Инстинкт
Шрифт:
Через час винты стали вращаться медленнее, вертолет пошел на снижение, и Лора поняла, что конец путешествия близок.
Прозвучала отрывистая команда майора Уэбстера:
— Приближаемся к цели. Приближаемся к цели. Приготовиться к контакту и полной локализации. До начала двадцать минут. Отсчет пошел.
В иллюминатор Лора видела, что вертолет кружит над небольшой плоской площадкой у подножия горного хребта, которая едва различалась в тусклом лунном свете — горы загораживали его источник.
Солдаты стали совсем неотличимы друг от друга в очках для ночного видения, закрывавших их лица. Все семеро спрыгнули на усеянную камнями землю, прихватив с собой ящики и ранцы защитной окраски. Лора не понимала смысла происходящего, но военные действовали не
Уэбстер подождал, пока ящики были выгружены из вертолета, и приблизился к Лоре.
— Извините меня, — говорил он сквозь вой замедляющих вращение винтов. — Вам все станет ясно в ближайшие полчаса, можете мне поверить. Пока же я должен обеспечить вашу полную безопасность, для чего ни на секунду не выпущу вас из виду. А на тот случай, если вам придет в голову мысль бежать, я лишь сообщаю, что мы находимся в северо-восточном районе Афганистана почти в двухстах километрах от ближайшего намека на цивилизацию, причем цивилизацию того рода, которая едва ли найдет время разбираться с белой женщиной, говорящей по-английски. — Майор улыбнулся, пытаясь сгладить шантаж, звучащий в последней фразе. — Вам нелегко приходится, я знаю, но даю слово — скоро все прояснится. — Он вручил Лоре очки ночного видения и надел такие же, подняв их на лоб. — А теперь идемте.
Они спустились на землю, как раз когда солдаты заканчивали все приготовления. Хотя Лора имела представление о стрелковом оружии, ничего подобного тому, что ее сейчас окружало, она не видела. Одно из устройств напоминало черный металлический зонт с голубыми лазерами вместо спиц, другое представляло собой трубу с вращающимся диском в торце и издавало резкий скрежещущий звук при нажатии спускового механизма. Все площадку покрывал плотный зеленый туман, сочащийся из установки, похожей на портативный генератор, скрещенный с роботом из «Звездных войн».
Каждый второй ящик был открыт, и там что-то пенилось и шипело. Один из солдат завершал регулировку каких-то менее объемных приборов, остальные прекратили всякую деятельность и устремили взгляды на майора Уэбстера, ожидая дальнейших распоряжений. Майор сделал шаг вперед. Его голос прозвучал громко и отчетливо, как звук солирующей трубы.
— Итак, ребята, согласно данным разведки, наведение серий А-22s и А-24s закончилось тем, что, помимо поражения заданной цели, они убили не менее одного человека. Поэтому будьте готовы к повышенному уровню агрессии. Миллс и Гаррет, займитесь светом и звуком, Картер и Джейкобс — за вами газ, Ван Аренн и Уэйнхаус — прикрытие и зачистка. И еще. Вы, наверное, заметили, что с нами гражданское лицо. Это доктор Лора Трент, генетик-энтомолог, лучший специалист в своей области. Мы впервые вводим ее в курс дела. Ван Аренн, нам понадобится живой неповрежденный образец. — Уэбстер замолчал и пристально осмотрел своих людей, ища на их лицах признаки сомнения. Не найдя таковых, он выкрикнул: — Отлично! Тогда — вперед!
Двое — как поняла Лора, это были Миллс и Гаррет — взяли оружие наизготовку и мерным шагом стали подниматься по склону. Остальные последовали за ними, но Лора уже не могла отличить их друг от друга, поскольку поверх обычного обмундирования они надели защитные балахоны, а лица полностью скрыли за фантастического вида масками, напоминающими противогазы будущего.
Завеса тайны не стала прозрачней. Хотя Лора теперь знала, что присутствием здесь она обязана своей компетенции в генетике насекомых, ее мысли лихорадочно метались в поисках связи энтомологии с решением военных задач. Возможно, они уничтожают урожай, чтобы лишить террористов продовольствия? Или внедряют организм-носитель для выведения продуктивных видов паразитов? А может быть, здесь отслеживают изменения в формах роя, чтобы выяснить, не отражают ли они присутствие человека? Поневоле Лора почувствовала возбуждение ученого. Ей предлагали участвовать
Уэбстер отвел ее к началу тропы, уходящей вверх к пещерам, и знаком показал, что они должны остановиться и ждать в небольшой нише между скалами, где ветер не столь силен. Он предложил ей кофе из своего термоса, но Лора отказалась, молча покачав головой.
Метрах в шестидесяти выше солдаты уже приближались к своей цели. Миллс, глядя прямо перед собой, отрегулировал индикатор расстояния, вмонтированный в его маску, чтобы определить точнее, где находится цель. Очень медленно и осторожно они продвигались вперед, но тут Гаррет замерла на месте и подняла руку, останавливая всех остальных. Сквозь завывание и свист ветра до них донесся знакомый плотный гул, знаменующий начало настоящей работы. Они переглянулись и обменялись кивками обезличенных голов — жутковатое зрелище, — подтверждая, что, как и Гаррет, слышат этот звук.
Миллс подошел ко входу в пещеру, снова проверил расстояние, обернулся к Гаррет и сделал ей знак приблизиться. Гаррет сняла пластиковый чехол с пояса, обнаружив хромированный яйцевидный предмет с черным зубчатым кольцом на одной стороне. Повернув кольцо на 180 градусов, она еще раз посмотрела на Миллса и опустила яйцо в темное отверстие стальной трубы. С противоположного конца трубы выскользнул щиток, снабженный спусковым механизмом. Гаррет направила трубу к центру пещеры и выстрелила.
Громкого звука не последовало — лишь густой протяжный гул, будто тысячекратно усиленный непрерывный сигнал электронных часов. Яйцо пушечным ядром вторглось в глубь пещеры, и Гаррет с Миллсом немедленно устремились вниз по тропе, отвернувшись от пещеры и крепко сомкнув веки. Последовавшая вспышка света была такой яркой, что осветила даже Лору и Уэбстера. Майор остался невозмутимым, но Лору слепящий белый сноп заставил подпрыгнуть — ей показалось, будто вся гора разлетелась на куски. Но когда свет погас так же быстро, как появился, она убедилась, что никаких изменений в окружающем ландшафте не произошло. Однако непрерывный гул, доносившийся из глубины пещеры, превратился в прерывистое жужжание.
Это стало сигналом для Миллса пустить в ход свое оружие. Оно еще не имело официального названия, поскольку было доставлено из Пентагона в том же виде, что и все прочее специальное оборудование для БРЭВИСа — в немаркированном ящике с серийным номером и комплектом инструкций по применению. Но поскольку военным в разговорах между собой надо было как-то различать все эти устройства, они сами давали им имена. Эту штуковину нарекли «журчалкой». Взведя курок, словно у охотничьего ружья двенадцатого калибра, Миллс навел «журчалку» на пещеру и крепко держал, пока сверкающая зонтичная конструкция бешено вращалась. Ноги Миллса дрожали, будто он работал с отбойным молотком, скорость вращения нарастала, один конец «журчалки» впился в его плечо, с другой стороны зонта срывались лазерные импульсы. Установка была источником низкочастотных колебаний, сотрясающих почву подобно землетрясению в конечной фазе. Если для людей такое воздействие было всего лишь неприятным, то живые существа меньшего размера испытывали ощущение, будто попали в барабан стиральной машины — не то что тебя постоянно бьют, но не сразу понимаешь, где верх и где низ.
Затем вращение лазерного зонта замедлилось, и постепенно все затихло. На этом этапе людям всегда требовалось какое-то время, чтобы привыкнуть к вернувшейся тишине. Когда наконец они были готовы, Миллс и Гаррет отошли в сторону и уступили место Картеру и Джейкобс. Именно в этот момент операция вступила в самую сложную стадию. На двух предварительных этапах часть целей всегда оставалась незатронутой: одни насекомые укрывались слишком глубоко в гнезде, другие отделились от роя в поисках пищи. С помощью укрепленных на шлеме датчиков движения Картер и Джейкобс могли видеть, что несколько таких особей проявляют активность. Нейтрализация угрозы с их стороны и составляла задачу нового этапа операции.