Интернетки

Русанов Александр

Димка заехал ровно в полдень. Шесть улыбающихся физиономий встретили завтрашнего именинника хитрыми взглядами, и мужчины обменялись крепкими рукопожатиями. Все припасы и вещи были загружены, и компания отправилась за город. Владимир понимал, что выпытывать детали завтрашнего сценария он не имеет морального права, а приятели вообще не поднимали тему охоты – разговоры крутились вокруг работы и женщин. Дима вёл свой микроавтобус без резких манёвров и по салону растёкся запах спиртного, разлитого по стаканам.

– Вы совсем сдурели, гады? До места не потерпеть? А если ГАИшники тормознут? Они же меня на экспертизу потащат! – завозмущался водитель.

– Так

тебе никто и не наливает. Ты знай, крути баранку и на педали нажимай, с ментами разберёмся. Тебе всё равно нельзя, так что не завидуй, – последовал ответ.

– Хрен с вами, жрите, только не насмерть. Тебе, Толстый, ещё с егерем договариваться.

– За это не волнуйся, я по телефону уже всё с ним обсудил. Нас ждут.

Так незаметно, за тостами и анекдотами, компания и добралась до места. Охотничий домик находился почти на берегу озера, к которому вела тропинка, а потом лестница, так как чистейший водоём располагался в небольшой ложбине. Вода была настолько прозрачная, что на дне можно было пересчитать все камни, и это при глубине почти десять метров. У самого озера стояла бревенчатая банька. Из трубы шёл слабый дымок, говоривший, что скоро можно будет париться. Пиво мгновенно перекочевало в озеро, для охлаждения, и начались приготовления к великому русскому таинству, называемому Баня. Подробно описывать сей процесс я не буду, дабы женщины не узнали всех секретов, хранимых от них веками. Громкие крики оглашали лес после сильного плеска воды. Голые тела мелькали от бревенчатого строения до по-осеннему ледяного водоёма, и обратно. Внутри сруба слышалось шипение пара и шуршащие шлепки веников, и опять голые пробежки с купанием и воплями. Из бани выходили уже в полной темноте.

Восемь, вместе с егерьской, красных рож расположились за большим столом в единственной комнате охотничьего домика. Срубленное из толстых брёвен тонЯ никаких следов цивилизации, кроме печки, не имело. Несколько специальных фонариков, подвешенных к потолку, давали достаточно света для задушевной беседы, и началось жонглирование стаканами. Пили за дружбу, за самых добрых, нежных, ласковых – за нас, мужиков! Стаканы звенели и за отсутствующего Пашу с пожеланием избавиться от тирании жены, и за мир во всем мире, и естественно, за женщин. Угомонились уже за полночь. Выпито было много, но до дощатых настилов с матрацами добрались все, правда, некоторые с помощью Димы, единственного трезвого в этой компании.

В восемь часов прозвонил будильник, заботливо заведенный ещё в автобусе, и тонЯ наполнилось ворчанием, сменившим храп. Фонарики опять осветили помещение, и кряхтящая, стонущая орава направилась к озеру для окончательного расставания с чарами Морфея. Озеро, в предрассветных сумерках было почти не заметно. Казалось, что лестница просто заканчивается на середине склона, но, не дойдя до последней ступеньки, ноги погружались в прозрачную, как слеза, воду. Берег огласил гомон восьми глоток, ухающих, ахающих и выражающих некоторую озабоченность головной болью не совсем цензурными выражениями.

– Дима, ты вчера из автобуса сколько коробок вытаскивал? – со стоном в голосе спросил Владимир.

– А сколько бы ни вытаскивал, всё что осталось, давно спрятано, – вынес приговор вынужденный трезвенник. – Никаких опохмелок!

– Ты сам-то понял, что сказал?! – возмутился именинник. – Посмотри на семь измученных алкоголем рож. Тебя же разорвут вместе с автобусом!

– А шестерых я опохмелю. Сухой закон касается только тебя.

– Это за что же мне такое наказание?

– Толстый, скажи ты ему, он же

меня сейчас на английский флаг порвёт.

– Так, пошли в дом, там и огласим культурную программу на сегодня! – торжественно произнёс Виктор.

Компания закончила утреннее омовение и бодро пошлёпала в охотничий домик. На столе появились закуски и всего одна бутылка водки. Её содержимое быстро перекочевало в стопки. Виновник торжества всё-таки вытребовал себе порцию лекарства, и вся компания встала для поздравления именинника. Толстый поднял свою рюмку, и наступила тишина.

– Ну, что же, Володя! Ты не принимаешь подарки от лучших друзей, ты ворчливый и вредный тип, и мы решили тебя наказать. Все здравицы мы огласим потом, сейчас я уполномочен объявить, что твоя мечта сегодня сбудется. Очень давно ты не ходишь с нами на зверя, называя загонную охоту убийством. Ты как-то сказал, что животное должно иметь шансы, равные с человеком. Ну что ж, у каждого своё отношение к этому. Сегодня мы организовали тебе охоту, которая будет дуэлью. Ты выйдешь на кабана один на один. Это наш подарок.

В помещении воцарилась полная тишина. Владимир пытался осмыслить сказанное, а все остальные ждали его ответа.

– Спасибо, конечно, но как вы собираетесь вывести меня на кабана? И каким образом я окажусь с ним один на один?

Слово взял егерь Сергей.

– За это не беспокойся. Всё готово. Я поставлю тебя на перемычке между рекой и озером, а мы все пойдём в загон и погоним зверя на тебя. Кабан там обязательно пройдёт, но подстраховки у тебя не будет.

– Мужики, вы совсем сдурели? Я даже пуль с собой не взял.

– А друзья тебе на что, – вступил в разговор Дмитрий. – Вот тебе четырнадцать пуль, от каждого по две, включая Сергея. У тебя семизарядник, так что на два заряда хватит, больше ты всё равно не успеешь. Каждая пуля помечена. Чьей ты уложишь зверя, тому и нальёшь первую стопку за столом, ну а если зверь тебя, тогда мы тебя помянем.

– Очень жизнеутверждающее пожелание. Но я в восторге! Спасибо мужики, вы превзошли сами себя. Такого подарка я не ожидал. Это действительно моя мечта, узнать, чего я стою, как мужик.

После этих слов стопки были опустошены, и компания начала облачаться в соответствующую амуницию. Уже в автобусе Сергей рассказал детали охоты. Оказывается, кабан появился месяц назад. Это был большой секач-одиночка, наглый и смелый. Он уже раскопал несколько деревенских картофельных ям и изрядно их опустошил. Уже неделю его прикармливают на определённом месте с помощью овса и соли. Утром он всегда там. Друзья погонят зверя вдоль реки, и он обязательно попадет на перемычку. В воду он прыгать не будет, и выйдет точно на стрелка. Ширина перемычки не больше двадцати метров и у охотника будет не очень много места для манёвра. Лучше попасть с первого выстрела.

– Вовка, возьми мой патронташ на приклад. Там как раз семь патронов помещается.

– Спасибо, Витька, давай.

Дальше ехали молча. Каждый думал о своей задаче на этой необычной охоте. Автобус остановился на берегу озера.

– Всё, дальше пешком, – сказал егерь. – Вы все сидите здесь, а я отведу Вовку на место.

До перемычки дошли вдвоём минут за десять. Это была узкая полоса суши между рекой и озером, длиной около четырёхсот метров. Ровно посередине её пересекал ручей, связывающий водоём с водной артерией. Его ширина была не больше метра. Растительности было очень мало, редкие кусты ракиты и несколько берёзок не мешали просматривать весь сектор. Поставив охотника у небольшого куста, Сергей начал инструкцию.