ИнфоСфера
Шрифт:
Оружейная комната это совсем небольшой зал с нишами. В каждой нише специальный стенд. Становишься в него, из углублений выползают манипуляторы, впиваются в крепления брони, проворачивают шнеки и бронированный костюм раскрывается наподобие цветка. Всё ты голый.
Облачение в броню тоже занимает считанные секунды, главное не перепутать нишу, а то в каждой строго определённый тип боевого костюма. Каждый из нас умеет пользоваться любым, даже обычным армейским, но специализацию никто не отменял. Например, качественно стрелять из дырокола способны только «рефы». Мне такой костюмчик, как зайцу пятая нога.
А вот размеры
И когда я говорю, что Мёд коротышка, то имею в виду, что он на семь миллиметров ниже меня. Трикс же, на пять выше, и уже поэтому здоровяк. Постороннему отличий, конечно, не заметно, тем более, что человеческий рост величина непостоянная и всегда колеблется. Например — утром человек немного выше чем вечером. В общем, впервые увидев строй армейцев вряд ли отличишь одного от другого — телосложения и рост одинаковые, причёски у всех — короткий полубокс. Но отслужив пару месяцев начинаешь замечать уйму отличий, присущих отдельным индивидам. А уж если с кем раззнакомишься по настоящему, то уже не перепутаешь.
Хотя всё это имеет значение только при отключенном нейрокоме. Когда ты в сети у каждого армейца на левой стороне груди написано имя и род деятельности. У горожан этих надписей нет, но у них другая крайность, они выглядят словно попугаи, размалёвывая своё изображение максимально пёстро и не похоже на остальных. В армии же с этим строже — система сама «одевает» каждого в соответствии со званием и должностью.
Да и выключать нейроком могут далеко не все. В обычных нейрокомах даже функции такой нет — отключить. Отключается он только вместе со смертью хозяина, а если по каким-то другим причинам, вроде сбоя, то следом умирает и владелец. Перезагрузку и ту проводят в специальных клиниках под присмотром специалистов. Практически каждый горожанин всю жизнь подключен к ИнфоСфере.
Есть, конечно, узкая прослойка общества, те самые кодеры, которые умудряются находится не в сети. Но и в их случае нейроком вовсе не выключается, а просто блокируется несколько основных каналов связи с ИнфоСферой. А ещё есть места где связи просто нет по техническим причинам и вот тогда нейроком переходит в дежурный режим, который по ощущениям схож с полным отключением. Обыватели этого пугаются до жути, думая, что вот вот помрут.
Ох. Срань какая. Память накатывает волнами. Кажется череп сейчас раздуется, как надувной шарик. Если бы воспоминания хоть упорядоченно всплывали, а то разрозненными кусками лезут, словно тараканы из всех щелей. Сплошной сумбур в голове.
Мы гурьбой ввалившись в кубрик. После двухдневного пребывания в доспехах все первым делом глянули на дверь душа-очистителя, но поскольку вожделенная кабинка в четырёхместном кубрике только одна, то... Нет, я, конечно, мудрый, добрый и справедливый командир, но какого хрена я должен кого-то ждать, если я тут главный? Пусть ждут остальные неудачники.
С наглой харей и под завистливые взгляды товарищей я первым вошёл в кабинку очистителя прямо в комбезе пропахшем потом, пылью и ещё чем-то непонятным, но довольно вонючим, аж глаза ест. Активировал вибродуш на полную и стянул грязный
Так что приходится раз в неделю посещать дроида-парикмахера, чтобы причёска соответствовала уставу. Но я считаю лучше так, чем полное облысение. Особенно когда исчезают ресницы и вся пыль сразу попадает в глаза.
Через пять минут выхожу довольный и посвежевший, беру новый комбез из синтезатора, натягиваю неспеша. Представляю как растянусь сейчас на койке и, наконец-то, расслаблю булки.
Тут-то перед глазами и замигали алые буквы:
\\Сообщение от: капитана медицинской службы Марии Ивановны Илиницкой.
\\«Чет Клоун немедленно явитесь в отделение иплантологии»
– Да едрить жеж твою за ногу!
– не сдержал я разочарования замерев в пяти сантиметрах от любимой кроватки.
– А! Майор небось вызывает на разбор полётов?
– ехидно поинтересовался Трикс одной ногой уже стоя в кабине очистителя.
– Так тебе и надо, сатрап. А вот мы щаззз дремать, а потом как завалимся в бордель, пока все воюют и очередей нет.
– Скорее всего медицина его вызывает, - после пятисекундной паузы просчитал ситуацию стратег Мёд.
– У него же был приступ с потерей памяти.
– Тогда завидую. После душа лицезреть несравненную Мариванну самое оно. В каком-то смысле даже лучше борделя, - со вздохом пожал плечами Трикс и скрылся в душевой.
– Кстати, на счёт медицины, - полуоборачиваюсь к Мёду и хитро прищуриваюсь.
– Нога не беспокоит, может тоже в медотсек сходишь?
– Не, я это... после душа тугую повязку наложу, будет достаточно, - конец фразы Мёд произнёс очень неуверенно.
Это он под моим взглядом осознал наконец, что после выхода из десантного бота совсем забыл, что нужно прихрамывать. Летел к кубрику, как здоровый, вприпрыжку.
– А... Ну тебе виднее, братан, - я невозмутимо, будто не имел ввиду ничего такого, похлопал его по плечу и направился на выход.
Пусть теперь мучится и раздумывает: заметил я его промах с хромотой или просто проявил участие и заботу.
Всё это время Дуос безучастно стоит облокотившись о стену и меланхолично ждёт своей очереди в душ. И только сейчас до меня дошло, что снайпер не мог не заметить, что упал Мёду не на ногу, а на ранец. Но когда мы были в вентиляции почему-то не возразил на обвинения медика. Что это — сговор или желание прикрыть товарища? По лицу Дуоса прочитать ничего невозможно, это даже эмпату Триксу удаётся нечасто. Стоит себе снайпер, чуть улыбается, как идио... в смысле, как обычно. Что у него в голове вряд ли догадывается даже сам господин майор, да не упомянётся имя его всуе.
Ну и ладно. В конце концов, Дуос не обязан докладывать мне абсолютно обо всём.
* * *
Медицинский отсек встретил запахом больницы. Тем самым запахом - стерильным и старинным. Семь тысяч лет прошло, а больница до сих пор пахнет специфически. И это не смотря на то, что лекарства теперь не хранятся в шкафах, а синтезируются сразу, что больные не стоят в бесконечных очередях, что инструменты теперь не кипятят, что... В общем, врачи больше не делают ничего такого, что делали в больницах в моё время. А запах всё равно остался. Мистика какая-то.