Инстинкт женщины
Шрифт:
— Я согласен, — торопливо сказал Гусейнов. — Для меня твое слово — закон. Зачем обижаешь? Я ведь всегда был на твоей стороне.
— Кто еще хочет гарантий? — спросил Рашковский. — Никто? Прекрасно. Наш друг Леня сделал всем прекрасный подарок. Сейчас он его нам представит.
За несколько минут до этого скучавшая в соседнем номере Марина вдруг услышала женские голоса. Откуда? Ведь Рашковский арендует весь этаж. Открыв дверь, она увидела, как в апартаменты Рашковского гуськом тянутся молодые девушки. Кое-кто увидел Марину
Она вошла, обдав Марину ароматом восхитительных духов. Если ее подруги были топ-моделями, то это была их королева. Она была намного выше высокой Чернышевой. Чуть раскосые глаза, пышные светлые волосы. «Крашеная», — с неожиданной злостью подумала Марина. У девушки были чувственные полные губы, идеальные пропорции лица, фигуры. Марина вдруг почувствовала себя старой, неуклюжей, непричесанной уродкой, которой много лет и которая неизвестно что здесь делает… Девушка села на диван, потом, взглянув на Марину, неожиданно спросила по-английски:
— Мне долго нужно ждать?
У нее был явный испанский акцент. Марина удивленно спросила:
— Вы говорите по-испански?
— Да, — обрадовалась девушка, — я из Боливии. А вы откуда?
— Я из Европы, — вздохнула Марина. — Давно прилетела?
— Только два часа назад, — охотно сообщила девушка. — Мне двадцать два года, и я первый раз в Турции.
— Ну это понятно, — Марина постепенно обретала душевное равновесие. Девушка была невероятно красивой дурой.
— Сколько тебе заплатили? — грубо спросила Марина, чтобы окончательно успокоиться. Но девушку вопрос не смутил, ведь она была на работе.
— Двадцать тысяч долларов, — сообщила красавица, — это наша ставка за три дня. Говорят, что султан Брунея платит сто тысяч. Но это только тем девушкам, которые ему понравятся.
«Дура», — почти радостно подумала Марина. Она уже готова была оправдать Рашковского и всех прочих. Разве можно отказаться от таких девочек!
Появление красавиц было встречено всеобщим восторгом. Пользуясь суматохой, Рашковский вышел в холл, позвав туда Кудлина.
— Нужно срочно найти замену Гусейнову, — сказал он. — Но не сразу, — предупредил Рашковский. — Пусть немного погуляет. Месяца через два-три. И без ненужного шума. Ты меня понимаешь?
— Да, — кивнул Кудлин, — кстати, ты помнишь топ-модель, которую показывали по Си-эн-эн два месяца назад? Ты еще сказал, что она тебе понравилась.
— Помню. А что?
— Она в соседнем номере.
— Как это в соседнем, там же Чернышева.
— Ну и что? Она просто сидит и ждет тебя.
— Какая ты сволочь, — добродушно ругнулся сразу все понявший Рашковский, — ты ведь специально
— Не нравится, — сказал Кудлин. — И мне не нравится, что она пришла именно сейчас сообщить тебе о рентгеновских снимках. Хочешь, я поспорю на доллар, что она сама звонила врачу?
— Может быть, — согласился Рашковский, — но она мой секретарь.
— Я видел, как она вошла, — упрямо сказал Кудлин. — Видел, как она на всех смотрела. Она их фотографировала своим взглядом.
— Когда получишь карточки, сообщишь мне, — разозлился Рашковский.
— Я тебе серьезно говорю, — вздохнул Кудлин. — Ладно, давай сделаем по-другому. Отпусти меня на три дня. Через три дня мы с тобой встретимся на приеме в Париже. Договорились?
— Хорошо, — согласился Рашковский. — Только одна просьба, забери свою топ-модель куда-нибудь. Или еще лучше — отдай ее Акперу. Парень целыми днями ходит рядом со мной — ни жизни, ни отдыха.
— Она обошлась нам в двадцать тысяч долларов, — напомнил Кудлин, — но если ты так считаешь…
Он повернулся и пошел, поманив за собой Иманова. Они вместе вошли в соседний номер. Увидев мужчин, красавица поднялась, заученно улыбаясь.
— Нравится? — шепотом спросил Кудлин. У Иманова перехватило дыхание.
— Вот карточка от другого номера, — дал ему ключ Кудлин, — можешь ее забрать на всю ночь.
— А как Валентин Давидович? — шепотом спросил Иманов.
— Он разрешает, — так же тихо сказал Кудлин, — ты свободен на сегодняшнюю ночь.
Кудлин поманил пальцем красавицу, и она вышла вместе с Акпером.
— Вам понравилась эта девица? — спросил Кудлин у Марины.
— Красивая, — спокойно кивнула она, — но кто это?
— Шлюха, — грубо ответил Кудлин, — обычная шлюха, только очень дорогая.
Она вздрогнула от его слов.
— Я не знала, что Валентин Давидович любит подобную экзотику, — с вызовом сказала она.
— Это вас шокирует? — он явно решил вывести ее из себя.
— Скорее удивляет, — честно призналась она. — Я могу уйти к себе в номер? — спросила Марина.
— Да, конечно, — кивнул он, — спасибо за ваше сообщение.
Кудлин вышел из номера и достал мобильный телефон, набирая номер Фомичева. Когда тот ответил, он спросил:
— Вы проверили квартиру Чернышевой?
— Проверили, — удивился Фомичев, — я же докладывал обо всем Валентину Давидовичу.
— Что-нибудь нашли?
— Ничего. По мелочам разные вещи. Но ничего подозрительного. Я думаю, что можно закончить проверку. Мы проверили ее кабинет и ее квартиру. Там все чисто. Можете не сомневаться.
Кудлин раздраженно отключил свой аппарат. Он и сам не знал, почему был так настроен против Чернышевой. Может, его раздражала ее внутренняя независимость. Или он действительно ревновал ее к Рашковскому.