Интерпол
Шрифт:
Следующим звеном цепочки оказался еще один француз, хорошо известный в кругах фальшивомонетчиков Марселя. Его арестовали, и на допросе он признался, что отправлял купюры в Стамбул, используя как курьера гражданина Турции, который тоже был задержан. Выяснилось, что любовница этого человека (португалка по национальности) какое-то время жила с международным преступником-французом, числившимся в картотеке Интерпола и за кражу со взломом, и за распространение фальшивых купюр. Она не виделась с ним с тех пор, как он выписался из отеля в Австрии, где они остановились, прихватив с собой все ее наличные деньги, а взамен оставив три фальшивые двадцатидолларовые банкноты.
Он и оказался руководителем всей этой международной авантюры. Но что с ним произошло потом? В
Такой конец весьма типичен для многих расследований, которыми занимался Интерпол. Генеральный секретариат просто остается в неведении о результатах многих уголовных дел, потому что местные НЦБ не берут на себя труд сообщить об этом. «Мы очень занятые люди, и всегда много горящей, срочной работы» — вот стандартный ответ, который я слышал от сотрудников НЦБ в различных странах. «А не чувствуете ли вы себя неудовлетворенными?» — спросил я у нескольких членов Генерального секретариата. «Вовсе нет, — таков их стандартный ответ. — Мы просто делаем свою работу и сообщаем НЦБ то, что им необходимо знать. Что происходит дальше, это уже их дело. Конечно, с познавательной точки зрения криминалисты здесь, в Лионе, хотели бы знать исход дела, но на чисто оперативном уровне мы просто делаем то, что нас просят».
2 марта 1963 года в Сантьяго (Чили) в доме одного богатого бизнесмена произошло вооруженное ограбление. Он принимал за ужином своих четверых друзей, когда в дом ворвались трое вооруженных револьверами мужчин, заперли всех гостей в ванную комнату и заставили хозяина открыть сейф. Они забрали 1000 эскудо наличными и драгоценностей на сумму в 5000 эскудо и скрылись на автомашине, которую впоследствии бросили.
Операция была тщательно спланирована. Утром в день ограбления молодая женщина легкого поведения (последняя подружка одного из налетчиков) позвонила домой бизнесмену, «который был с ней на короткой ноге», и совместила свой обычный бизнес с другим, выяснив, что он собирается делать вечером.
Бизнесмен не постеснялся назвать ее имя полицейским: Моника Гишар, 18 лет, одна из самых юных красивых «герлс» в городе. Приметы позволили полиции быстро вычислить и остальных членов банды. Это были Хуан Масиль, ее 37-летний любовник, имевший несколько судимостей за кражу и мошенничество в своей родной Аргентине, а также в Уругвае и Италии: Хулио Эскарпизо, 29-летний уругваец, числившийся в картотеке Интерпола в Париже; Сара Варас, 22 года, еще одна чилийская проститутка и любовница Эскарпизо; и, наконец, Сиксто Маури, 33 года, которого Масиль встретил в тюрьме Буэнос-Айреса. Аргентинцы Масиль и Маури планировали заняться «работой» в Чили, но всех объединил Эскарпизо. (Имена — вымышленные, как и в оригинальном отчете в «Обзоре Международной криминальной полиции»).
После ограбления Эскарпизо заплатил Маури только 75 эскудо под предлогом, что «дело» вышло неудачно. Надо отметить, между ворами не существует такого понятия, как честь.
Чтобы выбраться из Чили, Эскарпизо связался с Эдуардо Эскобаром, престарелым (75 лет) аргентинским бандитом, числившимся в картотеке Интерпола со времен Второй мировой войны. Получив кое-что из украденных драгоценностей, Эскобар передал четверых беглецов в руки седьмого сообщника, Рене Боладоса, который обещал за 1000 эскудо переправить их на катере за две тысячи миль на север до маленького морского порта в Перу. Но в пути, хорошо поразмыслив, не решился за десятую долю добычи везти их так далеко. Направив на них пистолет, он высадил их на девятьсот миль ближе, на небольшом пляже у порта Икике в центральной части Чили. При них еще оставалась большая часть драгоценностей, но наличных уже почти не было. Две пары попробовали пройти по побережью, вначале пешком, потом остановив грузовик, а дальше — международным автобусом. Но их фотографии уже были приколоты на стене в каждом полицейском участке в Чили.
Единственный, кто избежал жизни за решеткой, — это Баладос, который все же добрался до Перу и больше нигде не попадался.
В Западной Германии новогодней ночью четыре человека убили егеря, он застал их за взломом дверей в охотничьем домике в Ламбрахском лесу. Троих убийц поймали, а четвертый — Гейт (имя настоящее) — сбежал. НЦБ Западной Германии, использовав радиосвязь Интерпола, предупредило своих коллег в Европе и Северной Африке. Три месяца спустя тунисское НЦБ сообщило, что Гейт побывал у них, и есть предположение, что он направляется на Дальний Восток.
Осенью местный суд в Западной Германии выдал ордер на арест Гейта. Пользуясь им, Генеральный секретариат разослал повсюду красное извещение. Прошло пять дней, и полиция Новой Гвинеи сообщила, что идет по следам Гейта, и меньше чем через две недели он был арестован на острове Гуам в Тихом океане и передан в руки западногерманской полиции.
В январе 1968 года швейцарское НЦБ передало по радио тревожное сообщение своим коллегам в Европе и Африке, предлагая временно задержать до присылки официального документа 25-летнего канадца по имени Андре Мартэн: он разыскивался за распространение поддельных чеков и кражу арендованной автомашины. Но такое имя не было зарегистрировано в картотеке Генерального секретариата, и потому радиопредупреждение осталось без отклика.
Тогда швейцарская полиция избрала другой путь. Мартэн отдал «крайслер» некоему студенту под залог в 6500 швейцарских франков. В полиции имелся регистрационный номер машины (NJLC 1–818). Не фиксировался ли ранее этот номер в картотеке Интерпола? Так и случилось. В примечаниях к номеру на карточке стояла пометка: «Торговля поддельными произведениями живописи».
Как? В досье шла речь о двух мужчинах, одного из них звали Реал Лассар. Два года назад в итальянском отеле он оставил после себя вещи и среди них этот регистрационный номер! В досье также отмечалось, что одна из поддельных картин была отправлена в Лондон какому-то «мистеру Мартэну». Генеральный секретариат распространил по своей сети эти сведения, и в феврале 1969 года Лассар был арестован в Швейцарии: при нем был паспорт на имя Мартэна. Вскоре его выслали во Францию в связи с серьезными обвинениями в подделке картин и подписей известных художников. Швейцарцы же не стали его трогать со своими мелочными обвинениями в подделке чеков и краже арендованной машины, с которых и началось расследование.
Начало 70-х годов
В Японии за период с февраля 1967 по апрель 1970 года помощник менеджера банка сумел похитить у своих хозяев 1900 миллионов иен. Его сообщник — директор компании — посылал фальшивые переводные вексели в этот банк, а помощник менеджера принимал их, заведомо зная, что они поддельные. Мошенничество было раскрыто. Японская полиция разослала ордера на арест, но в апреле 1970 года оба жулика сбежали из Японии.
Были разосланы красные извещения, и одного беглеца арестовали в Гонконге в октябре того же года. Второго задержали на другой стороне земного шара, в Париже, тремя днями позже.
Сегодня в Лионе горделиво красуется самурайский шлем — подарок японской полиции.
В июне 1969 года НЦБ-Висбаден сообщило в Генеральный секретариат, что человек, назвавшийся Алессандро Фраши, обналичил несколько поддельных дорожных чеков в Западной Германии. Три дня спустя НЦБ-Лондон распространило информацию с указанием банка, оказавшегося причастным к этому делу. В последующие месяцы была произведена целая серия арестов. Членов банды арестовывали в Югославии, Швейцарии, Западной Германии и Швеции.