Инок
Шрифт:
Машина зашла на крутой вираж и начала постепенно терять высоту. Внизу небольшим голубым пятачком блестело озерко. То самое, которое и являлось конечной точкой их маршрута.
Подступающие почти вплотную к самым его берегам три скалистые горные вершины делали их обрывистыми и малопригодными для посадки. Но Северцев, по всей видимости, оказался здесь уже не в первый раз.
Внизу вдруг появился маленький клочок абсолютно ровной земли, которая приближалась очень быстро. И вот, наконец, шасси мягко коснулись травы и, слегка подпрыгнув,
Глазам людей открылось зрелище, описать словами которое не стоит даже пытаться. Необыкновенной красоты горное озеро в лучах восходящего солнца походило на сказку. Кристально чистая и очень холодная вода превращала его в один огромный родник на вершине горного хребта. В солнечных лучах с берега дно просматривалось метров на десять – пятнадцать. Но рыбы видно не было. Наверное, она тоже внимательно наблюдала за тем, что происходит на берегу, и спешила вовремя укрыться в густых зарослях водорослей.
Словно в огромном зеркале на идеально гладкой поверхности отражался весь окрестный пейзаж. Каменные россыпи на горных вершинах в свете едва показавшегося из-за соседних скал солнца отливали каким-то особенным розоватым оттенком.
Небольшую поляну, где притих уставший вертолёт, обступала плотная стена густого хвойного леса. Новая, добротно срубленная изба, баня, веранда – всё это говорило само за себя. Несмотря на всю свою удалённость от человеческого жилья, место выглядело довольно обжитым. Замков нигде не было. Видимо, воров в здешних местах не особо боялись, ведь дорога сюда только одна, по воздуху.
Напарник Игоря Мишка оказался менее восприимчив к красотам природы. Он успел уже натаскать целую кучу дров для костра и сейчас пытался развести огонь. А после того, как пламя весело затрещало, пожирая сушняк, выпачкавшийся с ног до головы новоявленный бортмеханик подошёл к товарищу и слегка толкнул его локтем в бок:
– Чего стоишь, рот разинул? Пошли за дровами. Потом будешь озером любоваться.
Разгоревшийся костёр внёс определённый уют и оживление в зябкую прохладу раннего утра. Огонь охотно принимал все подношения, взамен которых щедро одаривал окружающих его людей своим теплом. Успевший прокоптиться до степени дальше некуда котелок недовольно шипел, подставляя пламени свои мокрые бока.
В камышах вдруг послышалась странная возня, а ещё через минуту громкое кряканье возвестило о том, что утиное семейство уже проснулось и с радостью встречает показавшееся из-за гор солнце. Радуясь восходящему светилу, в лесу весело щебетали птицы. Их разноголосые трели сливались в одну-единственную, прекрасную и неповторимую мелодию раннего летнего утра. Метрах в пятнадцати от берега шлёпнула хвостом по воде крупная рыба, нарушив тем самым зеркальную гладь озера.
– Ты чего, Михаил, стесняешься? Забрасывай удочки.
Комбат обращался к товарищу Игоря.
– Сейчас всё сделаем, товарищ командир, – вновь засуетился Мишка.-
Чего стоишь, как истукан?
Он протянул
– Мы же не в казарме. Здесь всё по-другому. Чувствуй себя свободным, ну, например, как птица в полёте. А вот когда в часть вернёмся, там дело другое, там устав.
Парень говорил с видом знатока, человека, видавшего виды. Игорь незаметно для друга вдруг улыбнулся.
Ребята уселись на насиженных кем-то уже местах, закинули удочки.
– Вот Васька Деменёв, что меня стажировал, рассказывал, что командир отпустил его в отпуск за то, что тот поймал вот такого леща.
С этими словами Миха раздвинул руки до упора.
– Да ну! Пожалуй, чешешь!
– Всё так и было. Хочешь – верь, а хочешь – нет. Твоё дело.
Он замолчал.
В общем – то, такой вариант окончания рыбалки казался вполне приемлемым. Хотя, пожалуй, размер рыбы стоило немного подкорректировать. Отпустить в отпуск солдата – для командира задача не – сложная. Куда труднее поймать леща подобных размеров. Игорь размышлял, внимательно наблюдая за поплавком.
Через полчаса полного молчания они вновь разговорились.
– Как дела идут? Ловится рыбка или нет?
– Да так, пару ершей – мелочь. И я три штучки вытащил. На уху хватит. Пошли, а то нас потеряли, наверно.
– А-а, вот и наши рыболовы.
Отцы-командиры были уже явно навеселе. Они громко смеялись и размахивали руками.
– Ну, Сергеич, давай, заваривай ушицу. Ты ведь спец по этому делу. Уж я-то знаю. Голос комбата выделялся среди остальных. Сейчас он обращался к Северцеву. Ребят совсем не интересовала вся эта болтовня, но уйти они не могли. А если сказать точнее, то уходить здесь было просто некуда.
К тому же, прислушавшись повнимательнее, можно понять, что все эти пьяные россказни вовсе не лишены определённого смысла. И порою, становилось даже интересно.
А уха между тем, удалась действительно на славу. Уплетали за обе щеки. Игорь старался не отставать от друга. И это, надо признаться, ему удавалось. Голод плюс свежий воздух хвойного леса и обилие пищи на столе легко объясняли неплохой аппетит.
Где-то высоко вверху, прямо над их головами, бесшумно кружил одинокий коршун. Птица то вдруг замирала на одном месте, то начинала описывать окружности, радиус которых каждый раз всё увеличивался и увеличивался.
– Ага, кажется, собираются. Мишка тронул товарища за плечо.
– Кто собирается?
– Известно кто, все, конечно пойдут, кроме нас с тобой, естественно.
– Да куда пойдут-то?
– Ты чего, прикидываешься или правда, не знаешь. На охоту, конечно, куда же им ещё идти-то здесь? 3верья хватает. Только вот лесные жители тоже нынче умные стали. Под пули не лезут, а бегут, соответственно, сломя голову, и как можно дальше.
– Михаил, ты за старшего.
Сзади послышался немного хрипловатый голос Северцева.