Интерпол
Шрифт:
Но по мере развития банковского дела, однако, обман банков стал более "популярным времяпрепровождением"; и как обменные счета постепенно развивались в современную систему безналичных платежей (чеками и по кредитным карточкам), подделки и мошенничества приобретали более серьезные размеры.
Формально система письменных чековых платежей была введена в действие в Соединенных Штатах в 1681 г. в Бостоне, хотя до начала двадцатого столетия и не получила всеобщего распространения. Она стала чрезвычайно распространенной после формирования Федеральной Резервной Системы США. К 1972 г. американцы выписывали приблизительно 24
Время от времени предпринимались некоторые попытки определять число чеков, которые подделаны или сфальсифицированы. Процент этот оказывался невысок - на несколько миллиардов чеков, выписанных в Соединенных Штатах за год, всего полтора миллиона фальшивых чеков. Это было примерно время, когда прибыла "Южноамериканская Бригада" мошенников, и восемь нью-йоркских банков "прокатили" на финансовой афере.
В группе Д Интерпола была составлена большая диаграмма персоналий и действий этой бригады. Номера пластмассовых маркеров соответствовали именам преступников, а место в преступной иерархии было показано позицией его маркера. Постепенно логическая картина начала выстраиваться. Все указывало на Бразилию как страну происхождения и Сан Пауло как на исходную точку; там человек по прозвищу Стог начал восхождение к вершинам мошенничества, а красивая женщина по имени Жанетт встретила парня по имени Освальдо.
Список членов бригады то рос, то сжимался, поскольку добавлялись новые имена, а некоторые старые были идентифицированы как псевдонимы и устранены с диаграммы. Структура заговора проявилась, детали выстроились, роль каждого стала очевидной.
Сценарий заговора ветвился на множество вспомогательных, и в целом дело оказалось одним из наиболее сложных в летописи международной преступности.
Схема включала крупномасштабное обналичивание краденных дорожных чеков и фальшивых кассовых чеков, систематическое обналичивание поддельных платежных поручений, и ложных переводов средств с банковских счетов южноамериканцев, которые хранили деньги на депозите в Североамериканских банках.
Важными элементами преступного плана были объем деятельности, непрерывность, скорость и варьирование темпа. В какой-то период обналичивалась пачка фальшивых чеков, затем бригада переключалась на краденные подлинные чеки, затем прокачивался ряд фальшивых переводов по международной банковской системе, а затем обналичивали или отоваривали новую связку краденных дорожных чеков. Первоклассное планирование деятельности банды было направлено на то, чтобы своевременно уходить от внимания полиции.
Операционные команды были составлены из пар - мужчина и привлекательная женщина, которые жили, работали и путешествовали вместе. От кадрового дефицита банда явно не страдала.
По целому ряду эпизодов своевременное оповещение и координация телексами Интерпола и радио полицейских сил стран трех континентов позволило произвести аресты, накрыть несколько мини-заводиков по изготовлению фальшивок; подозреваемые отправились в тюрьму, или на какое-то время освобождены из-за отсутствия достаточных улик, но вскоре были повторно арестованы. Но обособленные друг от друга части преступной организации всплывали на поверхность снова и снова.
Но на файлах Интерпола оказывалось все больше существенных деталей, заполнявших досье аналитического индекса и алфавитных карточек,
...Намного раньше, чем Маньера и его партнеры прибыли в Соединенные Штаты и устроили веселый шопинг в Нью-Йорке, Интерпол распространил сообщения о них и о женщине по имени Жанетт Полански, члене той же самой бригады. Факт, что сообщения произвели небольшое впечатление в Соединенных Штатах, и что Маньера, Жанетт и их коллеги, вероятно, приезжали в страну много раз, прежде, чем их наконец арестовали, демонстрирует пределы действия Интерпол-Вашингтон в то время.
Жанетт Немечек фон Полански, псевдоним Мария Люсия Суарес, псевдоним Розанна Драго, родилась, согласно полицейским отчетам, в Праге. Она никогда не знала своего отца, а её овдовевшая мать вступила в повторный брак с жившим в Германии французским экс-дипломатом по имени Андре Мариотти.
В течение первых десяти лет своей жизни Жанетт жила с бабушкой по отцу, Джулией Стовок. Когда Мариотти умер, мать Жанетт воссоединилась с нею и бабушкой, переехав с ними в Париж и затем в Ла Пас, Боливия, где, как Ева Мария Мариотти, управляла магазином.
Когда Жанетт было пятнадцать, семейство переехало в Рио-де-Жанейро и затем в Сан Пауло. Мать Жанетт в каждом из городов управляла магазинами различного профиля. В 1960, когда Жанетт исполнилось двадцать три и она стала, по словам представителей бразильской полиции, чрезвычайно привлекательной, её мать была изобличена в преступлении, которое произошло в Германии четырнадцатью годами прежде, и была выдана ФРГ. Жанетт осталась в Сан Пауло с возлюбленным и ребенком - согласно её последующим показаниям, данным уже итальянской полиции, венгерским дворянином Эстерхази фон де Галента, который позже женился на ней, чтобы дать ребенку имя. (Когда она была арестована в Mилане, у неё был обнаружен паспорт на имя Александры Анны Беллы Естерхази фон де Галента, рожденной в Сан Пауло.)
В сентябре, 1963, работая на Автомобильной выставке в Сан Пауло, где она подружилась с красивым молодым человеком, который называл себя Рауль Мартинес. Мартинес сказал ей, что он осуществляет тайные финансовые сделки и попросил её присоединиться к нему в Европе. Они жили сначала в Марселе как господин и госпожа Мартинес, и затем в Риме и в Mилане. Именно он, по её словам, вовлек её в банковские аферы.
История Жанетт могла быть проверена только по каждому пункту. Реальную историю можно было нарисовать только с опорой на множество источников, некоторые из которых содержались в досье на её компаньонов, прежде всего на Освальдо Энеа Кокуччи.
Освальдо Энеа Кокуччи, псевдоним Рауль Мартинес, псевдоним Аристид (Весельчак) Пеллегрини, и псевдонимы - ещё множество других имен, родился в Рио-де-Жанейро в Бразилии. В молодости он был мелким жуликом, специализирующимся на рэкете и подделке чеков. Когда полиция на его родине слишком хорошо познакомилась с ним, он перебрался в Уругвай, пока внимание тамошней полиции не побудило его переехать в Бразилию.
В апреле, 1963 года бразильская полиция выявила крупномасштабную подделку и мошенничество, осуществленные в Сан Пауло, и в газетном отчете Освальдо Кокуччи упомянули как бандита. Двумя годами позже его имя вновь появилось в газетах - уже как капо многонациональной организации, которая участвовала в надувательствах, вовлекающих миллиарды лир.