Интернат
Шрифт:
– Валите, валите! – отозвался он, не поддавшись на провокацию. – На улице как раз ночь, может вас там "снимет" кто-нибудь, или менты загребут.
– Менты загребут тебя! – крикнула Марина, – сегодня придут и заберут.
– Пускай приходят, – весело сказал Антон, – придут, дверь поцелуют и уйдут. Дверь закрыта, свет не горит – значит в квартире нет никого. А ломать дверь они не будут, права не имеют! Поняла?
– До свиданья! – сказала Марина выволакивая Дину на лестничную площадку.
– Счастливо! –
Он был уверен, что дальше подъезда девочки никуда не уйдут. А Марина была просто вне себя от такого поведения! Это уже не влезало ни в какие ворота!
– Ну и козел же твой брат! – сердито сказала она Дине.
Девочки поднялись на третий этаж и уселись на ступеньках. У Марины внутри все просто горело от злости и обиды.
– Знаешь, Дин, правильно твоего брата все в детдоме терпеть не могут! – злобно сказала она, – а я-то раньше гадала, за что его бьют старшие? А теперь поняла! Вот за это! Ну ничего, я его перевоспитаю! Вот мы сейчас посидим тут часа два, а он там с ума посходит, а потом мы вернемся, и он еще на коленях прощение просить будет.
– Ага, – согласилась Дина, – Антоса будет очень-очень за нас волноваться, он даже навелно не уснет.
– А вот это мне и надо! – злобно сказала Марина, – пусть он одну ночь с ума посходит, а потом будет думать, прежде чем с нами так обращаться!
– Малин, мы что тут будем всю ночь сидеть? – испуганно спросила Дина, – тут даже спать негде…
– Да Дин, ты права, – согласилась Марина, – в подъезде сидеть не вариант. Слушай, а пошли к пацанам? – вдруг предложила она, – переночуем у них, погреемся… А он пусть тут из-за нас нервничает и таблетки успокоительные пьет!
На улице была уже глубокая ночь. Во дворе лаяли собаки и шатались какие-то пьяные подростки, но Марина и Дина в полной уверенности, что что с ними ничего не случится, взялись за руки и пошли по плохо освященной улице, в темноту ночи…
Люба нажала на кнопку вызова и наконец-то услышала долгожданные длинные гудки. Да, именно гудки, а не фразу "Аппарат абонента выключен…"
– Вадик, ну почему я вечно не могу до тебя дозвониться? – взволнованно спросила она, когда Вадим наконец-то взял трубку.
– Люба, я говорить не мог, занят был, – объяснил он, – сейчас вот только включил. Что случилось?
– Мне Марина звонила!
– Номер записала?
– Да. Сейчас продиктую…
– Скоро перезвоню, – пообещал Вадим, и в трубке раздались короткие гудки.
Люба положила трубку, и стала ждать его звонка.
Она была очень взволнована. Марину, Дину и Антона безрезультатно искали уже три недели. Постоянно опрашивали знакомых и друзей, ездили по местам скопления бездомных детей. Беглецов и след простыл. Квартиру тоже проверяли, но она была закрыта. Больше всего, конечно, волновались за Дину. Ведь девочке нужна была реабилитация, таблетки…
Три недели от детей не было ни слуху, ни духу.
Где
– Живы! Здоровы! Слава Богу! – пронеслось в голове.
Она тут же сообщила радостную новость в детский дом, и все немножко успокоились. Теперь главным делом было найти беглецов, или убедить их вернуться.
Минут через десять, телефон снова зазвонил. Люба тут же взяла трубку.
– Я слушаю! – взволнованно сказала она.
– Ну что, пробили адрес, – радостно сообщил Вадим, – телефон домашний, живет там бабка одна, Сологуб Мария Ивановна. Знаешь такую?
– Не знаю, – ответила Люба.
– А Каменского Антона знаешь?
– Знаю, – ответила Люба, не понимая к чему он клонит.
– Ну так вот, – продолжил Вадим, – адрес у этой бабки Вольская, 142, квартира 56, а рядышком с ней, в квартире 57, знаешь кто прописан? Каменский Антон Павлович. То есть ты поняла, где твоя Марина? У жениха в гостях! Бабке сейчас звонили, она подтвердила, что были у нее девочки. Сначала одна, потом другая. Значит они там.
– Мать у них в другом городе, квартира закрыта, кто бы мог подумать, что у него есть ключ, – растерянно сказала Люба. – И что делать будем?
– Сейчас пошлю своих парней – погрузят, привезут, – спокойно сказал Вадим.
– Вадим, а давай я лучше сама туда поеду, поговорю, – растерянно сказала Люба, – нельзя же вот так…
– Да можно! – ответил Вадим. – А по-хорошему еще ремня им ввалить обоим, чтоб не повадно было!
– Вадик, понимаешь, Маринка – она очень сложная девочка, ей очень одиноко, у нее нет мамы которая объяснила бы ей что хорошо и что плохо, ей не хватает родительской заботы, ласки, – начала объяснять Люба.
– Ремня ей не хватает, – сердито сказал Вадим, – я чувствую, с этой девчонкой мы не соскучимся! Я сейчас отпрошусь и сам, наверное, туда поеду.
– Вадик, а может все-таки лучше я поеду? – опять попросила Люба, – я с ними поговорю, объясню всё…
– Люба, да ты что такая наивная? – удивился Вадим. – Ты что, думаешь, что они тебя в квартиру пустят? Закроются и будут сидеть как мышки! Я еще сам не знаю, как мы их будем оттуда выкуривать, может под дверью караулить придется! Дверь-то ломать мы не можем.
– Вадим, только без лишней строгости, – попросила Люба, – это ведь не какой-то преступник, это ребенок.
– Хорошо, постараюсь быть максимально добрым, – улыбнулся Вадим.
А Дина и Марина благополучно дошли до мальчишек и даже не замерзли. Ночь была теплая и очень звездная, светлая.
– Дима-ан, вылезай! – крикнула Марина, заглядывая в колодец.
В колодце послышались возня и перешептывание, и через минуту оттуда выглянул испуганный Димка.