Интервенция
Шрифт:
Лейтенант. Ах, ты не знаешь? Вещи у тебя здесь есть?
Марсиаль. Да, мой лейтенант.
Лейтенант. Семья на родине есть?
Марсиаль. Есть…
Лейтенант (подвигая бумагу). Пиши адрес семьи. Твои вещи ей отправим.
Марсиаль. Но они мне нужны!
Лейтенант. Мертвым вещи не нужны.
Марсиаль. Так я же не мертвый!
Лейтенант. Будешь. Завтра. В это время.
Марсиаль. Мой лейтенант! Я не хочу.
Лейтенант. Ну так говори – кто это принес?
Трус бледнеет.
Марсиаль.
Лейтенант. Что он говорил? Смелей, Марсиаль, ты славный парень, хоть и похож на дурака.
Марсиаль. Я не слышал.
Лейтенант. А ты слышал про контрразведку? (Берет трубку.) Станция! Дайте контрразведку!
Марсиаль. Не надо! Я все расскажу!
Лейтенант. Ну?
Марсиаль. Тут был русский. Его привел солдат сто семьдесят шестого полка…
Лейтенант. Подожди. (Записывает.) Я сейчас на тебя нарочно крикну. Понимаешь? Для них. (Кричит.) Ага, ты не говоришь?! Сволочь!
Марсиаль. Я говорю, я все говорю!…
Лейтенант (тихо). Молчи, идиот! Это нарочно. Кричи: «Я ничего не знаю, отстаньте!» Ну, кричи.
Марсиаль (кричит). Я ничего не знаю!
Лейтенант (тихо). Как зовут русского?
Марсиаль. Мишель…
Лейтенант (кричит). А, ты не говоришь?!
Марсиаль. Я же говорю: Мишель.
Лейтенант. Идиот. Он вам дал эту бумажку?
Марсиаль. Он нам дал ее.
Лейтенант. Припомни: не случалось ли кому-нибудь из вас получать такие бумажки от одной русской девушки на бульваре, довольно хорошенькой, небольшого роста и с нежным голосом?
Марсиаль. Я не знаю никакой девушки.
Лейтенант (кричит). Я тебя отправлю подсуд!
Марсиаль (кричит). Я не боюсь вашего суда!
Лейтенант (тихо). Ага, понял наконец. Этот русский Мишель, он вас звал куда-нибудь?
Марсиаль. В кафе.
Лейтенант. Адрес?
Марсиаль. У моря где-то.
Лейтенант. Когда?
Марсиаль. В один из вечеров. (Кричит.) Вы мерзавец!
Лейтенант. Ну, ну, не слишком. Ты пойдешь в кафе и обо всем мне. доложишь. Я позабочусь, чтобы тебя наградили. (Уходит.)
Вбегают Селестен и Жув.
Селестен. Ну что?
Марсиаль. Он сволочь! Он крозил, что меня повесят. Но я ему ничего не сказал. Он от меня получил! Жув. Молодец, товарищ!
Жув и Селестен жмут Марсиалю руки.
Картина третья. РУЖА HETTA…
Судостроительная верфь Ксидиас. На море качаются понтонные бочки, охватывая заводскую бухту. Эллинг. Строения с вывесками «Меднокотельный», «Шлюпочный», «Такелажный», «Контора». Всюду валяются котлы, бочонки
Снаружи гул толпы.
Ксидиас (продолжает говорить по телефону). Я прошу вас, господин лейтенант, чтобы отряд пришел на час позже условленного. Я попытаюсь предварительно поговорить с рабочими сама. Что? О, не беспокойтесь, господин лейтенант. Я умею разговаривать с простым народом… (Кладет трубку.) Лучше, чем ты, дурак. (Обращается к Пете.) Впусти забастовщиков.
Петя. Они очень возбуждены.
Ксидиас. Я тоже очень возбуждена! Впусти забастовщиков!
Входят Maцко – рабочий помоложе. Левит – рабочий постарше, Степиков.
Прервать работу в такой момент! Когда корабль уже наполовину готов! Когда заказчик лопается от нетерпения! Когда все газеты трубят об искусстве верфи Ксидиас!…
Мацко. Нам не нужно, чтобы нас хвалили. Нам нужно, чтобы нам платили. Рабочие голодуют.
Ксидиас. Нам всем плохо. Временная экономическая депрессия, вызванная девальвацией рубля вследствие бумажной эмиссии…
Мацко. Не крутите нам пуговку, хозяйка! Рабочие ждут. Мы хотим слышать ваш ответ.
Ксидиас. Кто вы такие в конце концов?
Левит. Мы – завком!
Ксидиас. Никакого завкома! Завкомы, райкомы, группкомы… Проснитесь! Я добрая женщина. У вас жены, дети. Но я могу рассердиться.
Степиков. В таком случае, ребята, о чем толковать? Забастовка.
Ксидиас. Степиков, я ж давно тебя уволила с верфи! Петя, кто его сюда пустил?
Петя разводит руками – жест бессилия.
Ксидиас. Взяли кого-нибудь на его место?
Петя. Никого.
Ксидиас. Почему?
Петя снова бессильно разводит руками.
Левит. Союз металлистов объявил его место под бойкотом.
Ксидиас. Может быть, я умерла, господа? И мне все это снится? Скажи – я умерла?
Петя. Нет.
Левит. Был заключен колдоговор. Вы его подписали? Да. Вы его выполняете? Нет.
Ксидиас. Господа, я не знаю, известно ли вам, колдоговора признаны отныне недействительными.
Мацко. Кем?
Ксидиас. Союзным командованием. Господа, союзники не будут с вами цацкаться, как я.
Левит. Где прибавки на дороговизну?
Ксидиас. Забудьте.
Левит. Восьмичасовой рабочий день?
Ксидиас. После моей смерти.
Левит. Страховые взносы?
Ксидиас. Штуки!
Левит. Возвращение уволенного кузнеца Степикова?
Ксидиас. Вот мои требования. (Кладет на стол бумагу.) Сообщите их рабочим. Нет, мне не нужно посредников! Я сама поговорю с моими рабочими!