Искатель, 1991 № 6
Шрифт:
Только после этого лейтенант описал свое открытие в подробном рапорте и подал его по команде.
Результатом этой цепочки случайностей стал документ, направленный в Тиходонск: «Принятыми дополнительными мерами розыска по вашей ориентировке (РД «Трасса») обнаружен кузов а-м ГАЗ-24 (владелец Плоткин), который эксплуатировался по техническому паспорту на а-м ГАЗ-24 госномер… владелец Идримов. В настоящее время Идримов, пострадавший в результате аварии, находится в больнице Урук-Сартанского района, а его автомобиль — на отстойной площадке
— Это реальный путь к раскрытию, — сказал Сергееву Леди як, чуть морщась и незаметно поглаживая живот. — Поезжайте с Поповым… Какой-то он странный последнее время — в чем дело? Все мы устали… Значит, поезжайте и разберитесь на месте. А я созвонюсь с Москвой — «Трасса» у них на контроле, пусть подключают своих людей. Нет, сами не обойдетесь — это Кавказ…
Ровно через сутки Сергеев и Попов сидели в кабинете начальника отдела особо тяжких преступлений МВД Предгорий и излагали план предполагаемых действий. Дородный краснолицый подполковник слушал, внимательно время от времени поглаживая широкие жесткие усы и согласно кивая головой. Но когда он заговорил, оказалось, что это кивание вовсе не знак согласия, а один из элементов кавказской вежливости, за которым может ничего не стоять, а может стоять и прямо противоположное ожидаемому.
— Понимаете, — подполковник доброжелательно улыбнулся, усы встопорщились. — У нас тут все по-другому. Так как вы хотите — можно сделать где угодно: в Москве, Ленинграде, Тиходонске, но не здесь! — начальник отдела развел руками.
— Идримов живет в селе, где половина жителей — его родственники, а вторая половина — друзья и знакомые. Как сохранить в тайне осмотр или обыск у него в доме? Даже если просто задать кому-то вопрос, любой, самый пустяковый — мгновенно передадут: приходили, интересовались… Так что и в больницу нечего соваться!
— Беймураз Абдурахманович, — Попов с трудом держал в памяти имя и отчество подполковника. — А если местного участкового подключить? Легенда — авария? Или Пожарника — состояние проводки, дымоходов, опасность возгорания…
Жесткие усы снова встопорщились.
— А если участковый женат на сестре брата Идримова? Или пожарник — племянник друга его отца? Какая-то связь обязательно найдется!
— Получается: ничего не выйдет? — мрачно спросил Сергеев. — То трудно, это невозможно… Знаете, сколько трупов по «Трассе»? И контроль Союза! Кстати, со дня на день прибудет московская бригада.
— А что они здесь сделают? — колюче взглянул Беймураз Абдурахманович. — У себя на Арбате порядок навести не могут! Правда, туда десантников, бронетранспортеры и вертолеты не бросишь, а в республиках все можно., руки развязаны;..
Начальник отдела задумался, машинально вытащил из стола белые костяные четки, перехватив взгляд Попова, вновь добродушно улыбнулся.
— Нервы успокаивает. Не пробовали?
На минуту в кабинете воцарилась тишина, только чуть пощелкивали
— Раз надо — значит, будем делать. — Подполковник вооружился толстенной четырнадцатицветной ручкой, какие лет десять назад в изобилии наводняли прилавки комиссионок. — Будем делать по-своему. Мы ведь здесь живем…
Он вновь надел маску радушного и любезного хозяина.
— Мой двоюродный брат — главврач республиканской больницы. Попрошу его забрать Идримова из района. А получится — пусть переводят в Тиходонск, вроде по медицинским показаниям. Устраивает?
Чудовищная ручка черкнула что-то в календаре.
— А насчет того, чтобы поискать следы других машин… Мы найдем способ узнать, что у него в сарае, в подвале, в гараже. Но скорей всего он просто покупатель. Понадобилось заменить кузов — вот и заменил. Не в очередь же на десять лет записываться… Дело обычное. Иногда заказывают — какая модель, какой цвет. Знают, понятно, что ворованное. А про убийства-то не думают.
Прощаясь до завтра, подполковник замялся.
— Вы в отделе особо не рассказывайте, что да как… Ребята у нас хорошие, золотые ребята, я им всем доверяю как себе… Но знаете, всяко бывает.
Когда они вышли в коридор, Попов спросил:
— Как думаешь, а ему доверять можно?
— Скоро узнаем, — отозвался Сергеев.
Оказалось, что можно. Подполковник сделал все, что обещал, и даже сверх того. Идримова перевели в республиканскую больницу. У него было легкое сотрясение мозга, трещины ребер и сложный перелом голени.
— Можешь хромым остаться, — сказал лечащий травматолог. — Надо бы в специализированный институт, в Тиходонск, да туда не пробьешься. В прошлом году нам только пять нарядов дали.
— Как так «не пробьешься»? Раз человеку надо! — возмутился сопровождавший раненого брат. — Где у вас начальник?
Через полчаса он вернулся в палату радостный, но слегка обескураженный.
— Золотой мужик главврач! — возбужденно сообщил он. — Скомандовал завтра же тебя санитарным самолетом отправить. И ничего не взял! — он перешел на шепот. — Даже слушать не захотел!
— Ничего, вылечусь — мы к нему подойдем, — удовлетворенно сказал Идримов. — Молодец, Магомет! Скажи матери, Ильясу, всем, что я в порядке. Сходи в милицию, пусть дело не открывают. Машину забери, отдай Адаму — пусть поставит на ремонт. Что будет надо — сообщу…
Разбитую «двадцатьчетверку» тем временем направили на автотехнйческую экспертизу. Однако на пол пути маршрут изменился, и мощный грузовик взял курс на Тиходонск.
— Никаких других машин у него не появлялось, — через пару дней сообщил Беймураз Абдурахманович тиходонским операм. — Свою «Волгу» он весной разбил, стал искать новую без документов. Месяца два назад взял эту за десять тысяч. Кузов переставил, двигатель спрятал у младшего брата Магомета, резину и задний мост держит у себя в подвале. Продавца знает.