Инсайдер
Шрифт:
Невиллу не хотелось раскрывать местонахождение своего дома, но ему нужны были сведения о крупных аллигаторах.
– Значит, двенадцати футов длиной?
– Угу. И я был бы вам благодарен, если в вы их прикончили. Не нравится мне, когда я проверяю датчики, а вокруг плавают эти великаны.
Помедлив несколько минут, Невилл осторожно кивнул.
– Плывите назад, как плыли сюда, потом сверните в первый канал налево. Там проплывете две мили среди ив. У меня единственная хижина в этой стороне Лафурша. Я подумал, что, наверное, приятно будет время от времени иметь компанию.
Мужчина кивнул. Он получил то, что ему требовалось.
– О'кей.
Он
– Адиос! – рванув вперед, крикнул мужчина, перекрывая рев мотора, и умчался прочь.
Минут через двадцать, когда мужчина уже не сомневался, что оставил Невилла и его излишне любопытного пса далеко позади, он выключил мотор и бросил якорь. Нацелил фонарь на воду, подержал его так несколько минут и насчитал за это время десять пар желтых глаз, отражавших яркий свет. Затем он прошел на нос, вытащил труп из парусинового мешка и с помощью толстых цепей подвесил блоки к шее, запястьям и щиколоткам трупа. Передохнул и поистине геркулесовым усилием перекатил все это за борт. Труп и блоки шлакобетона с громким всплеском погрузились по очереди в воду. К тому времени, когда мужчина, вооружившись фонарем, нацелил его на темную воду, на ней оставалось лишь несколько пузырей. У аллигаторов будет этой ночью пир.
Мужчина повернулся и направился к рулевому колесу. Он воспользуется предложением Невилла заехать, наверное, раньше, чем предполагал обитатель Луизианы. Восхода солнца Невилл уже не увидит.
«Гольфстрим-IV» оторвался в ночи от взлетно-посадочной полосы в Сент-Крос, с грохотом пролетел над залитым огнями большим нефтеперерабатывающим заводом и, удалившись на сто миль над Атлантикой, полетел на север. Затем повернул на запад – к Майами.
Атмосфера в самолете была мрачная. В тот день пятеро ответственных сотрудников, тихо сидевших сейчас в пассажирском отсеке самолета, подробнейшим образом представили свою фирму некоему богатому господину, живущему на острове. Несколько дней назад он заявил, что хотел бы предварительно познакомиться с их компанией. Директорам отчаянно нужны были деньги, и они тотчас вылетели на Сент-Крой, желая убедить его стать их партнером. Их компания фактически была банкротом, хотя лишь немногие вне управленческой команды знали, насколько плохи дела.
По окончании презентации инвестор решил не хвататься за «величайшую в его жизни возможность», как ему это было преподнесено. Он почувствовал отчаяние, пронизывавшее строгие костюмы директоров и их излишне уверенную, излишне любезную манеру поведения. Они отвечали на его вопросы общими фразами и уклончиво, да и слишком уж быстро примчались к нему. Будучи опытным инвестором, он знал, что за чрезмерной услужливостью обычно скрывается настоятельная необходимость, а настоятельная необходимость чаще всего является предвестником финансовой катастрофы, к чему он никак не желал иметь отношение.
Время для директоров истекло. На текущем счете компании не было достаточно денег, чтобы выплатить жалованье сотрудникам в конце недели, банк больше не дал бы им кредита, а поступления от заказчиков текли все убывающим ручейком. На следующий день исполнительному директору придется пригласить в Нью-Йорке адвокатов и попросить их составить документы о банкротстве. Других вариантов не было.
Исполнительный директор смотрел сквозь окно в темноту. Подача документов о банкротстве позволит выиграть время, но и только. Без крупного вливания
Через несколько минут после взлета бомба была задействована по проводу, который тянулся из багажного отсека к переключателю носового оборудования. Как только колеса полностью ушли в фюзеляж, автоматически пошел отсчет времени, который должен был окончиться через тридцать две минуты, когда самолет окажется над той частью Атлантики, где большая глубина и сильные течения. Где все остатки самолета и летевших в нем исчезнут навсегда уже через две-три минуты после взрыва. И где аварийный локатор, если его электронный пульс выживет после взрыва, заглохнет через двадцать четыре часа, так и не приведя к месту катастрофы спасателей или расследователей.
Мужчина, стоя на палубе яхты, всматривался в звездное небо, напряженно вслушивался. Он знал, что самолет где-то недалеко, и, по мере того как протекали секунды, все с большим трудом сдерживал нетерпение... и волнение. Наконец он услышал вой моторов, а через несколько секунд заметил крошечную вспышку от взрыва бомбы. Потом он увидел большую вспышку, когда огонь перекинулся на баки с горючим и они взорвались, разбрасывая осколки самолета, ливнем искореженного металла полетевшие к воде.
Мужчина медленно выдохнул. Как быстро – одну за другой – осуществил он две чрезвычайно сложные миссии. Его шефы будут довольны. И дело будет жить.
Глава 1
Июнь 1999 года
– Сколько вы получаете?
– Вы имеете в виду жалованье или все вместе с компенсацией? – не без задней мысли спросил Джей Уэст. Он только при крайней необходимости раскрывал секретную информацию – даже в такой ситуации, когда от него ждали быстрых и исчерпывающих ответов на все вопросы.
– Какая цифра дохода стояла в прошлом году в вашем «У-2»? «У-2» – это форма, которую ваш наниматель направляет вам в январе, чтобы вы знали, какую сумму должны сообщить в Налоговое управление.
– Я знаю, что такое «У-2», – спокойно произнес Джей, не выказывая раздражения саркастическим тоном интервьюера. Молодой мужчина, сидевший в конференц-зале через стол от него, был, как и Джей, в темном деловом костюме. Вот только костюм у этого человека был сшит на заказ. Он был явно новый, из более добротной материи и идеально облегал его мускулистое тело. А Джей купил свой костюм в магазине, и, несмотря на все старания портного, костюм сидел мешковато. – Коммерческий банк, где я работаю, выдает мне кое-какие премии, которые не фигурируют в «У-2», так что мои доходы на самом деле больше, чем...
– Что за премии? – грубо спросил интервьюер.
Джей с минуту изучал этого мужчину со светлыми, коротко подстриженными волосами и недружелюбным, с квадратной челюстью лицом, пытаясь понять, является ли такое конфронтационное поведение вынужденным или врожденным. Он слышал, что компании на Уолл-стрит часто подвергают тех, кого хотят нанять, по крайней мере одному стрессовому интервью, чтобы посмотреть, как те будут реагировать. Но если этот малый играет, ему можно выдать за такой спектакль премию Ахадемии киноискусства.