются только психи. (ит.)

C другой стороны, тот солдат был явно с полномочиями, и проигнорировать его было бы неразумно. В Италии теперь трудно было найти работу, даже самую нудную. Взглянув напоследок на игру, Эрнесто оторвался от экрана и направился к двери, по которой колотили.

Ему до сих пор не верилось, что платят ему за сидение весь день в каморке перед телевизором. Пожалуй, раза два за день из внешнего мира появлялась какая-нибудь важная делегация, проделавшая весь путь от галереи Уффици. Эрнесто её приветствовал, отпирал металлическую решётку и пропускал группу через ту маленькую серую дверь, за которой и заканчивалось их пребывание в садах Боболи.

Теперь, когда удары в дверь стали настойчивей, Эрнесто открыл стальную решётку, прошёл за неё и запер её за собой.