Ирландец
Шрифт:
Игра продолжалась почти до самого утра. Пока из всех претендентов не осталось восемь человек, включая Диму-грека.
Выйдя из-за стола с радостной улыбкой и огромной кучей фишек, Дима подошел к нам.
— А ты и правда мой талисман удачи! Мне никогда прежде так карта не шла, как сегодня, — улыбнулся Дима.
Было заметно, что он действительно искренне рад.
— Так, может, на этом и закончить? — предложил я.
— Остановиться? Ты что, с ума сошел, игра только началась, я в финале. Самое интересное будет этой ночью, — ответил он. — Идемте, я хочу
Покинув это «казино», Дима-грек сразу направился к себе в комнату, а мы с Мэри оседлали лошадей, поскольку спать не особо хотелось, и поехали прокатиться по окрестностям города.
Отъехав на пару миль от Спрингфилда, мы заметили старое заброшенное ранчо, где решили потренироваться в стрельбе. У Мэри получалось довольно хорошо, и в некоторых случаях она даже стреляла намного лучше меня, чем злила, но я не подавал виду. Накатавшись вдоволь и истратив почти все боеприпасы, мы вернулись обратно в свою комнату и решили отдохнуть перед долгой ночью.
Перед началом игры Дима так же, как и в прошлый раз, постучал к нам в дверь и позвал.
Придя в игровую, Дима уселся на то же место, где и раньше. Время тянулось медленно, Грек с периодичностью то выигрывал, то проигрывал, но, все же блефуя, забирал партию. И вот за столом остались трое. Обстановка была накалена до предела. Новая сдача карт.
Дима-грек сидел с широкой улыбкой. Он поставил на кон все деньги, что до этого выиграл, так еще и полученные за виски, а сумма банка была настолько внушительной, что даже представить страшно, порядка пяти тысяч долларов.
— Вскрываемся, — с достоинством произнес Дима и перевернул карты. У него было каре на дамах и девятке.
— Рано радуешься, Грек, — пробормотал усатый ковбой в шляпке с широкими полями, и выбросил каре на королях с десяткой. — У меня старше.
Меня словно ударило молнией после этих слов. Дима молча встал из-за стола и, слегка покачиваясь, направился в сторону двери из игральной комнаты, проплыв мимо меня и Мэри. Мы пошли за ним, забрав оружие у охранников.
Дима шел молча, не говоря ни слова. Зал бара был почти пуст, поскольку время шло к рассвету, и он уселся за дальний столик у стены. Мы с Мэри сели рядом с ним. Дима сидел, закрыв лицо руками, и глубоко дышал. Таким я его еще ни разу не видел.
— Дима, ты как? — спросил я его.
— А как я могу быть, когда я все проиграл, — весьма жестко произнес он, как и прежде, спокойным голосом.
— Может, принести чего-нибудь? — предложил я.
— Да, неси пару бутылок. Только смотри, чтоб дали именно нашего, а не пойла.
Я взял в баре пару бутылок виски и заказал еду. Первую бутылку мы распили молча, даже не чокаясь. Дима молча пил и о чем-то думал. И вот, когда мы начали вторую бутылку и голова уже была хмельная, Дима заговорил:
— Нам нужно вернуть деньги, что я проиграл.
— Ограбить победителя игры? — с легким недоумением спросил я.
— Ты совсем с ума сошел, ни в коем случае. Карточный долг — это святое. Не уверен, не садись, а сел играй, будь добр, отдай все, что проиграл, ведь тебя силой никто не заставлял.
— Тогда
— В банке, — задумчиво произнес Грек.
Глава 23
Глава 23
— Банк? — переспросил его я так же тихо.
— Ага, — ответил Дима.
— Ты действительно хочешь ограбить банк? — переспросил я, все еще пытаясь осознать услышанное.
— Не я, а мы, — с ухмылкой ответил Дима-грек. — Вы ведь тоже были в зале, когда случился проигрыш, и все видели. Можно сказать, даже учувствовали в этом, так что и отдавать их нужно нам вместе.
Да уж, лихо он. Умеет же вывернуть ситуацию в свою пользу.
Сказать, что я был в восторге от такого поворота, — значит, соврать, причем сильно. Мне эта идея в корне не нравилась. Но и пойти против Димы я не мог, не после того как он помог Мэри, да еще и лечение Роба взял на себя. В ситуации с Робом, конечно, можно считать, что есть его вина, но, по факту, это было стечение обстоятельств.
Он, конечно, мог бы просто попросить, и я бы не отказал, но, вероятно, это просто не в его характере.
Пока я размышлял на этот счет, ожидая, что Дима продолжит и расскажет план действий, он молчал.
Тишину нарушила Мэри:
— Ребята, вы всерьез об этом или пошутили?
— Да уж какие тут шутки, — мрачно ответил я.
После моего ответа вновь разлилась тишина, а Мэри, не зная, что и сказать, только зыркала своими голубыми глазами то на меня, то на Диму.
— И как ты это собираешься сделать? — спросил я его. — Просто зайти внутрь и забрать деньги?
— Во-первых, не я собираюсь, а мы. А во-вторых… Да, именно так и сделаем. Войдем, заберем деньги и выйдем, все просто.
Мэри после этих слов взяла бутылку виски налила себе стакан и опрокинула в рот, скривившись.
— Я так понимаю, у тебя уже есть план, — продолжил я, не оставляя попыток выяснить подробности того, что задумал Дима.
— Ага. Для начала нужно покинуть этот городишко. Чтоб нас заметили, но ни у кого не вызвать подозрения. Ну а перед самым закрытием банка мы заберем наши деньги и уйдем в закат.
— План просто отличный, простой и надежный, как швейцарские часы, — проговорил я с иронией. — Но где гарантия, что в банке будут деньги, на которые ты рассчитываешь, а не паршивые сто долларов?
— Деньги там будут, не переживай. Поскольку выигравший положит их в банк, ибо существует большой риск быть ограбленным и убитым по дороге домой с такой суммой денег.
— А не проще перехватить победителя игры и попросту отобрать выигрыш? — спросила Мэри.
— Нет, не проще. Я уже об этом говорил, так что эту тему больше не поднимаем. Итак, победитель ответственный за деньги, до тех пор, пока они при нем. Но, когда он положит их в банк и сотрудник выдаст ему именную расписку, за деньги уже будет отвечать банк, а вкладчик может получить их в любом отделении. За деньгами приедут на следующий день, чтоб их отвезти в хранилище. Так всегда и все делают, это просто и правильно.