Искатель, 1997 № 10
Шрифт:
Из мрачной, в буквальном смысле, комнаты выскочил зверь о четырех лапах, но с человеческой головой. Глаза его обжигали неутолимой ненавистью. Размерами зверь был с крупного льва, львиным было и его туловище. Но хвост чудовища, жесткий и угрожающе загнутый кверху, заканчивался не миролюбивой кисточкой, а воинственным скорпионьим жалом.
Зверь присел на задние лапы. Из уголков его злобно сжатых губ стекали струйки желтоватой слюны.
Стас, угрожая мантикору мечом, оглянулся, намечая пути отступления. По обе стороны от мантикорова логова — две запертые двери, ключей к которым он пока не нашел. Справа —
Ожидая прыжка зверя, он отбросил факел и приготовился, собираясь упасть на спину, острием меча вспороть желтоватое поджарое брюхо. Но мантикор — теперь Стас знал, что означает это слово — вместо прыжка крутанулся на месте, как заправский каратист, готовящийся нанести удар ногой. Только целился он в голову Стаса не задней когтистой лапой, а ядовитым жалом хвоста.
Изменить план защиты Стас не успел, упасть тоже не успел — слишком быстро все произошло. Единственное, на что ему хватило времени — это втянуть голову в плечи, зажмурить глаза и выставить перед собою нацеленный в сводчатый потолок меч.
Хвост оказался не только боевым оружием, но и ахиллесовой пятой мантикора. Удара Стас почти не почувствовал. Но, вначале удивившись, что до сих пор стоит на ногах, а потом, уже открыв глаза, он увидел, как мантикор вертится волчком, жалобно поскуливая и стараясь схватить зубами обрубок своего хвоста. Отсеченное хорошо наточенным лезвием жало с кусочком тонкого, в палец толщиной, хвостика конвульсивно дергалось в центре зала.
Мантикор, наконец, поймал свой укороченный хвост, прижал лапой к полу и начал жадно, по-собачьи, зализывать. Шея зверя оказалась в досягаемости Стасова меча и выглядела достаточно беззащитной.
Стас медленно, не дыша, поднял меч.
Нужно было довершить начатое. Двоим им в этом просторном зале будет слишком тесно.
Но мантикор, угадав намерения своего противника, рявкнул так, что огни факелов испуганно затрепетали и чуть было не погасли. Стас снова приготовился упасть на пол и направить счаль меча в живую желтую плоть. Однако мантикор справедливо рассудил, что лучше быть голодным и живым, чем вряд ли сытым, но почти наверняка мертвым. Поджав остаток хвоста, он затрусил к оставшейся открытой створке двери. Дождавшись, пока постукивание когтей о каменные плиты пола станет глуше, Стас захлопнул дверь и дважды повернул ключ, оставив его в замочной скважине.
Неизвестно еще, что таится за двумя другими дверями. Может быть, мантикор— самое безобидное из чудовищ, населяющих замок.
На всякий случай Стас вновь подошел к входной двери, но вращал туда-сюда и подергал бронзовую ручку, отлитую в форме кошачьей лапы.
Может быть, теперь, после битвы с мантикором, его выпустят из замка? Очень уж есть хочется. И не только есть.
Но открывающаяся лишь в одну сторону дверь осталась верной придуманному ей Стасом названию. Вздохнув, он вышел на середину зала. Придется добывать ключи от остальных двух дверей. Какие еще варианты не проверялись?
Стас еще раз посмотрел на рисунок, скрытый среди каменных плит пола. Некоторые из них были чуть темнее, чем остальные. Две прямые, образованные более темными
Стас попробовал через замочные скважины разглядеть, что делается за запретными дверями, но ничего не увидел. Зато обнаружил, что скважины эти у дверей разные: у левой — горизонтальная, у центральной — мантикоровой — вертикальная, у правой — крестообразная.
Ну и что?
Горизонтальная линия при наложении на вертикальную образует крест. Значит, вначале он должен проникнуть за левую дверь, где, охраняемый драконом или Медузой Горгоной, за стеной огня или на дне бездонного колодца лежит — если лежит— ключ от двери правой.
Стас был так голоден, что ни о чем, кроме еды, уже не мог думать. Горизонталь, вертикаль — все равно, лишь бы добыть что-нибудь съестное.
На глаза Стасу попалось жало, срезанное с хвоста мантикора. К сожалению, совершенно несъедобное.
А что, если…
Стас пошевелил жало лезвием меча.
Не дергается. Но, может быть, оно ядовитое? Защитят ли от яда перчатки? Лучше все-таки не касаться шипов.
Стас бережно поднял ошметок хвоста, подошел к правой двери. Шипы точно вошли в замочную скважину. Он осторожно повернул ''Ключ», замок громко щелкнул. Стас дернулся, как ужаленный. Но из-за двери никто не выскочил, не выпрыгнул, и клочки усталого и голодного Стаса не полетели по заулочкам.
Он осторожно потянул дверь на себя и заглянул в щель. Ничто, кроме небольшого коридорчика, освещенного двумя фактами, Стас не увидел и, осмелев, переступил порог.
Коридорчик был проходным. Кроме двери в противоположном его торце, Стас обнаружил еще одну, с левой стороны. Украшала эту дверь чеканка с изображением котла и огня под ним.
Здешняя кухня, значит. Наконец-то. Интересно, что у них сегодня на обед?
К счастью, никаких головоломок для того, чтобы попасть на кухню, разгадывать не пришлось: дверь открывалась простым поворотом ручки, имевшей форму все той же кошачьей лапы.
Первое, что бросилось Стасу в глаза, когда он открыл заветную дверь, был огромный камин, над огнем которого действительно висел на цепях внушительных размеров котел. Рядом на низенькой табуреточке сидел здоровенный мужик двухметрового, не ниже, роста, голый по пояс, и деловито точил друг об дружку два длинных кривых ножа. Грудь его была не просто волосатой, но прямо-таки каракулевой, как у породистой овцы.
— А вот и обед подоспел, — весело сообщил мужик Стасу.
Стас принюхался. Ничем съестным на кухне не пахло. В котел, видимо, только что залили воду. Может быть, для начала бутерброды дадут?