Иные

Волховский Олег

— Иные будут слушаться меня?

— Я им прикажу.

— Товаби, это не обманет Романа. Все знают, что вы — мой господин.

— Мне осталось жить несколько дней… в лучшем случае.

— Товаби!

— Операция оказалась бесполезной, Андрей. У меня поражены внутренние органы. Скоро из меня начнут расти желтые цветы, как из мертвеца. Кстати, Георг, когда я умру, не забудьте уничтожить тело. Никаких дурацких похорон, поняли?

Георг спокойно кивнул.

— Самое смешное, что при действующей

функции биологического контроля с этой напастью можно было бы справиться за час, — господин усмехнулся. — Да и с вашим бунтом тоже. Ну, что, Андрей, ты согласен на мое предложение?

— Значит, у меня не будет господина?

— Нет, я не могу этого допустить. Обязательно будет. Я хочу передать тебя Георгу.

— Тогда это блеф. Вы предлагаете мне роль марионетки.

— Нет. Я предлагаю тебе реальную власть. Но Георг будет тебя контролировать, чтобы ты не слишком увлекался, и оберегать от чрезмерного упоения властью. К тому же я не хочу для лагеря безумного командующего. Но то, что ты станешь дери Георга, должно остаться между вами. И останется. Георг этого не покажет при посторонних. Я хочу, чтобы ты осуществил переход сейчас же. На колени перед Георгом!

— Нет!

— Что?

— Товаби, я должен подумать.

— Хорошо. Сутки на размышление.

Были уже сумерки, когда Андрей вышел из палатки товаби и медленно направился к себе. На ночь были выставлены дополнительные посты. Иные переселились в центр лагеря. У их палаток толпились небольшие группки homo naturalis. Ваби проводили сканирование на сон грядущий.

У кромки леса мелькнула какая-то фигура. Андрея это заинтересовало. Он подошел ближе. Серая куртка homo naturalis. Еще один шпион? Андрей нырнул в лес, почти бесшумно проскользнул в зарослях и возник на дороге у беглеца. Тот остановился как вкопанный.

— Олег? Ты куда?

Олег Алексеев смотрел на него с ненавистью. Куртка теперь была надета, а не накинута на плечо, но рукав ее висел.

— К Роману. Или ты расстреляешь меня так же, как Глеба и Женю?

— Почему? Зачем ты бежишь?

Олег только усмехнулся и попытался обойти Андрея, но тот схватил его за рукав у локтя. Пустой рукав.

— Что с тобой?

— Мне ампутировали руку. Теперь понимаешь? Мой коэффициент ценности теперь ниже критического. Меня скоро все равно убьют.

— Кому тебя передали?

— Георгу. Правда, он не успел меня принять.

— Георг — очень хороший господин.

— Такой же, как и все. Они на мне исследуют течение болезни. Когда эксперимент будет закончен, останется только уничтожить экспериментальный материал.

— Я не дам тебя убить.

— Ты?! — Олег нервно рассмеялся. — Ты такой же раб, как и я!

Андрей чуть было не сказал, что Высший передал ему власть.

Этого ни в коем случае нельзя было говорить! Все должно выглядеть… совсем по-другому.

Сервент отпустил рукав Олега, повернулся и зашагал к лагерю.

Ночью была перестрелка, в которой погибло несколько homo naturalis. Среди Иных жертв не было. Андрей не спал и принял участие в заварушке. Чертовски неприятно стрелять во тьму, сознавая, что ты представляешь собой прекрасную мишень. В лагере всегда заведомо светлее, чем в лесу, даже без искусственного освещения.

Товаби лежал все в той же палатке и тяжело дышал. Он умирал. С прошлого разговора прошло меньше суток. Здесь же были Себастьян и Георг.

— Ну? — спросил Высший.

— Я согласен принять власть, товаби, но у меня есть несколько условий.

— Валяй!

— Я хочу, чтобы никто в моем лагере не был убит Иными или по их приказу без моего согласия.

— Хорошо. Только побольше прислушивайся к голосу разума.

— Иные не должны носить оружие.

— Тогда обеспечь им охрану.

— Обязательно.

— Тогда ладно.

— Мои приказы должны быть приоритетны и для Иных, и для низших.

— Могу поручиться только за Иных. У низших завоевывай авторитет сам.

— Иные могут поддержать меня своим авторитетом.

— Тайно поддержат, если твои приказы будут разумны. Явная поддержка может тебе повредить.

Андрей поморщился.

— Сойдет пока.

— Есть еще условия?

— Я подумаю.

— Думать некогда.

— Нет.

— На колени, — тихо приказал Высший.

Андрей нехотя опустился на колени перед умирающим.

— Дери, — с трудом проговорил тот. — Твоим новым господином будет Георг Левин. Слушайся его во всем.

Андрей молчал.

Товаби неровно задышал, и его рука конвульсивно сжалась.

— Нет времени, Андрей, — прошептал он. — Совсем.

— Долг сервента — послушание господину, — быстро проговорил Андрей и повернулся к Георгу: — Господин велел во всем слушаться вас, ваби.

— Хорошо, дери, — проговорил Георг. — Я тебя принимаю.

И начал сканирование. Надо отдать ему должное, не особенно мучил. Но в мозгах что-то переключилось, словно нажали на некую кнопку. Андрей стал смотреть на Георга иначе. Теперь тот был его господином.

— Дай мне руку, дери, — ласково сказал Георг.

Андрей покорно протянул руку и почувствовал удовольствие от послушания. Георг завернул рукав и поменял параметры имплантата.

— Теперь я твой господин! Встань!

Сервент подчинился. Он чувствовал себя собачкой на поводке. Поводок взяли и передали другому хозяину. Почему он не ушел? Возможно, это был его единственный шанс освободиться, и он упустил его.