Ирландская колдунья
Шрифт:
— Ты тоже смотришь на меня так, будто мы знакомы, — заметил он, нахмурившись.
— От вашей армии шум стоит на всю округу, де Клер. Любой крестьянин за десять лиг отсюда скажет, кто вторгся в наши земли.
— Я не вторгался! — возразил Реймонд. — Я вступил во владение своей землей!
Тупой, надменный англичанин!
— Гленн-Тейз находится на земле Ирландии! А не у вас в Англии. Или ты собрался отгрызть кусок нашей земли и уволочь его к себе на родину? — Фиона гневно кивнула в сторону моря.
Реймонд положил руку на седло и
— Скажи, ты всегда так набрасываешься на чужеземцев или нарочно приберегла для меня все свое ехидство?
— А вы всегда такой непонятливый или нарочно притворяетесь передо мною?
Двое сопровождавших его рыцарей снова тихо зашептались, и Реймонд подумал о том, что следует научить этих олухов держать свое мнение при себе. По крайней мере на людях. Он направился было к Фионе, но та поспешно отступила.
— Я тебя не обижу.
— Англичане превратили тысячи свободных людей в бесправных рабов. — Она выразительно посмотрела на огромный меч де Клера с украшенной самоцветами рукоятью и добавила: — И после этого вы предлагаете нам посчитаться обидами?
И снова что-то в ее свободной язвительной речи показалось Реймонду до боли знакомым. Но ведь он никогда прежде не бывал в этих местах…
— Если вам больше не в чем меня упрекнуть, сэр рыцарь, то позвольте с вами распрощаться. — Фиона сделала шаг в сторону леса.
— Разве у тебя нет коня? — невпопад спросил Реймонд, не в силах расстаться с ней так просто.
Фиона обернулась и отвела с лица непослушные волосы.
— Мне вполне хватает собственных ног. Или ты не в состоянии справиться с этим, и тебе потребовалась замена? — И она кивнула в сторону черного жеребца.
— Ты сама выскочила под копыта.
— Ну вот, снова ты хнычешь как маленький! — Фиона смерила де Клера презрительным взглядом. — Что было, то было. Ты бы лучше занялся чем-нибудь более важным. Подумай хотя бы о том, как поскорее убраться обратно в Англию!
— Попридержи язык! — рявкнул Реймонд. — Я твой лорд и хозяин!
— Ах вот как мы теперь заговорили! — Фиона уперла руки в бока. — Ну так знай: тебе никогда не быть моим хозяином! Даже и не мечтай об этом!
— Знай свое место, женщина!
Фиона раздраженно подумала о том, что из этого типа вышла бы на редкость уродливая жаба — просто загляденье.
— Мое место, сэр рыцарь, — выпалила она, разгораясь от гнева, — было и будет там, где я выберу сама! А вот если у вас с этим возникнут затруднения, я с великой радостью укажу вам, где следует его искать!
Реймонд не мог не отдать должное ее отваге и неловко улыбнулся:
— По-твоему, я веду себя как самодур?
— Это слишком мягко сказано! — нахмурилась она. Самые грязные ругательства вертелись у нее на языке. И как ей вообще хватило ума положить глаз на такого мерзавца? Впрочем, когда он умирал от ран, ему было не до разговоров.
А Реймонд вдруг… улыбнулся — да так, что от восторга у Фионы подогнулись колени. Однако она продолжала держаться гордо и независимо.
— Тебя
— Я и так буду говорить все, что пожелаю, чванливый невежа, хочешь ты того или нет!
Фиона повернулась и пошла по тропинке в лес. Реймонд никогда бы не подумал, что встреча с какой-то простой ирландкой может так его заинтриговать.
— Эй, девушка, скажи хотя бы, как тебя зовут?
Она застыла на месте и оглянулась. По тому, каким напряженным стало лицо де Клера, Фиона догадалась, что ее все-таки узнали.
— Так это ты! — Он в два прыжка оказался рядом и поймал ее за руки, не позволяя убежать. Этого было достаточно, чтобы кровь вскипела у него в жилах и по всему телу прокатилась жаркая волна разбуженного желания.
— Ты — кузина леди Шивон! — сдавленно прошептал он. — Почему ты солгала?
— Я не лгала. Ты действительно не должен был меня запомнить.
— У тебя ничего не вышло, Фиона, — тихо сказал Реймонд.
Ее имя, слетевшее с его уст, на минуту лишило ее способности рассуждать. Однако Фиона заставила себя успокоиться и спросила:
— Что ты запомнил?
— Твое обнаженное тело — прямо передо мной! — промолвил он, привлекая ее к себе и упиваясь этой вожделенной близостью. Фиона покраснела, но все еще старалась сохранить выдержку.
— Я разделась, чтобы искупаться… — Ее голос дрожал. Дрожал от восторга. Впервые за столько лет кто-то осмелился обнять ее, как обычную женщину! Мало того — этим человеком оказался сам Реймонд де Клер! — А ты выпил сонное зелье.
— Значит, мало выпил!
— Ты был едва живой, де Клер. — Фиона прижала ладонь к холодным стальным латам. — Людям часто мерещится невесть что на грани между жизнью и смертью.
— Я привык верить своим глазам. — Его голос внезапно осип, а в серых глазах вспыхнула неистовая страсть. Тыльной стороной ладони он провел по нежной щеке, и даже от этой простой ласки у Фионы перехватило дыхание. — Я видел, как блестит от воды твоя нежная кожа и как твои волосы утопают в мыльной пене! — А еще он успел разглядеть ее лицо, и с тех пор ее удивительные голубые глаза не дают ему покоя ни днем, ни ночью. — И ты спасла мне жизнь.
— Неужели это так унижает твое достоинство — быть спасенным какой-то женщиной? — сердито спросила Фиона.
— Нет-нет, что ты! Напротив, я благодарен тебе за это, но не могу понять, почему ты не захотела в этом признаваться? Я помню, как мы встретились потом в Донеголе. Ты даже виду не подала, что мы знакомы! — Она не отвечала, и Реймонд наклонился вплотную, прошептав ей в самые губы: — Почему?
Горестная гримаса, исказившая ее чудесные черты, ранила его в самое сердце.
— Я не хотела, чтобы ты помнил меня, потому что тебе не дано было знать, как я тебя исцелила… — И уж меньше всего она хотела, чтобы Реймонд вспомнил ее сейчас.