Инферно
Шрифт:
– Нет, – ответил Крэш. – Конечно, не знаю. С чего бы он сказал мне об этом?
«Чертов трепач! Когда же он наконец доберется до сути дела?»
– А действительно, с чего бы? – спросил Телмхок, обращаясь к своему роботу. – Он не знает. Понятно. Понятно. – Он тщательнейшим образом обдумал и эту информацию. – Это становится совсем интересным, не правда ли, Стенмор? – вопросил он робота, а потом слова погрузился в раздумья.
– Да, сэр, несомненно, – отозвался робот и умолк. Похоже, робот Стенмор разделял привычку своего хозяина сообщать нужные сведения в час по чайной ложке.
Все
– Профессор Телмхок, в данную минуту я возглавляю самое значительное и трудное расследование, какое только бывало предпринято на этой планете. Ситуация очень сложная и требует моего неотлучного присутствия. У меня нет времени созерцать ваше недоумение по поводу моего незнания о завещании Правителя или следить, как вы обмениваетесь мнениями с вашим роботом. Если вы знаете, кто выбран новым Назначенным Правителем, либо владеете сведениями, которые могут оказаться мне полезны, скажите мне об этом сейчас, четко и коротко. В противном случае я вынужден буду арестовать вас за то, что вы прерываете официальное расследование. Вам понятно?
– О Боже мой! – Телмхок выглядел как угодно, но только не испуганно. – Конечно! Простите меня! – воскликнул он слегка смущенно.
– Хорошо, – продолжил Крэш. – А теперь – кто избран новым Назначенным?
– Вы. Вы избраны, – все еще несколько смущенно ответил Телмхок.
В гробовом молчании Крэш пытался осмыслить то, что услышал.
– Простите? – переспросил он.
– Да вы же, – произнес Телмхок. – Вы – Назначенный Правитель.
– Я не понимаю, – сказал Крэш, чувствуя, как у него подгибаются колени. – Я? Назначенный? Какого черта Грег мне не сказал об этом?
– Ну, это понятно, – ответил Телмхок. – Правитель изменил свое завещание всего десять дней назад. Вы и есть Назначенный.
– Прошу прощения, профессор, но вы ошибаетесь, – подал голос робот Телмхока. – Альвар Крэш не Назначенный.
– Гм-м? Ах, да-да. Ты совершенно прав, Стенмор. Я не принял во внимание ситуацию в целом. Совершенно верно.
Крэш взглянул на робота профессора с непередаваемым облегчением. Телмхок, старый бюрократ, конечно, все напутал.
– Что же не так? – спросил Крэш. – Кто же в таком случае является Назначенным?
– Никто, – ответил Стенмор. – Вы смещены с должности Назначенного в момент кончины Грега.
– Простите? – не понял Крэш.
– Вы были Назначенным Правителем. Но, по законам Инферно, в момент смерти Хэнто Грега вы автоматически занимаете его пост.
– Письмо, Стенмор, – попросил Телмхок.
Робот вынул конверт из саквояжа и протянул его Крэшу, который взял его совершенно машинально.
– Я уполномочен передать вам это письмо в случае смерти Хэнто Грега в соответствии с его распоряжениями.
– Но я не знаю, как… – голос Крэша прервался. У него перехватило горло так, что он не мог больше выдавить ни слова.
Ольвер Телмхок встал и нервно улыбнулся, пожимая ему руку.
– Мои
Тирло Верик сидел в уютном кресле в своей уютной комнате и молча злился на то, что его никуда не выпускают.
Что с того, что его кровать была мягкой, ковер чисто пропылесосен, а шкаф набит красивыми нарядами на любой вкус и размер, что в ванной были все возможные виды мыла, шампуня и крема! Что с того, что эта комната была такой же удобной, как и та, где он провел прошлую ночь, здесь же, в Резиденции, – собственно, они были похожи как две капли воды. Он был узником. Он не мог уехать отсюда. Он мог встать с кресла и подойти к двери, даже открыть ее, но по ту сторону стоял робот-охранник. Верик мог выглянуть из окна в сад, но там маячил еще один сторожевой робот.
Роботы! Он окружен этими роботами. Вероятно, это было наказание за то, что он позволил втянуть себя в финансовые дела «железного» бизнеса. Ему не следовало ввязываться в эту отвратительную авантюру. Поселенцу лучше вообще оставаться в стороне. Но ведь прибыли были такими огромными! Да и сам он даже пальцем не касался грязных сторон этого промысла.
И что теперь могут дать ему эти прибыли? Вот он сидит здесь, запертый, отгороженный от всего мира, и никто ничего не пожелал ему объяснить! Никто не потрудился рассказать, за что его здесь держат.
Дверь отворилась, и Верик с радостью увидел, что это охранник, человек принес ему поднос с едой.
Он преисполнился восторгом, поскольку изголодался по человеческому обществу. Ведь Верику постоянно требовалось внимание других, аудитория, кто-то, с кем можно поболтать. А Пимен подходил как нельзя кстати. К тому же Пимен был единственной связью Верика со внешним миром и единственным источником информации.
Без сомнения, они послали к нему с подносом человека, а не робота потому, что надеялись, что у него развяжется язык и он сболтнет что-нибудь лишнее. Ладно, можно и поиграть. Лучше уж Пимен, чем какой-нибудь робот, который никогда ни в чем не признается.
Верик был неплохим актером. Он достаточно напрактиковался в искусстве давать поблажку людям, чтобы они уступали ему там, где необходимо. Для него сейчас было очень важно очаровать этого застенчивого и доброго парня.
– Рейнджер Пимен! – возгласил он, вставая. – Я так рад увидеть вас снова.
– Я… я принес вам поесть, – неуверенно промолвил Пимен, ставя поднос на стол. – Надеюсь, вам понравится…
– Наверняка, – подтвердил Верик, направляясь к столу.
Пимен повернулся к выходу, но Верику не хотелось, чтобы тот ушел так быстро.
– Постойте! – воскликнул он. – Я сижу здесь один уже целый день. Неужели вы должны покинуть меня так скоро?
– Да нет, – пробормотал Пимен. – Я… я могу остаться на пару минуток.
– Чудесно, – сказал Верик, демонстрируя свою самую лучезарную улыбку. – Присядьте, присядьте на минуту, – попросил он. – Учитывая, что произошло, вы, рейнджеры, должно быть, с ног сбиваетесь.
Пимен присел на краешек стула, поближе к двери, и Верик устроился напротив, стараясь подбодрить беднягу, но так, чтобы не спугнуть.