Исход. Том 2

Кинг Стивен

Том, смеясь, подбежал к ним.

— Том, тебе пора идти, — сказал Ральф. Улыбка Тома растаяла. Казалось, он только сейчас заметил, что уже стемнело.

— Идти? Сейчас? Нет. Когда темнеет, Том отправляется в постель. Том не любит находиться на улице в темноте. Из-за привидений. Том… Том…

Он замолчал, остальные напряженно смотрели на него. Том застыл. Он вышел из ступора… но не так, как обычно. Это не было обычным внезапным оживлением, он оживал очень медленно, неохотно, почти мрачно.

— Идти на запад? — спросил

он. — Вы хотите сказать, что настало это время?

Стью положил руку ему на плечо.

— Да, Том. Если ты можешь.

— В дорогу.

Ральф, издав сдавленный стон, бросился за угол дома. Том, казалось, не заметил этого. Его взгляд метался между Стью и Ником.

— Идти ночью. Спать днем, очень медленно, почти в полной темноте. — Том добавил: — И увидеть слона.

Ник кивнул. Ларри принес рюкзак Тома, и тот задумчиво взвалил его на плечи.

— Ты должен быть очень осторожным, Том, — сдавленно произнес Ларри.

— Осторожным. Да.

Стью запоздало подумал, что следовало бы положить Тому одноместную палатку, но затем отбросил эту мысль. Том всполошил бы всю округу, устанавливая даже маленькую палатку.

— Ник, — прошептал Том, — мне действительно необходимо делать это?

Ник, положив руку на плечо Тома, медленно кивнул.

— Хорошо.

— Иди по широкому четырехполосному шоссе, Том, — сказал Ларри. — По тому, где написано № 70.

Ральф отвезет тебя к его началу на мотоцикле.

— Да, Ральф. — Том замолчал. Вернувшийся Ральф вытирал глаза носовым платком.

— Ты готов, Том? — спросил он.

— Ник? Но мой дом по-прежнему останется моим, когда я вернусь?

Ник закивал головой.

— Том покидает свой дом. Да.

— Мы знаем, Томми. — Стью чувствовал, как слезы душат его.

— Ладно. Я готов. С кем я еду?

— Со мной, Том, — сказал Ральф. — По дороге № 70, запомнил?

Том кивнул и направился к мотоциклу. Ральф шел за ним, сильно сутулясь. Даже перышко на его шляпе, казалось, поникло. Они сели на мотоцикл, и Ральф завел мотор. А еще через мгновение мотоцикл, пролетев по Бродвею, свернул на восток. Трое мужчин застыли, наблюдая за растворяющимся в темноте силуэтом и прыгающим пятном фары. Затем и огонек исчез.

Ник, опустив голову и засунув руки в карманы, пошел прочь. Стью попытался присоединиться к нему, но Ник почти яростно покачал головой и жестом попросил его уйти. Стью вернулся к Ларри.

— Вот так, — вздохнул Ларри, и Стью мрачно кивнул. — Если он не вернется, семеро из нас — возможно, без Франни, она всегда была против засылки Тома — всю оставшуюся жизнь будут винить себя за принятое решение.

— И Ник будет страдать больше всех, — сказал Стью.

— Да, больше всех остальных.

Они смотрели, как Ник медленно бредет по Бродвею, пока его фигура не растаяла в темноте. Затем оба перевели взгляд на темный дом Тома.

— Пойдем

отсюда, — внезапно предложил Ларри. — Все эти чучела… у меня прямо волосы встают дыбом.

Они ушли. А Ник вернулся и еще долго стоял на лужайке перед домом Тома Каллена, все так же засунув руки в карманы и опустив голову.

Джордж Ричардсон, вновь прибывший доктор, обосновался в «Дакота-ридж медикэл сентр», потому что это было ближе всего к городской больнице Боулдера с ее современным медицинским оборудованием, огромными запасами лекарств и отличными операционными.

К двадцать восьмому августа он уже полностью окунулся в работу, помогали ему Лори Констебл и Дик Эллис. Дик попросил разрешения отойти от медицины, но получил отказ.

— Ты хорошо справляешься со своими обязанностями, — сказал Ричардсон, — уже многому научился и научишься еще большему. Кроме того, один я не справлюсь. Готов поспорить, что через месяц-другой у нас здесь появится второй настоящий доктор. Так что мои поздравления, Дик, ты первый врачеватель Свободной Зоны.

Около одиннадцати часов того августовского утра Франни вошла в приемную и, слегка нервничая, с любопытством огляделась вокруг. Сидевшая за столом Лори читала журнал «Все о домашнем хозяйстве».

— Привет, Фран, — вскакивая, сказала она. — Я так и думала, что рано или поздно ты придешь к нам. Джордж сейчас занят с Кэнди Джонс, но он примет тебя. Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, очень хорошо, — ответила Франни. — Я думаю…

Дверь кабинета открылась, и из нее вышла Кэнди Джонс, а за ней Ричардсон — высокий сутуловатый мужчина в вельветовых брюках и футболке с изображением крокодила на груди. Кэнди с сомнением смотрела на бутылку с чем-то розовым, которую она держала в руке.

— Вы уверены, что это именно то самое? — с таким же сомнением в голосе спросила она Ричардсона. — Раньше у меня такого не было. Я считала, что у меня иммунитет.

— Нет, вот теперь вы и заболели, — с улыбкой ответил Джордж. — Не забудьте о ванночках и старайтесь не ходить по высокой траве.

Женщина горестно улыбнулась:

— У Джека то же самое. Он тоже должен прийти?

— Нет, вы можете делать ванночки и ему.

Кэнди меланхолично кивнула, а затем заметила Франни.

— Привет, Франни. Как ты, девочка?

— Хорошо. А ты?

— Ужасно. — Кэнди повернула бутылку так, чтобы Франни могла прочитать этикетку: «КАЛАДРИЛ». — Реакция на ядовитый плющ. Ты и не догадаешься, где я подцепила это, — лицо ее просветлело, — но, клянусь, знаешь, где Джек подхватил это.

Они с удивлением переглянулись, а Кэнди направилась к выходу. Затем Джордж произнес:

— Мисс Голдсмит, не так ли? Комитет Свободной Зоны. Очень приятно.

Она протянула руку для пожатия.