Инк
Шрифт:
— Я отвезу тебя в больницу.
— Не нужно, я всего лишь ударился головой. Пройдет.
— А если сотрясение?
— меня не тошнит и голова не кружиться. Все ок.
Я с сомнением посмотрел на Данника. Выглядел тот не очень. Я не мог довезти его до города оставить. Вдруг ночью ему станет плохо? Даже если он обманщик, все равно остается семнадцатилетним парнем в чужом городе, да еще и иностранцем. Денег совсем нет, где же остановиться на ночь? И тут меня осенило. Моя тетя Наташа, мамина сестра живет в Киеве! Я даже когда то записывал адрес в телефон, думал съездить
Через полчаса мы приехали в Киев. Уже совсем стемнело, дождь закончился. Я въехал в спальный район, где у тети Наташи была квартира, и, после некоторых блужданий нашел нужный номер дома. Данник держался на ногах не очень твердо, и я его придерживал на всякий случай. В таком вот виде, повалившись друг на дружку, мы и предстали перед тетей Наташей, когда она открыла нам дверь. Последний раз я гостил у нее с мамой лет пять назад. После открытия двери наступила минута тишины, только глаза у тети Наташи становились все больше и больше, пока не достигли размеров небольших блюдец. Я не стал дожидаться, пока они вырастут до размеров тарелки и, откашлявшись, поздоровался.
— Вы наверно не помните меня. Я сын Лены.
Ее круглое доброе лицо расплылось в улыбке.
— О Боже! Да конечно я помню тебя, Андрюшка! Просто растерялась! Какими судьбами ты тут? Проходи, проходи.
— Долго рассказывать. Это мой друг Данник.
— Оу — прокомментировала Тетя Наташа, глядя как я осторожно усаживаю Данника в коридоре и снимаю с него обувь. — Ты очень вырос. Стал таким взрослым.
— Мой друг неважно себя чувствует. Он поскользнулся и сильно ударился головой. — ответил я на немой вопрос. — Если мы вас не стесним, нам нужно где то переночевать.
— Конечно, оставайтесь. Муж в рейсе, а мне спокойнее, когда мужчина в доме.
В конце коридора высунулись друг над дружкой три детских головы, и две кошачьих. Я совсем забыл. У тети Наташи трое детей.
— Ванечка вполне может пожить в комнате Саши. А вас я расположу в его комнате.
Ваня бросил на меня отнюдь не дружелюбный взгляд.
— Нам бы помыться я и переодеться. Мы основательно промокли и все вещи тоже мокрые.
— Да. Конечно. Я приготовлю комнату, а вы идите в ванную, прямо по коридору. Я поищу у мужа что нибудь и принесу вещи прямо туда.
— Спасибо, тетя Наташа, ты нас спасаешь.
— Да о чем речь.
Тетя Наташа открыла боковую дверь, и на нас вылетело что то огромное и лающее.
— Бантик, фу! Фу, гадкий пес!
Бантик! Да этого волкодава нужно было назвать Киллер или хотя бы Полкан, думал я отдирая от себя сорокакилограммовую тушу. Бантик твердо решил повалить меня на пол, так, на всякий случай.
В ванной я для верности посидел рядом, когда Данник мылся — боялся, как бы он не упал и не приложился еще и о чугунную ванну. Тогда точно без скорой не обойдемся. Потом отвел его спать и помылся сам. Тетя Наташа смотрела на
А открыл глаза от странного ощущения, что за мной наблюдают. И уставился на всколоченное существо с огромными зелеными глазищами, напоминающее тролля. Оно наклонилось на мной почти касаясь своим носом моего. Тут же мне заложило уши — противная сущность завизжала и до меня донесся дробный топот откуда то с коридора. От неожиданности я резко сел и мохнатый комок с истошным воплем «мяуууу» отлетел в другой конец комнаты, отчаянно шипя. Строгий голос отчитывал кого то.
— Саша! Ты чего кричишь? У нас гости! Немедленно иди умываться!
Дети. Кошки. конечно, я у тети Наташи. Ну и пробуждение! Еще не вполне придя в себя я глянул на Данника — тот уже встал, и вышел в коридор. И разу же споткнулся о что то мягкое и теплое. Послышался жалобный скулеж и Бантик укоризненно посмотрел на меня.
— Я не специально, не смотри на меня так!
Черт возьми! Почему эта собака решила растянуться поперек двери в нашу комнату?
Из кухни потянуло вкусным запахом. Всюду доносился шум, детские голоса, звук льющейся воды, и крики
— мама, скажи Ване, он забрал мою заколку!
— Мама. Где мои носки?
— Я не знаю, где мой рюкзак!!!
— А Саша опять дереться!
От всего этого веяло благополучием и семейным счастьем. Я словил себя на мысли, что меня вовсе не раздражает некоторое сумасшествие утренней суматохи с множеством детей и зверей. Это нормальная жизнь, не то, что у меня.
Тут из кухни выглянула тетя Наташа с полотенцем в руках.
— А, Андрей, ты уже проснулся. Иди позавтракай, пока не остыло.
Я кивнул и отправился в ванную.
Помывшись, я зашел в кухню и обнаружил там данника, уписывающего за обе щеки, довольного жизнью. Больше того, этот мелкий паразит успел подлизаться к тете Наташе, нахваливая все что видел.
— какая вы молодец, что справляетесь без мужа. С тремя детьми наверно нелегко! Как уютно у вас на кухне! До чего же вкусно вы готовите!
И тетя Наташа теперь смотрела на него с симпатией, подкладывая в тарелку добавку.
— А ты подхалим — сказал я ему, но бесстыжий даже не покраснел.
Судя по здоровому аппетиту, чувствовал себя Данник неплохо. Шишка осталась, но это ерунда, главное, что не сотрясение. После завтрака он быстро оделся и сказал, что пойдет смотреть Киев. Я чувствовал, что Данник мне врал, но не мог понять в чем именно. А в моем положении каждая крупица информации ценилась на вес золота.
Тетя Наташа ушла отводить детей в школу. Я остался в пустой квартире. Вопросы, которые крутились в моей голове, понравились бы старику Достоевскому — что делать? И кто виноват? Мое путешествие было напрасным, я не разобрался в происходящем. Наверно нужно возвращаться домой. Кстати о доме, нужно сделать то, чего я очень боялся — позвонить родителям. Нехотя я набрал нужный номер.