Исцеляющее сердце

Овсянникова Екатерина

Рядом со мной раздался громкий звон приборов, из-за чего все взгляды гостей уставились на меня. Судя по сжатому кулаку супруги, происходящее ей очень не по вкусу.

— Мадам Раиса, думаю не ваше дело кто будет носить платья, — решил пристыдить я наглую гостью. — Вы либо выполняете обещанное, либо я найду другое ателье, где мне спокойно и без лишних вопросов выполнят все заказы. Вам все понятно?

Женщина притихла, уткнувшись обратно в тарелку. Все вновь продолжили трапезу как ни в чем ни бывало, но вот Клара, кажется, никак не могла успокоиться.

Она ковырялась в тарелке без особого энтузиазма, а после вовсе отставила свое блюдо и вскочила из-за стола.

— Простите, мне нужно выйти, — промямлила она и побежала к дому, схватившись за живот. Я хотел подскочить и последовать за ней, но Ханс меня остановил.

— Думаю леди Кларе сейчас лучше побыть одной… — прошептал друг, подталкивая обратно на свое место.

Я уселся, но во мне вскипела ярость.

Да как эта женщина вообще посмела обидеть мою супругу?!

— Мадам Раиса, может скажете, что же вас сподвигло сейчас обидеть леди Клару? — процедил я сквозь зубы, уставившись на швею злобным взглядом.

— А что я такого сказала? — хитрая женщина непонимающе захлопала отвратительно накрашенными ресницами, будто она тут не причем. — Я задала вопрос по делу! Я не виновата, что леди Клара слишком чувствительная…

— Покиньте банкет… — прорычал, сжав руки в кулаки.

Но женщина оказалась не так проста и стала строить из себя глупышку, которая совсем не понимает причину моего негодования.

— Простите, что? Почему?

— Сейчас же! — рыкнул, повысив голос.

Еще несколько секунд и я лично вытолкаю взашей эту стерву!

Но, к счастью, это делать не понадобилось — жестом руки Ханс указал наглой змее дорогу и та, презрительно пшикнув на прощание и гордо подняв голову, удалилась с участка.

Убедившись, что эта подлая стерва покинула мероприятие, глубоко вздыхаю и сажусь обратно. Растерявшиеся гости некоторое время даже шевельнуться боялись, но все же, пусть и не особо охотно, в итоге вернулись к трапезе.

Дальнейшее мероприятие уже не задалось — доев свои порции и попрощавшись из вежливости, гости стали потихоньку уходить один за другим, да и, признаться честно, я и сам уже не особо горел желанием как-то продолжать банкет.

Моя супруга наверняка сидит у себя в комнате и плачет, а я вынужден сидеть тут ублажать халявщиков?! Все, ради чего они пришли — это лишь вкусно и сытно поесть. Им совершенно нет дела до того, как сложится моя жизнь!

Да сдались мне такие гости!!!

В итоге на площадке помимо прислуги остались лишь три человека — Ниннэ, Ноа и Лэйла.

Целительница подошла ближе чтобы оценить мое состояние.

— Как ты? — спросила она, приложив ладонь к моему лбу.

— Мою жену обидела эта… эта… Как ты думаешь обстоят мои дела? — процедил сквозь зубы, все еще иногда сжимая и расжимая от злости кулак в надежде успокоиться.

— Здесь я тебя понимаю, но вопрос заключался не только в этом, — уточнила

Ниннэ, пристально взглянув на меня.

— Стали появляться приступы, но пока что все под контролем, — заверил я целительницу. — Я постараюсь исполнить твою просьбу, правда до сих пор не понимаю ее цели…

— Сначала мне нужно увидеть результат, а уже потом я обязательно дам тебе знать обо всем. Спасибо за вечер, но думаю мне пора идти, — целительница указала на главный вход, вокруг которого, словно неприкаянный, вертелся Ноа. — Да и тебе, как я вижу, нужно уладить еще много дел. Я пойду?

Я промолчал и согласно кивнул, после чего проводил Ниннэ взглядом и, когда та уже исчезла из поля моего зрения, пошел навстречу своему шурину.

Словно лев в клетке, он никак не мог найти себе места, но и при этом войти в дом не рвался без моего разрешения.

— Могу я увидеть Клару? Ей сейчас явно плохо! — взмолился шатен, желая поскорее увидеть сестру.

— Клара попросила оставить ее одной, — добавила Лэйла, которая только что появилась на пороге. Заботливо взяв парня за руку, девушка в паре с ним зашагала к выделенному им домику. — Идем, я уверена лорд Уильям о ней позаботится.

И похоже это сработало: Ноа конечно не окончательно успокоился и все еще нервничал, но как минимум уже сдался под натиском своей спутницы, которая тут же увела парня с места событий.

Что ж, одной проблемой меньше… Я бы скорее всего его впустил, но кто знает чем это в итоге бы обернулось для меня или Клары? Вряд ли бы друзья супруги устроили бунт посреди дома, но меня мог ждать и какой-нибудь нелицеприятный разговор.

Хотя, можно подумать будто бы меня ждало что-то другое…

Закрыв за собой входную дверь, я неспешно вернулся в свой кабинет и тихонько рухнул в уже привычное кресло. Потерев ладонями уставшее до безобразия лицо, беру бокал, наливаю себе коньяка и, отхлебнув глоток, погружаюсь в мысли.

Как же я счастлив, что адское проклятие не взяло надо мной верх и я не совершил непоправимого прямо у алтаря… Да уж, мордобоем со стороны шурина тогда явно бы не обошлось…

Но больше всего мне запомнился первый поцелуй — пожалуй, наши прикосновения и это мгновение были самыми удивительными во всем этом сумасбродстве.

Едва я коснулся ее уст, как накатившаяся волна возбуждения заставила меня забыть о приступе и отдаться чувствам. Он словно отошел на второй план — настолько мне было хорошо с ней!

Еще никогда и ни с кем я не ощущал ничего подобного… И почему такое происходит именно сейчас я тоже объяснить не могу.

Взгляд невзначай упал на лежащие в уголке стола документы. Эту бумагу не перепутаешь ни с чем другим — передо мной лежало досье моей теперь уже супруги. Придвинув документ поближе, беру чернильную ручку и вписываю в нужную графу дату сегодняшнего брака. Дописав цифры, машинально перевожу руку на следующую строку и успеваю остановиться до того, как коснусь пером бумаги.