Инстинкт женщины
Шрифт:
— Что-нибудь случилось? — спросил директор, когда заместитель вошел в его кабинет, как обычно тяжело дыша. Заместитель курировал самое важное направление в их работе, занимаясь непосредственно политическими вопросами.
— Случилось, — мрачно ответил заместитель, — у нас появились сведения, что кто-то начал осторожно выяснять подробности о методах охраны высших должностных лиц в нашей стране.
— Ну и что? Может, какой-нибудь журналист готовится тиснуть очередную сенсационную статейку, — улыбнулся директор. — Или вы увидели в этом какой-то особый тайный смысл?
— В
— Покушения? — Он не хотел скрывать своего презрения к этому толстяку.
— Да, покушения, — подтвердил заместитель, доставая платок и вытирая лицо.
— Вы хотите сказать, что у вас есть достоверная информация о покушении на президента? И вы до сих пор молчите?
— Не совсем, — смутился генерал, — не на президента. И это не информация. Один из наших осведомителей сообщил, что в последнее время начали интересоваться охраной некоторых чиновников, руководителей различных структур, в том числе и государственных, даже охраной министров. Агенту пока не удалось выяснить, кто и зачем интересуется этими вопросами, но такие сведения уже появились.
— В нашей стране высшие должностные лица — это президент, премьер, спикеры парламента, председатель Конституционного суда. Неужели вы до сих пор этого не знали? — хмуро спросил директор.
— Я оговорился, — мрачно поправился генерал. — Я имел в виду чиновников, занятых на государственной службе. В том числе и министров, — осторожно напомнил он.
— Это не высшие должностные лица. Это обычные чиновники. Как и мы с вами, генерал. У вас появилась конкретная информация, что кого-то из наших министров хотят ликвидировать?
— Нет, — задыхаясь, ответил генерал, — но один из наших агентов сообщил, что он слышал о том, как кто-то интересовался организацией охраны государственных чиновников.
— Есть более конкретная информация?
— Более точной нет. Но мы дали указания нашему агенту получить ее.
— Правильно, — кивнул директор, — кто этот агент? Почему я ничего не знаю о нем?
— Вы его знаете. Это Путник. Помните, я вам докладывал о нем в прошлом году.
— Вы же говорили, что он выходит на пенсию? Мы его исключили из числа активных агентов.
— Верно. Но в нашем отделе он проходил по дополнительному списку. Был в нашем резерве. После ухода на пенсию он ушел из своего отдела, но на пенсии не усидел и теперь устроился в управление кадров МВД. На рядовую работу. Мы ему, конечно, помогли с устройством.
Это было одно из самых секретных направлений работы Федеральной службы безопасности. Ее агенты были внедрены не только в криминальные структуры, но и в правоохранительные органы для возможного контроля этих организаций со стороны контрразведки. В прежнем КГБ, еще при Юрии Андропове, был создан отдел, занимавшийся контролем за правоохранительными органами, в составе которых иногда появлялись предатели, работавшие на криминальные структуры.
— Вы хотите сказать, что этот вольнонаемный полоумный пенсионер сообщил вашему сотруднику
— Пока подробностей мы не знаем. Но я считал необходимым доложить вам это.
— Откуда сотрудник Министерства внутренних дел может знать о таких вещах? — начал злиться директор ФСБ. — Или они решают, как избавиться от собственного министра?
— Я считал необходимым доложить обо всем вам лично, — обиженно задышал генерал.
— Считайте, что доложили. Кто ведет вашего агента?
— Майор Прыгунов.
— Пусть передаст его полковнику Авдонину. Я поручу ему заниматься этим пенсионером. А Прыгунов пусть работает непосредственно со своими агентами.
— Вы считаете это серьезным сигналом? — удовлетворенно спросил генерал. Полковник Авдонин не был сотрудником отделов, которые он курировал. Он возглавлял группу сотрудников секретариата, которую курировал лично директор ФСБ.
— Во всяком случае, нужно проверить, — отрезал директор, давая понять, что не собирается больше распространяться на эту тему. Они говорили еще несколько минут, и, когда заместитель выходил из кабинета, директор напомнил ему:
— Не забудьте про Путника. Пусть Авдонин примет его у Прыгунова. Прямо сегодня. Я распоряжусь.
Когда генерал наконец ушел, директор долго и задумчиво смотрел на телефоны, стоявшие перед ним. Восемь телефонов выстроились в ряд, словно ждали его указаний. Дважды он протягивал к ним руку. И дважды убирал. Он знал, как прослушиваются все телефоны Федеральной службой правительственной связи и охраной президента, бывшими управлениями КГБ, ставшими ныне самостоятельными структурами. Он даже не может полагаться на собственные телефонные аппараты. Наконец, в третий раз, его рука потянулась уже к селектору.
— Пригласите ко мне Авдонина, — приказал он своему секретарю.
Через десять минут полковник Виктор Авдонин вошел в кабинет директора ФСБ. Среднего роста, лысоватый, в очках, он был похож на преподавателя средней школы. Однако Авдонин считался одним из лучших аналитиков и был мастером спорта по пятиборью.
— Садитесь, — пригласил его директор. Он встал со своего места и включил магнитофон. Его кабинет был оборудован самыми мощными техническими средствами, включая генераторы шумов и сверхсовременные скремблеры, позволявшие исключить всякую возможность любого подслушивания. И тем не менее он включил на всякий случай еще и магнитофон, словно не доверяя даже своим помощникам и секретарю, которые находились в приемной.
— Что у вас по нашей проблеме? — спросил директор.
— Пять человек, — сразу ответил Авдонин, — Сергей Галустян, Керим Гусейнов, Вячеслав Звонков, Валериан Гогоберидзе, Петр Прокопчук. Они были на встрече в ресторане «Прага». Самые известные криминальные авторитеты стран СНГ. Мы сфотографировали всех выходивших из здания людей. Пятеро криминальных авторитетов.
— Кто еще был там?
— Известные бизнесмены, — доложил Авдонин, — Валентин Рашковский, Эдуард Симаковский, Юрий Перевалов и Леонид Кудлин. Четыре бизнесмена и пять авторитетов.