Ирландец
Шрифт:
— Идемте в гостиную, — произнес Томас.
Мы вошли в огромную комнату на первом этаже, посередине которой стоял длинный и широкий стол. У стола стояли восемь массивных деревянных стульев. А у дальней стены гостиной был камин, но так как сейчас было лето, он, разумеется, не торопился.
— Присаживайтесь, — сказал Томас, указывая на стулья за столом, сам же уселся в кресло-качалку неподалеку от камина.
Мы с Робом уселись за стол, оглядывая интерьер.
— Все сохранилось в первозданном виде, — сказал Томас, увидев наш неподдельный
— А эти чернокожие тоже твои? — спросил неуверенно Роб.
— Да, я купил этот дом вместе с ними.
— Но рабство отменили пятнадцать лет назад, — протянул я.
Тут Томас рассмеялся.
— Нет, они не рабы, я купил этот дом, а они были рабами у прежнего хозяина. А так как этим неграм идти некуда, они остались у меня, но теперь я им плачу жалование за ту же самую работу, что они раньше выполняли бесплатно, правда, у бывшего хозяина.
— Ну, так с чего начнем? — поинтересовался я.
— Дождемся Диму-Грека, моего помощника, он вам сам расскажет, что к чему.
— Помощника? — переспросил я.
— А ты что думал, я сам езжу в порт, встречаю груз и разгружаю его, — ухмыльнувшись, ответил Томас. — У меня всё-таки серьезный бизнес. У Димы есть свои люди, которые встречают груз в порту. После загружают или разгружают его в зависимости от нужды. По большому счету он руководит всем процессом, а я его лишь контролирую и вмешиваюсь, только когда ну очень надо.
Теперь я начал догадываться, что имел в виду Томас, говоря седовласому капитану парохода, на котором мы плыли о «правильном выборе». Наверняка этот капитан получает с каждого рейса за товар, что перевозит.
— Может быть, чаю или чего покрепче? — спросил нас Томас.
— Пожалуй, чай был бы кстати, — ответил я.
— Шанти, — крикнул Томас, и спустя пару секунд в гостиную вошла та самая пухлая негритянка. — Будь добра, принеси нам чай. — Негритянка кивнула и удалилась.
Спустя некоторое время она принесла фарфоровый чайник и три кружки. В чайнике был уже крепко заваренный ароматный чай.
Пока мы «наслаждались» чаепитием, в гостиную вошел худощавый парень лет двадцати пяти-тридцати. Он слегка сутулился, поэтому было сложно определить его рост, но, когда выпрямлялся, явно был выше среднего. На голове небольшая проплешина, но это я заметил только после того, как он снят кепку. Густая, короткая рыжеватая борода была аккуратно подстрижена. Он уставились на меня и Роба изучающим взглядом.
На парне была старая потертая кожаная куртка, джинсы, по всей видимости, LeviStrauss и ботинки, напоминающие те, что носили ковбои.
Довольно странный тип, я сперва подумал, что это один из работников, трудящихся в этом огромном доме, но не тут-то было.
— О-о-о, Дима. Я не ждал тебя так рано. Проходи, присаживайся, — произнес Томас. — Знакомься, это Джон и Роб, они из Нью-Йорка.
Дима протянул и пожал нам руки. Пожатие было довольно сильное для такого худощавого паренька, это мне показалось
— Дима-грек, — представился парень. — Томас, нужно поговорить. — Дима сделал паузу. — Наедине.
— Не волнуйся, парни в курсе наших дел. Можешь говорить смело, — произнес Томас. Дима с недоверием взглянул на нас, после чего присел рядом со мной за стол.
— Люди Розарио снова были в порту, если так будет продолжаться нам не избежать кровопролития.
— Хм, значит, они все не успокоятся. Кстати, Джон уже познакомился с парочкой его людей, пока мы плыли сюда, но все обошлось. — И Томас ухмыльнулся, глядя на меня.
— Правда? — поинтересовался Дима. — И почему ты их не убил?
От такого прямого вопроса я впал в ступор на пару секунд.
— Я был не один, а с девушкой, — ответил, отхлебнув чая. — Не хотел ее пугать.
— С девушкой? Они видели ее лицо? — уже серьезно спросил Дима. Я лишь кивнул ему в ответ. — Это плохо. — Он глубоко выдохнул и отвернулся в сторону. — Они найдут ее, зуб даю. Если она тебе дорога, лучше, чтоб она держалась к тебе поближе.
— Да, я это уже понял, — буркнул я себе под нос.
— Дима, по завтрашнему дню как? — спросил его Томас
— Все по плану. Едем в Роксбери.
— Ну, вот и отлично. Останешься на ужин?
— Нет. Мне нужно снарядить парней к завтрашней поездке, все-таки партия немаленькая.
— Тогда завтра бери Джона и Роба. В случае чего они прикроют тебя. — Тут Дима-грек, глядя на нас, ухмыльнулся. — Не смейся раньше времени. Я, увидев Джона первый раз, тоже рассмеялся, хотя мне рассказали, что он за человек, но я не поверил, пока собственными глазами не увидел, он голыми руками забил человека насмерть на ринге. А человек, которого он убил, превосходил его по росту, да и по массе в два с лишним раза.
— Хм, ну, если ты так уверен в них, пусть едут. Но если с ними что-то случится…
— Не случится, — перебил его Томас.
— Ну, хорошо. Тогда до завтра. — Дима-грек попрощался и ушел.
— А он правда Грек? — спросил я Томаса чуть слышно, глядя вслед уходящему парню.
— Кто? — подскочил Томас. — Дима? Да он такой же Грек, как я итальянец. Он русский иммигрант.
Пообщавшись о делах еще немного, Томас попросил накрыть стол для ужина.
Набив животы разной вкуснятиной, Томас показал нам наши с Робом комнаты для ночлега. После чего я завалился на мягкую кровать и почти сразу же уснул.
Утром меня разбудил стук в дверь, это была Шанти.
— Просыпайтесь, господин ждет вас в гостиной, — произнесла чернокожая домработница.
Продрав глаза, я оделся, привел себя в порядок и спустился вниз. В гостиной за накрытым столом меня уже ждали Томас, Дима-грек и Роб.
— Ну, как спалось? — поинтересовался Томас.
— Отлично, давненько я так не высыпался. — Я нисколько не лукавил, поскольку действительно спалось очень хорошо на удобной и привычной с прошлой жизни для меня кровати. Не то что в подвале на топчане.