Ипостась

Абоян Виталий Эдуардович

Странно, но пароль доступа не изменился, и она легко попала на страницу, где обычно получала заказы. Там почти ничего не было, всего пара-тройка мелких заказов. И один из них – на поиск и ликвидацию таинственного ломщика, окопавшегося где-то на севере Мьянмы.

Подобный заказ, в сущности, был обречен на провал – даже за те неплохие деньги, что обещал заказчик, сложно найти сумасшедшего, который согласится отправиться к дьяволу в задницу – в страну, названия которой никогда не слышала большая часть населения планеты. При одном исключении – она, dd по имени Тони,

уже находилась в Мьянме. Она согласилась, не думая, просто кликнула на том месте, где нужно было поставить электронную подпись.

Когда она вышла из забегаловки, где сидела в тот момент, на пыльной, пропахшей тяжелым запахом специй улице ее ждал еще один сюрприз: на растрескавшемся столбе висело обтерханное объявление о наборе людей, имевших боевой опыт, в экспедицию на север. Именно в тот район, что был обозначен в заказе.

Само собой, она, не медля, отправилась на вербовочный пункт.

Глава 28

Сридар не стал отправлять обнаруженные им данные на «балалайку» шефа. Он пришел сам – новость была достойна того, чтобы доложить о ней лично.

Генерал Лал ленивым движением пальца листал на планшете страницы с корявым, переведенным автоматическим переводчиком текстом. Смысл угадывался с трудом – это не было отчетом, скорее информацию надергали кусками из массива данных значительно большего размера. Но информация не могла ждать, она была слишком важной.

По мнению Раджагонапала Сридара.

Машинист еще не знал. Он светился от счастья и нетерпеливо ждал реакции начальства. А начальство не спешило улыбаться. Оно подозрительно вздыхало и отводило глаза от принесенного Сридаром текста.

Машинисты наконец нашли данные о китайском сервере. Да, сервер был именно китайским, поднебесники оставили в джунглях Мьянмы, как оказалось, целых три серверных станции, зарытых под землю несколько десятков лет назад. Во время Больших Нефтяных войн. Поднебесники планировали остаться в тех краях надолго, но им не обломилось с мьянманской нефти – черное золото вероломно закончилось до того, как солдаты НОАК успели добраться до вышек.

Оборудование, которое должно было обеспечить беспрепятственное подключение китайских войск к сети, простояло в подземелье много лет, но, судя по всему, все еще работало.

– Точных данных по серверным станциям, похоже, не сохранилось, – объяснял Раджагонапал, – проект был настолько засекреченным, что даже у самих поднебесников есть только указание на район, в котором находятся эти объекты. Поэтому китайские вертолеты прочесывают местность – они не могут их найти.

Да, Раджагонапал не знал. Ему никто не сообщил, что данные, добытые его отделом, теперь никому не интересны.

Всего полчаса назад Абхай Лал получил известие о том, что в джунглях недалеко от Нонгуина, городка, в котором стоял батальон территориальных войск Индии, подконтрольный лично генералу, обнаружили одну из этих серверных станций. Вскрытую.

Со слов командующего индийским контингентом в Мьянме выходило, что электричество все еще поступало на чипы, зашитые внутри стоящего там оборудования.

Нужно

готовить группу машинистов, которые аккуратно прощупают станцию. Наверное, возглавит ее сам Сридар. Действовать нахрапом здесь нельзя: раз сервер продолжает работать, значит, поднебесники следят за всем, что там происходит.

Только все это впустую, никакого смысла в действиях, о выполнении которых генерал отдаст приказ через несколько минут, уже не было. Сервер вскрыт, вокруг входа в бункер, пробитого с помощью компактной буровой установки, лежат несколько объеденных животными трупов, внутри – тоже труп. Вряд ли погибшие отравились некачественными продуктами. Особенно если учесть тот факт, что у всех имеются явные осколочные и пулевые ранения.

Глупо надеяться, что если процессор – «пустотник» – и был там, он все еще находится в бункере. Остается признать, что это сражение ведомство генерала Лала проиграло. Теперь нужно срочно менять приоритеты. «Пустотник» с большой долей вероятности способен вскрыть практически любой из существующих на сегодня кодов. Для того, кто владеет технологией производства «пустотников», никаких преград в сети больше не существует. Даже троица Сорок Два, если верить отчетам Раджагонапала, сущая безделица в сравнении с тем, чего можно добиться с помощью потерянного теперь процессора.

Но сам процессор – это еще не технология. Они упустили это с самого начала. Они исходили из предположения, что процессор находится у того, кто его создал, а чип в это время работал в пустом подземелье.

В современном мире почти невозможно отыскать умельца, который в одиночку создаст что-то принципиально новое. Техника настолько усложнилась, а технологии стали включать в себя такое количество смежных данных, что для того, чтобы создать какую-нибудь небольшую деталь нового двигателя, приходится организовывать целую лабораторию с несколькими десятками сотрудников.

Но кто мог испытывать «пустотник» в джунглях? Лал пытался представить, как такое возможно, и понимал, что изобретатель процессора нового поколения либо гений, либо сумасшедший. А скорее всего он был и гением, и сумасшедшим в одном лице.

Ни о какой лаборатории не могло быть и речи. На территории Индии команд, способных создать такое чудо, не было, Абхай Лал знал это наверняка – по должности положено. Китайцы тоже отпадали – если бы это был их проект (даже если предположить безумную мысль, что поднебесники решили работать над процессором не на своей территории), им не понадобилось бы искать бункер, привлекая вертолетами внимание соседей.

– Отправляйся туда, Раджагонапал, – сказал генерал.

На лице машиниста отразилось непонимание.

– Бункер – один из тех, что обнаружили твои машинисты, – нашли бойцы подполковника Рабинды. Его кто-то вскрыл до нас. И он до сих пор работает.

– Работает?!

Лал посмотрел на Сридара. Он не понял: тот удивлен или не верит словам генерала?

– Во всяком случае, там есть электричество.

– А процессор?

Раджагонапал смутился, он понял, что генерал не мог знать ответ на этот вопрос.