Инстинкт
Шрифт:
— Так что ж вы молчали? — спросила Гаррет.
— У нас все равно нет кальция.
— Но здесь же была лаборатория! Давайте искать!
Такеши, Сьюзен, Майк и Джордж принялись осматривать пол вокруг себя. Бишоп не пошевелился.
— Да не толкитесь вы на одном месте, разделитесь, мать вашу! — Окрик Гаррет подействовал на них, как кнут на стадо коров. — Торопитесь, эти твари скоро очухаются от световой бомбы. — Она повернулась к лейтенанту: — Картер, ты как?
— Гаррет? — Было видно: вот-вот, и сознание его покинет.
— Говори со мной. —
— Гаррет… — Веки почти скрыли лихорадочно горящие глаза Картера. Когда они сомкнулись, его тело обмякло.
— Черт возьми! Он умер? — спросил Уэйнхаус.
Гаррет разорвала рубаху на груди лейтенанта и приложила ухо к сердцу. — Бьется еле-еле. Эй, парень, вот уж чего нам не надо! Держись!
Но Картер ее не слышал. Его тело отчаянно пыталось одолеть яд, попавший в кровь.
Гаррет посмотрела на огни, разбросанные по первому уровню. Они напомнили ей блокпосты в Ираке. Чего только иракцы не придумывали, чтобы остановить их джип: надевали американскую форму, перекрывали дорогу сожженными автомобилями, подсылали якобы играющих детей. Но у них был строгий приказ — продолжать движение, невзирая ни на что. Стоит остановиться — и тебя убьют. Это было безвыходное положение: ты не хотел убивать ребенка, но и сам не хотел умирать. При любом варианте ты оказывался в проигрыше.
БРЭВИС с самого начала мало чем отличался от Ирака, и ей в этом спектакле досталось почетное место в первом ряду.
Теперь с ними не было Уэбстера, не было пути на второй уровень, не было лестницы, чтобы выйти наверх, — только толпа чудовищных насекомых, с которыми предстояло драться. Финального занавеса долго ждать не придется.
— Гаррет? Думаешь, мы отсюда выберемся? — спросил Уэйнхаус.
Она не подняла головы.
Глава 76
Тобиас Пейн ехал по Род-Айленд-авеню по направлению к дому Джонатана Стерна на Фоксхолл-Роуд. Он не любил там появляться, потому что такие визиты напоминали ему, какой путь наверх ему еще предстоит проделать. Хотя Пейн и окончил Йельский университет, состояние его семьи, вполне солидное, было все же слишком молодым, чтобы обеспечить ему прочное место в высших кругах общества.
В то же время Джонатан имел за спиной и хорошее образование, и старинную семью, что создавало прочную основу для восхождения к вершинам власти. Еще в Йеле он был одним из студентов, который вполне корректно разговаривал с Тобиасом и подавал этим пример остальным, однако никогда не приглашал его провести каникулы в семейном поместье в Хайянисе. [37]
37
Хайянис, или Хайянис-Порт, — курортный и портовый город на полуострове Кейп-Код, штат Массачусетс, где расположены поместья ряда богатейших семей Америки, в частности семейства Кеннеди.
Пейн свернул на подъездную аллею особняка
— Привет, Тоби. — Джонатан Стерн крепко пожал руку Тобиаса.
— Рад тебя видеть, Джон. Как поживаешь?
— Превосходно. Джин с тоником?
— Пожалуй, нет. Я за рулем.
Джонатан выглянул из окна гостиной и издал едва слышный звук, означавший брезгливое неодобрение: Тобиас выбрал автомобиль, слишком бросавшийся в глаза.
— Итак, — сказал он, снова поворачиваясь к гостю, — судя по всему, ты основательно встревожен. Поэтому я воздержусь от вопросов о Шарлотте и детях. Напомню только, что в следующий четверг мы ужинаем у Марселя.
— Спасибо, Джон.
— Насколько я понял, тебе нужна вполне определенная поддержка. В последний раз это произошло… Лет шесть назад?
— Около того. В Гренаде батальон пропал без вести. Ситуация была не из приятных.
— Именно. Что ж, никто не торопится с поисками. — Друзья обменялись улыбками, словно намекая на времена, когда они ускользали из бара, не заплатив по счету. Потом они расположились в глубоких кожаных креслах густого вишневого цвета, и Тобиас сразу приступил к делу.
— Джон, сейчас речь идет о БРЭВИСе.
— Жаль, — с досадой сказал Джонатан. — Твой паучий домик был весьма полезен, и не один год. Саудиты хорошенько почешут в затылках, прежде чем в очередной раз снизить цены на нефть.
— Не сомневаюсь. Так вот, по причинам, на объяснение которых я не хочу тратить твое время, осы вышли из-под контроля. Все защитные меры и возможности отхода исчерпаны, и мне нужно одобрение на ядерный удар. — Джонатан поднял брови, обозначая крайнюю степень внимания. Тобиас продолжал: — Поверь, я не стал бы обращаться с такой просьбой, если бы не абсолютная необходимость. Я уже пытался активировать взрыв отсюда, но связь с БРЭВИСом прервана, и сигнал не прошел.
— Понимаю тебя, Тоби, но ядерный взрыв — это слишком. Ты можешь сообщить мне еще какие-то подробности?
— Не слишком много. Когда я звонил, там внизу несколько человек были еще живы. Не уверен, что морпехи, с которыми я говорил, станут следовать инструкции, если это заставит их угробить друзей.
— Значит, возможна и утечка?
— Не думаю. Если мы сумеем произвести взрыв достаточно скоро, то те, с кем я говорил, не успеют уйти и разгласить нежелательную информацию.
— И на том спасибо. Итак…
— Итак, мне нужен приказ «четыре двадцать семь», чтобы обойти обычную процедуру и нанести удар с ближайшей авиабазы.
— М-да… Как бы я ни хотел помочь, боюсь, сейчас все сложнее, чем прежде. После теракта одиннадцатого сентября на любые отклонения от правил смотрят очень косо, особенно когда речь идет о ядерных ударах.
— Но я уверен, что ты можешь…
— Я-то пока могу добиться всего, что захочу. Только сейчас это требует гораздо больше усилий. Ты понимаешь, к чему я клоню? Объясни мне, почему я должен это сделать?