Интриганка
Шрифт:
– С дочерью. Ей нужно кое-что купить.
– Ах, в самом деле! Как мило!
Собеседнику и в голову не пришло, что Кейт была известна каждая мелочь, вплоть до того, какое платье выбрала вчера в магазине его дочь!
– В пятницу я даю обед для узкого круга. У меня дом в Дарк-Харборе. Буду очень рада видеть вас с дочерью.
Уайатт не колеблясь ответил:
– Много слышал о вашем поместье, миссис Блэкуэлл, и давно хотел увидеть.
– Прекрасно, – улыбнулась Кейт. – Сейчас распоряжусь, чтобы вас доставили моим личным самолетом.
Через десять
– Вы здесь один или с женой, мистер Хоффман? – осведомилась она.
– Несколько лет назад овдовел, – вздохнул Хоффман. – Я приехал с дочерью.
Кейт знала, что они остановились в отеле «Хэй-Эдамс».
– Я решила дать обед и хотела бы пригласить вас с дочерью на уик-энд в Дарк-Харбор.
– Мне, к сожалению, нужно возвратиться в Германию, – покачал головой Хоффман, но, еще раз оглядев Кейт, неожиданно улыбнулся: – Думаю, еще день-два не составят особой разницы.
– Вот и хорошо. Мой самолет к вашим услугам.
Каждые два месяца Кейт приглашала гостей в поместье в Дарк-Харборе, куда съезжались самые талантливые и влиятельные люди со всего света, и никто не скучал на таких вечерах. Но на этот раз Кейт задумала нечто особенное. Главной задачей было уговорить Тони приехать. Весь последний год он редко бывал в Дарк-Харборе, а если и появлялся, то на полчаса, не больше, и тут же уезжал.
Теперь же от его приезда зависело все.
Когда Кейт упомянула о гостях, Тони коротко объявил:
– Н-не могу. В п-понедельник нужно л-лететь в К-канаду, а у м-меня еще к-куча дел.
– Это очень важно, – объяснила Кейт. – Чарли Уайатт и граф Хоффман тоже приглашены. Они...
– Я знаю, кто они, – прервал Тони. – Брэд Роджерс рассказал. Но, по-моему, дело безнадежное.
– Я все-таки хочу попытаться.
– К-какую компанию ты выбрала? – спросил он.
– «Уайатт ойл энд тул». Наши прибыли могут увеличиться на пятнадцать процентов, если не больше. Когда арабские страны поймут, что держат мир за горло, они образуют картель, и цены на нефть подскочат до небес. За нее будут платить золотом, вот увидишь!
– А как насчет «Интернэшнл текнолоджи»?
– Неплохая фирма, – пожала плечами Кейт, – но с «Уайатт ойл» не сравнить. Великолепная сделка. Поэтому ты мне понадобишься завтра, Тони. Канада может подождать.
Тони не терпел приемы, ненавидел бесконечные утомительные разговоры, хвастливых мужчин и хищных женщин. Но дело есть дело.
– Хорошо, – согласился он.
Наконец-то все устроилось так, как желала Кейт.
Отец и дочь Уайатт долетели самолетом компании до Мэна, а оттуда переправились на пароме в Дарк-Харбор, где уже ожидал лимузин. Кейт встречала гостей у входа. Брэд Роджерс говорил правду: Люси, дочь Чарли, и в самом деле была поразительно красива: высокая, черноволосая, с карими глазами, в которых переливались золотистые искорки, и почти классически совершенными чертами лица. Узкое блестящее платье, как перчатка, облегало великолепную фигуру. Брэд узнал, что два года назад Люси развелась с мужем, богатым итальянским плейбоем.
Кейт
– Какая прелестная комната, – воскликнула Люси неожиданно мелодичным, нежным голосом, без малейшего техасского акцента. – Вы много времени проводите здесь, Тони?
– Нет.
Подождав, не скажет ли он что-нибудь еще, Люси вновь поинтересовалась:
– Выросли в Дарк-Харборе?
– Частично, – бросил Тони.
Подоспевшая Кейт вмешалась в разговор, стараясь сгладить неприятное впечатление от поведения сына.
– Тони провел здесь много счастливых минут, но теперь бедняжка так занят, что нечасто может приезжать сюда, чтобы немного отдохнуть, верно, Тони?
Сын, холодно взглянув на нее, покачал головой:
– Н-нет. С-собственно говоря, м-мне нужно быть в Канаде...
– Но он отложил поездку, чтобы познакомиться с вами, – закончила за него Кейт.
– Очень рад, сынок! – широко улыбнулся Чарли Уайатт. – Много слышал о тебе. Не хочешь сменить место работы? Для тебя в моей компании место всегда найдется!
– Думаю, в-вряд ли м-моя мать одобрит т-такое решение, мистер Уайатт.
Тот снова расплылся в улыбке:
– Понимаю. Замечательная женщина ваша мать! Видели бы, как все в Белом доме перед ней на задних лапках ходили! Всех мужчин приручила...
Он хотел сказать еще что-то, но в этот момент в комнату вошли Фредерик Хоффман и его дочь, Мэриен, бледная копия отца, с такими же аристократическими чертами лица и гордой осанкой. Длинные светлые волосы ниспадали на плечи. На Мэриен было кремовое шифоновое платье, и рядом с Люси Уайатт она казалась невидной и угловатой.
– Позвольте представить мою дочь Мэриен, – сказал граф Хоффман. – Простите за опоздание. Самолет задержался в аэропорту Ла-Гуардиа.
– Какая неприятность! – воскликнула Кейт, хотя Тони отлично знал: именно она велела отложить вылет, чтобы Уайатты успели приехать раньше Хоффманов.
– Мы только собирались выпить в честь гостей! Что бы вы хотели?
– Скотч, пожалуйста, – ответил граф Хоффман.
Кейт обернулась к Мэриен:
– А вам, дорогая?
– Ничего, благодарю вас.
Начали съезжаться остальные гости, и Тони переходил от одних к другим, прекрасно играя роль гостеприимного хозяина. Никто, кроме Кейт, и заподозрить не мог, как мало он интересуется подобными торжествами.
Дело даже не в том, что Тони смертельно скучал – он просто старался отгородиться от всего происходящего и совершенно потерял вкус к общению с людьми. Именно это и беспокоило Кейт.
В просторной столовой были накрыты два стола. Кейт усадила Мэриен Хоффман между председателем Верховного суда и сенатором за один стол, а Люси Уайатт – справа от Тони, за другой. Все мужчины в комнате, и женатые и холостые, не сводили с Люси глаз. Кейт напряженно прислушивалась к попыткам девушки вовлечь Тони в разговор. Очевидно, он ей понравился. Кейт улыбнулась про себя. Неплохое начало!