Intelheart 1

Умнова Елена

Разобравшись после обеда с посудомоечной машинкой (и ничего сложного, хотя казалось обратное), мы с Полиной почти синхронно отряхнули руки от невидимой грязи.

– Что теперь?
– спросила я.

– До ужина все!
– довольно ответила Полина.
– Можно заниматься своими делами. Чем ты хочешь заняться?

– А у меня пока одна забота. Интерлингва, - хоть и усмешкой, но все же обреченно ответила я.

– Ну не все же свободное время тебе ее учить. Ты уже и так неплохо говоришь, - запротестовала Полина, искренне сочувствующая такому положению

дел.

– Я понимаю неплохо, а говорю пока с трудом. Постоянно сбиваюсь на русский. К тому же надо проверить то, что я вчера так старательно учила. А то задолблю неверно, и буду потом мучиться переучиваться.

– Это лучше к Дэньке. Он легко проверит, что ты выучила. А я пока пойду, мирт проведаю. Хотя сомневаюсь, что ему от этого станет лучше, - уныло закончила девушка.

– Давай я посмотрю, - подорвалась я идти.

– Давай, когда будешь делать перерыв, а я пока...
– решила отложить скорою помощь умирающему Полина.
– Дэнька! Проверь, что Ажар выучила за ночь.

Рыжий невозмутимо подошел ко мне, когда Полина поспешно удалилась из пультогостиной.

– С какого момента проверять?
– деловито уточнил он, присаживаясь и буквально из воздуха извлекая мое вирт-окно с самоучителем.

– Да в принципе с самого начала, но я думаю первые темы можно легко пропустить. Там все проще простого.

– Хорошо, давай тогда с темы домашняя утварь, - легко согласился парень.

И он принялся задавать мне вопросы, слушать, поправлять, предлагать альтернативные варианты. Порой ему приходилось талдычить мне по сто раз. Чем дальше я его слушала, тем больше поражалась его терпению. Нормальный человек давно бы уже плюнул на это скучнющее дело, и уж точно не спрашивал меня одно и тоже по несколько раз в произвольном порядке, чтобы мне лучше запоминалось. Я, кажется, начинаю понимать, почему мне так упорно рекомендуют в учителя именно его.

Во время моего обучения в пультогостиную несколько раз заглядывала Полина, но вынуждена была удаляться ни с чем. Да уж! Не каждый профессиональный учитель так качественно будет заталкивать информацию в голову, как Дэн.

– А-а, все перерыв, - я запросила пощады раньше, чем мой экзаменатор.
– А то еще пара фраз и я постигну интерлингву на нематериальном уровне.

– Это как?
– не понял Дэн.

– Спроси что-нибудь еще и узнаешь как. Правда, я за свою адекватность после этого не ручаюсь!
– предупредила я, поднимаясь.

Парень озадачился.

– Пойдем лучше мирт посмотрим!
– вспомнила я.

Спрашивать он не стал, видимо, решил не рисковать.

Грузовой отсек встретил нас темнотой.

– А где тут свет?
– поинтересовалась я.

Дэн чуть наклонился, что-то сделал, и свет тут же зажегся. Мирт, точнее то, что от него осталось, стоял почти по центру, окруженный прозрачной оболочкой.

– Кто ж цветок в темноте-то растит!
– встрепенулась я, подходя к нему. Растение явно переживало не лучшие свои годы, гладкий ствол и веточки без единого листочка, смотрелись очень уныло и укоризненно.
– Ему же нужны свет и вода.

–

Это специальная упаковка для транспортировки, тут все предусмотрено.

– И как она ему заменяет свет?

Парень замялся, очевидно, не зная ответа.

– Давай в каюту его перетащим. Там же можно настроить, чтобы свет не выключался, когда я выхожу?
– предложила я.

– Можно, - лаконично ответил Дэн и немедленно взялся за исполнение.

Вскоре умирающий цветочек уже стоял у меня на столике, и я пыталась снять с него прозрачный колпак.

– А зачем снимать? Света недостаточно?
– и нельзя обвинить в отсутствии интереса в голосе, но и полноценным вниманием не назовешь.

– Конечно! Растению нужна еще вода и подкормка.

– Там все есть. Это специальный саморегулирующийся контейнер, - еще раз повторил парень. Издевается что ли? Неужели не видит, что растение умирает?

– Я и вижу. Дорегулировался, - сердито пробормотала я.
– Руками надо делать, а не автоматике доверять. Вот откуда она знает, что растение сбросило листья и ему нужен особый уход?
– я, наконец, сняла колпак и пощупала землю. Вроде бы влажная, но едва-едва. Если в достаточное количество удобрений я еще поверю, то вот полив дело особенное.
– Давай-ка, мы этого страдальца искупаем!

– Что?
– всерьез озадачился Дэн, на некоторое время, вынырнув из маски доброжелательно безразличия.

– Поливать, говорю, будем правильно, - разъяснила я.
– Как думаешь, есть тут дырочки в контейнере?

Дэн секунду погипонтизировал горшок, а потом протянул руку и что-то нажал на контейнере. Тот щелкнул и мирт, содрогнувшись, подскочил на пару сантиметров. Оказалось, что это не неисправная кнопка катапультирования, а всего лишь отмыкание креплений внутреннего контейнера. Вытащив его, парень продемонстрировал ряд дырочек в дне.

– То, что доктор прописал, - кивнула я.
– Пойдем?

– Куда?

– В ванную! Где еще по-твоему его купать?

Уже на месте, пока я набирала в предоставленное ведро воду, Дэн поинтересовался:

– Ты уверена?

– Угу, - не отвлекаясь от озадаченного разглядывания засохших веточек, ответила я.

– Ему хуже не станет?
– видимо не удовлетворился моим ответом Дэн.

– Хуже уже некуда, - обозрев весь масштаб проблемы, я оторвалась от созерцания и посмотрела в ведро.
– Ну, разве что он умрет совсем, безвозвратно. Похоже на Новой земле ему был совсем не климат, а теперь его добивает перелет. Не знаю, удастся ли спасти. Я не специалист по комнатным растениям.

– Но ты уверена, что его нужно купать?
– дотошно выспрашивал Дэн.

– Все растения лучше поливать погружением, а уж такое запущенно-пересушенное и подавно, - я скорее рассуждала для себя, незаметно перейдя на русский, чем объясняла парню.
– Чтобы ожить, ему нужна вода, а чтобы не залить, лучше поливать его таким образом. Тогда вся лишняя вода стечет и... Ой! Здесь же вода плохая, - неожиданно вспомнила я.
– Лучше бы его хоть бы пока не оживет поливать питьевой водой.