Исход
Шрифт:
Глотнув кофе и сделав короткую паузу, Младкор ускорился, закругляясь.
– На сегодняшний день ресурс себя исчерпал – все известные надгробия рассыпались прахом. Предполагаем, что та же судьба постигла и не обнаруженные обелиски. За сутки скауты обнаружили лишь одну чудом выжившую группу, умудрившуюся не только продержаться в Фронтире восемь суток, но и частично разобраться с новоприобретенными способностями. На выходе имеем мага-универсала непонятного класса и пару хилых танков, способных экипировать и использовать все, что смогут поднять.
Я задумался – ребята явно перспективные. Главное, чтоб их никто не обломал, ляпая под руку: «Это невозможно!»
– Направь
Переведя взгляд на Дурина, я вопросительно поднял бровь. Гном степенно кивнул, пригладил парадно-выходную бороду и принялся докладывать.
– Склады и временные хранилища забиты на сто семь процентов. Менее ценную добычу штабелируем вдоль стен внутреннего периметра. Имеются отдельные массовые случаи гибели персонала при погрузочных работах. Например, один только бронзовый винт с лайнера, диаметром в девять метров и весом более ста тонн, раздавил при падении пару гоблинов и одного огра-грузчика. Последний, кстати, не воскрес! Также прошу иметь в виду, что часть добра определенно оседает в сумках Неумирающих! Требую провести дознание в присутствии Адских Гончих!
Оркус поморщился:
– Разберемся…
Завхоз недоверчиво хмыкнул, но продолжил:
– Оценка основной массы трофеев не представляется возможной. Многое не распознается и не классифицируется, кое-что просто отторгается Друмиром…
Аналитик поднял руку, прося слова.
– Я прерву на мгновение уважаемого Дурина для более точных формулировок. Мы еще толком не разобрались, но очень похоже, что таблица химических элементов Друмира немного отличается от привычной нам таблицы Менделеева. Какая-то базовая мелочь, ставящая с ног на голову всю физику и химию нашей микро-Вселенной. Может, тут протоны несут отрицательный заряд, а может, нейтронов не существует вовсе, что делает невозможным появление изотопов в любом виде. Не знаю… В любом случае вся электроника дохнет за считаные часы. Платы и микросхемы исходят трухой, элементы питания пузырятся слизью, а на складах происходит своеобразная усушка – полпроцента объема в сутки. Вот и не понятно, что ценнее – кубометр коммуникаторов последней модели либо чугунная батарея из руин заброшенной дачи. Последнюю можно хоть на металл пустить. Кстати, рецепт чугуна в Друмире не известен…
– О радиаторах потом, – отмахнулся я. – Что у нас дальше по плану? Дипломатия? Товарищ Лазарь, есть новости по вашему профилю?
Гэрэушник за последние недели заметно постарел – казенный безликий аватар поседел, обзавелся морщинами и предпенсионной рыхлостью. Впрочем, учитывая стартовый возраст разведчика в отставке – явно далеко за семьдесят, другого результата ожидать было сложно. Через пару месяцев он превратится в бодрого мужчину, едва разменявшего полтинник и наделенного олимпийским здоровьем. А уж с этой точки отсчета начнет потихоньку сбрасывать годы, влюбляясь и совершая деяния, достойные юношей.
– Кхе… После разрыва миров я потерял большую часть завязанных на меня контактов. Кого-то выбросило в реал, кто-то почувствовал, как перестала давить на шею удавка компромата и обязательств и теперь вовсю крутит Конторе дули в карманах. Но кое-что выяснить удалось. Ситуация везде довольно схожая – постапокалипсис как он есть, с небольшими модификациями в виде ментальности народов. Американцы предпочитают выживать в одиночку, оседлав
– А сейчас? – прервал я разведчика и заинтересованно подался вперед.
Интерес у меня шкурный, шибко до фига кровников имею в китайском кластере.
– А сейчас ситуация значительно лучше, счет примерно пять к одному, не в нашу, естественно, пользу. Нам крепко повезло, что срыв пришелся на глобальный ивент в рукластере, помноженный на вечерний прайм-тайм. На выходе из двухсот миллионов населения России мы выжали больше сорвавшихся, чем перепало тем же Штатам из их пятисот. Фортуна в чистом виде!
Я недоверчиво хмыкнул. Ага, фортуна… Хрен там! Люди две недели спали, жрали и ср… гадили в капсулах, пятясь по родной земле под давлением супостата. Да у нас в кластере целых замков осталось лишь девять процентов! Остальные были захвачены и скормлены системе за гребаные двадцать пять процентов! Везуха, епта…
Лазарь, наблюдающий за эмоциями на моем лице, решил меня порадовать:
– Как передали мне представители вьетнамских товарищей, среди высшего руководства их кластера уже решен вопрос об установке артефактного памятника Первожрецу Лаиту. Просят одобрить дизайн и освятить монумент, придав ему статус официального алтаря.
Пискнул приват, сообщая о получении графического файла. Открываю – мать моя женщина! Темный Властелин собственной персоной!
Мои ноги окаменели, чувствуя мертвую хватку пьедестала. Спину разогнуло в идеальный перпендикуляр к полу – Властелин может сидеть только так!
– Мля! – я выругался, скрипнув от ярости зубами и с усилием занимая привычно-вольготную позу в кресле.
Дай только время, и эти верующие загонят меня в шаблоны своих стереотипов! Нет уж, надо, обязательно надо следовать первоначальному плану и рвать когти в жесткое соло, выпадая на время из-под корежащей разум физики Друмира.
– Отставить памятники! Слушайте сюда, бандерлоги! И не забывайте о данной клятве именем Неназываемого. Ляпнете лишнее на пьяную голову, а мне потом нового офицера на ваше место искать!
Народ резко стал серьезным, хмельные искры улетучивались из глаз. Вообще, опьянение в Друмире процесс скорее психологический. При должной сноровке можно и с бокала вина уйти в полный аут. Некоторым дамам, желающим стать доступнее и страстно ищущим повод, это вполне удается.
Я продолжил:
– Братва, уже не секрет, что я владею уникальной способностью: открытием портала в Инферно. Так вот, спешу вас обрадовать – мне удалось заполучить очередной эксклюзив, портал на…
– Крак! – лопнули подлокотники красного дерева под крепко стиснутыми пальцами Стаса.
Особист, игнорируя торчащие из ладоней щепки, подался всем телом вперед и вцепился в меня взглядом:
– На Землю?!
Я медленно кивнул.
– Так точно…
Шокированный выдох пронесся по залу. С каминной полки со звоном полетели подсвечники и вывалившийся из стелса очумелый Белый Чебурашка.
– Я с тобой! – бескомпромиссно сообщил мне Стас и принялся поправлять на себе экипировку, словно отправляться нужно было «вот прям щас».