Интерфейсом об тейбл
Шрифт:
— Загрузка виртуальной реальности по моей команде, — произнес Ле-Мат. — Три, два, один…
И я оказался ЧЕРТ-ТЕ ГДЕ.
Вообще-то я по-прежнему находился в нашем бескрайнем и пустынном офисе на девятом этаже «Дома-Горы» и стоял футах в двадцати от Ле-Мата, но мои чувства сообщали мне совсем иное. Если верить моим глазам и ушам, я стоял в огромном виртуальном «пространстве» (другого слова не подберешь) кубической формы (длина одной стороны — приблизительно сто метров). Стены, пол, потолок — все было черное. Правда, и стены, и пол были расчерчены решеткой из белых линий (клеточки
Да, кстати — в мое тело был воткнут «Проктопрод». Не думайте, будто об этом факте органы чувств меня не информировали.
— Дже-ек? — шепнул мне в ухо Ле-Мат посредством шлемофона.
— От Джека слышу, — осадил я его.
— Ась?
— Макс, — прошипел я. — Теперь я — Макс Супер. Помнишь, ГУН-НАР?
— А-а. Ах да. Прости. — Гуннар на несколько секунд умолк. — Итак, Макс. Это вроде как наша тренировочная МПВшка?
— Ага.
— И как она? Откалибрована?
Я поглядел на пол, потом на правую стену.
— Да вроде. Метровая решетка похожа на метровую. Верх, низ, право, лево — все на месте.
— Потише шевели башкой. У меня уже морская болезнь начинается.
Я задумался, не предложить ли ему махнуться местами, но ограничился лишь лаконичным:
— Тады страдай.
— Ты прав, — смирился Гуннар. — Извини, больше не буду жаловаться. Ладно, следующий тест. На что похожа твоя внешность?
Я дотошно изучил свои руки и ноги, сделал несколько гимнастических упражнений, растрепал себе волосы и вообще предпринял все, что можно было сделать без зеркала. Похоже, все было в норме: черная куртка, черная рубашка, черные кожаные штаны, черные ботинки на шнуровке, сальный кок на голове, длинные бакенбарды.
— Я — Макс Супер, однозначно, — заключил я наконец, — но такое ощущение, будто все реальное во мне — голова да руки. Остальное какое-то мультяшное. Жидкое. В смысле, иллюзорное. Ни плотности, ни жесткости.
— Ладно, потом подправим, — буркнул Гуннар. — Начнем с самого главного. Попробуй сделать шаг.
Я сделал шаг. Шаг получился великолепно откалиброванный — ровно на один метр вперед.
— НИ ФИГА-А! — завопил в моей голове Гуннар. Я замер:
— Что такое?
— Ты правда движешься. Я хочу сказать — здесь. В реальности.
— Я ни обо что не споткнусь?
— В ближайшее время — нет. Но через двадцать футов врежешься в южную стену. Если все твои виртуальные передвижения будут совпадать с реальными, нам хана.
— И что ты предлагаешь? Гуннар похмыкал. Откашлялся:
— Попробуй пантомиму.
Повозиться пришлось немало, но наконец я придумал, как ходить по виртуальной реальности, не сходя с реального места. Я преодолел метров двадцать, до самой середины нашей виртуальной комнаты. — Ну как?
— Если не считать того, что ты вылитый Марсель Марсо из кабаре трансвеститов, — нормально. Попробуй походить навстречу ветру.
— Чего?
— Или покататься на велике. Нет, знаешь как давай: вообрази, что тебя заточили в огромной стеклянной банке и ты на ощупь пробираешься вдоль стенки.
— Гуннар?
— Да, Макс?
— Заткнись,
— Ладно, Гуннар, перехожу к бегу на месте. Набрав в грудь воздуха, я встал на цыпочки и попробовал перейти на стариковскую трусцу.
БАМ— М-М! Я вмазался в дальнюю стену с такой силой, что искры бы из глаз полетели -будь это в реальности. А так я ничего особенного не почувствовал, кроме легкого сотрясения в области э-э-э… грудной…
— Фьють! — присвистнул Гуннар. — Придержи коней, парень! Ну, как, получил кинетическую отдачу от лифчика?
— Угу. — Черт, зря мы не переименовали эту хреновину как-нибудь попристойнее… — Кстати, это я просто трусцой пробежался. Ты случаем не можешь засечь время на моем следующим забеге?
— Минутку, — раздалось клацанье клавиш. — Все, таймер включен. Стометровка сойдет?
— Ага. Иду на рекорд. Скажи, когда будешь готов.
— На старт, внимание… МАРШ!
Будь дальняя стена изготовлена не из самого виртуально-твердого материала в виртуальной вселенной — а, к примеру, из обычного цельного слитка закаленной стали в шесть футов толщиной, — я прошиб бы ее насквозь.
— Неслабо! — У Гуннара аж дух перехватило. — Ноль-запятая-два-пять-один-семь… — Макс, ты вышел за звуковой барьер! (Пауза). Ма-акс, ау?
— Все нормально. Просто… понимаешь, когда я о стену стукнулся, неприятные ощущения были — но не такие уж и сильные. Похоже, тут стоит какой-то хитрый амортизатор. — Я дотошно отсканировал свое виртуальное тело на предмет возможных разрушений. Ничегошеньки — даже рубашка не помялась. — Ладно, теперь многогранники, — Осторожно ступая, я прошел в виртуальный угол, к подножию нашей горы многогранников и погрузился в размышления о том, с чего бы начать.
Тест с многогранниками мы придумали в последний момент, дабы проверить новый интерфейс в плане манипуляций с предметами. Смонтировали штук триста многогранников разной величины — от бейсбольного мяча до «фольксвагена» — и свалили их в углу нашего виртуального полигона. Буквально в последнюю секунду мы сообразили, что осязание интерфейса тоже неплохо опробовать. Надергали из библиотеки с десяток первых попавшихся текстур и налепили на все объекты, до которых смогли дотянуться.
И потому теперь я стоял перед горой из сучковатых сосновых кубиков, отполированных мраморных тетраэдронов, футбольных мячей из змеиной кожи и как минимум одного додекаэдрона из сырого мяса. Коэффициенты плотности и массы мы тоже раскидали, как бог на душу положил. К примеру, вот эта маленькая хромированная пирамидка у моих ног весила столько, что в реальности мигом прорвала бы ткань пространства-времени и вывалилась незнамо куда.
Я пнул пирамидку ногой. Она отлетела футов на тридцать.