Исцеление
Шрифт:
– Подкастер, – произносит заметно оживившийся Лёха. – Почему никто ещё до этого не додумался?
– Нет, Лёш, – говорит Настя. – Так нельзя.
– Он ведь тоже человек, – добавляет Аня.
– Именно, – кивает Лёха. – Он хоть и редкостная мразь, но человек. Она хочет человека. Она его получит.
– Прошу, – голос Игоря становится умоляющим, – не делайте этого…
Как обычно, на его слова никто не обращает внимания.
– Лёха прав, – заключает Паша. – Лучше его, чем кого-то другого.
– А как же твои деньги? – напоминает
– Уплыли мои деньги. Ну и хер с ними. Не до них сейчас. Нам бы живыми отсюда выбраться.
Игорь пытается встать. Ему хочется бежать куда глаза глядят, но он понимает, что это бесполезно. Рано или поздно она всё равно догонит его. И тогда… Он ещё не знает, что тогда, но уверен: ничего хорошего.
Ему всё-таки удаётся подняться с пола. Как только это происходит, успевшие подойти к нему Паша и Лёха хватают его под руки. Слёзы застилают глаза. Отбиваться нет сил, поэтому он только слабо дёргается то в одну, то в другую сторону.
– Ты смотри, ещё и трепыхается, – с отвращением замечает Лёха. – Ну и где она?
– Лёш… – Настя смотрит через его плечо. – Сзади…
Развернувшись, парни оказываются лицом к лицу с черноглазой.
Припять с кривой улыбкой смотрит на них. Она заглядывает в глаза каждому поочерёдно: сначала Паше, потом – Лёхе, потом – Игорю. Последнему достаётся самый долгий и самый пристальный взгляд. От этого взгляда у него холодеет внутри.
– Он? – спрашивает девушка, продолжая с интересом смотреть на того, кого люди собрались принести ей в жертву.
– Он, – отвечает Паша и отпускает парня. Лёха тоже разжимает хватку и толкает Игоря в спину. Тот, не удержавшись на подкашивающихся ногах, падает на колени.
– Не отдавайте меня ей, – шепчет он сквозь всхлипы.
– Какой же ты жалкий, – кривится Лёха. – Даже сдохнуть достойно не можешь.
Припять опускается на колено рядом с Игорем. Какое-то время она просто смотрит на него. Он продолжает всхлипывать. Его бьёт дрожь.
– Пожалуйста, – произносит он одними губами. – Не делайте этого…
– Тшш. – Припять протягивает костлявую руку к его лицу и холодными пальцами стирает слезу с его щеки. – Не плачь. Ты не умрёшь.
– Н-не умру? – переспрашивает он. Он уже ничего не понимает. Она не собирается его убивать? Но что она тогда намерена с ним делать?
– С тобой всё будет хорошо, – заверяет девушка почти ласково. – А вот насчёт твоих приятелей я не уверена.
– Что это значит? – С трудом держащий себя в руках Паша сжимает пальцы в кулаки. – Мы выполнили твоё условие – прибор и человек.
– Что касается человека, это была проверка, – ровным голосом сообщает Припять, – и вы её не прошли.
– Ну охуеть теперь, – выдыхает Лёха.
– А я говорила… – начинает было Настя, но почему-то замолкает, так и не закончив фразу.
– Так что, мы все умрём? – В самый напряжённый момент к Паше возвращается привычная невозмутимость.
– Непременно, – отвечает Припять. – Но не сейчас и не от моей руки.
Бледные пальцы обвивают запястье
Игорю так страшно, как не было даже тогда, когда за ним гнался взбесившийся пёс. Игорь старается не думать о том, что его ждёт.
Припять сжимает пальцы сильнее. Неожиданно обстановка меняется. Парень ошалело оглядывается по сторонам. Ещё секунду назад он находился в бункере в окружении людей, отдавших его в руки чудовища, а теперь они с чудовищем вдвоём стоят посреди большой комнаты, явно покидавшейся давно и в спешке: по полу разбросаны покрытые слоем пыли вещи. Игорь не успевает их рассмотреть.
Девушка подводит его к дивану. Затем она разжимает пальцы и говорит:
– Сядь.
Он садится и вздрагивает от скрипа, который издаёт диван, слегка прогнувшийся под его весом.
– З-зачем я тебе? – срывается с языка вопрос. Он жалеет, что заговорил, когда его не спрашивали. Но девушка, к его удивлению, реагирует на это совершенно спокойно.
– Не оставлять же тебя этим трусливым животным, – отвечает она. – Ты, конечно, тоже молодец, но ты хотя бы не готов пожертвовать одним из товарищей ради собственного спасения.
– Откуда ты знаешь, что я не готов?..
– Я много чего знаю, – говорит Припять. – Больше, чем хотелось бы. Скоро ты тоже будешь видеть людей насквозь.
В этот момент Игорь, и без того бледный, приобретает цвет мела.
– Пожалуйста, не надо…
Вместо ответа Припять кладёт руку на его взмокший горячий лоб, после чего происходит что-то странное.
Игорь чувствует, как от головы по телу начинает разливаться мягкое, успокаивающее тепло. С каждым мгновением тепло становится всё ощутимее, однако оно не превращается в жар. Игорь понимает, что это не к добру, но, так долго испытывавший только страх, боль и отчаяние, оказывается неспособен сопротивляться необыкновенно приятному ощущению. Всё, что ему удаётся – это выдавить из себя тихое:
– Что это?
– Исцеление, – отвечает черноглазая.
Но я не болен, думает парень. Я не болен. Не болен…
– Я… я не хочу, – произносит он заплетающимся языком.
– Не бойся. Я не причиню тебе зла.
Через пару минут его глаза закатываются. Худое тело, перестав дрожать, обмякает. Припять убирает ладонь с головы Игоря. Она склоняется над ним и легко касается губами его лба.
В этот миг её глаза перестают быть чёрными.
Игорь не знает, как долго он пробыл без сознания. Он смутно помнит, что с ним произошло. Он помнит, как бежал от чего-то. Помнит, как стоял на коленях перед группой ненавидящих его людей и как какая-то девушка помогла ему подняться. Она забрала его оттуда в другое место – тихое и безопасное. Он помнит тепло, в котором растворилась его боль.