Искатель 2
Шрифт:
Отлично! Рюкзаки и вещи, что мы принесли, сложили в доме Дюрана, а сами под его предводительством загрузились в три телеги.
Компания собралась отменная: сам Дюран, я, Зара, Бернард вместе со своими друзьями и Еленой, и ещё пяток мужиков, что вызвались помочь в сборе добычи.
Как сражаться с бандитами так все по кустам рванули, а как добычу собирать, так очередь из мужиков выстроилась. Хотя в этом нет ничего удивительного, каждый из этих добытчиков, что рвались на работы, глубоко в душе лелеял надежду, что сможет под шумок что-то себе урвать. К тому же я уверен, что Дюран не упустит возможности удержать из общей стоимости не только работу мужиков, но и аренду
В этот раз мы собирали всё, что только влезло в наши телеги. Забрали палатку, шатры, бочки и ящики, что беспорядочно валялись по лагерю бандитов. Тут же нашлись стопки выделанных шкур зверей и монстров.
Мы с мужиками всё это носили в телегу, Елена считала, а Дюран составлял список и фиксировали в него каждую найденную позицию.
Обратная дорога была куда-как быстрей и веселей. В деревне народ уже пел песни, а наше возвращение встретили радостными криками и подбрасыванием шапок в воздух.
Телеги остановились у дома старосты. Наконец пришло время оценки и дележа добычи. Так как развлечений у местных было не так много, то лавки и столы переместились ближе к нам. Да, сразу видно, магическое средневековье.
Нет у местных в дома телевизоров, и чуть что, все от мала до велика собираются посмотреть на живое шоу в лицах. А что, раздел и оценка добычи — это то ещё кино! Скандалы, интриги, расследования, да и до мордобоя может дойти, чего уж тут. Какие времена такие нравы.
Правила раздела добычи в королевстве Харальдан оказались простыми и понятными: всё, что было украдено монстрами, бандитами, пиратами и другими осуждёнными преступниками в полном объёме достаётся любому искателю или авантюристу, который их убил. Даже если предыдущий владелец вещей был ещё жив и мог предъявить претензии, он всё равно оставался ни с чем. Право силы действовало в первой мере. Если ты не смог уберечь своё имущество или не смог вернуть, значит, и прав на него ты не имеешь. Причём в самих городах закон не позволял заниматься разбоем, и за этим строго следили, а всё, что происходит за стенами города вдалеке от стражи там и остаётся.
Несмотря на это правило, мы с Бернардом с молчаливого согласия не стали присваивать себе вещи, что были украдены с фермы Теллини и Йены. Им и так придётся несладко, а с приданым будет шанс устроить собственную жизнь. Это казалось мне справедливым, а Бернард хотел помочь своим знакомым.
Что касается разделения остальной добычи, то угрюмый Бернард, позабыв обо всем, с пеной у рта требовал половину добычи и никак не меньше. И это при том, что большую часть боя он провалялся в отключке по собственной глупости, и если бы не Зара, то скончался на месте от ран и обильной кровопотери. Но об этом он быстро забыл и вперёд выпячивал перевязанную грудь и раны, громко заявляя о своей доблести и героизме. Тем более в глазах местных раненый Бернард внёс куда больший вклад, нежели мы с Зарой, вышедшие из боя без единой раны.
Правила были ясные и предельно чёткие, единственное, что мне удалось сделать, это напомнить всем присутствующим, что Зара не рабыня, а свободный гоблин и равноправный с нами авантюрист, что имеет полное право на треть от всей добычи, и это её законная доля.
Ох уж и подгорело от этой новости у местных жителей! Елена, что всё время избегала общения со мной и держалась на расстоянии, от такой новости обвинила меня во лжи и попытке обмануть её семью. Но правда была на моей стороне, и хоть
В конце концов Дюран, хоть и скрипя зубами, был вынужден вынести решение в нашу пользу, ведь правда была за нами, а он сам был свидетелем освобождением Зары из рабства.
Мэр разделил четырнадцать серебряных и пятьдесят медных монет, что были наградой за уничтожение логова бандитов, на три части: мне и Бернарду досталось по четыре серебра и восемьдесят три медных монеты, а Заре на одну медную меньше. При этом мэр пристально смотрел мне в глаза, ожидая возмущения, ведь гоблину денег досталось меньше.
Однако я не видел причин возмущаться из-за одной медной монеты, тем более что в награду мне перепала карта, что послужила авансом. Ох и зря же Дюран это озвучил, на него тут же обрушились, словно коршуны, Бернард и Елена, пытаясь стрясти с меня или мэра компенсацию. Но ничего стребовать дополнительного у них не получилось. Дюран осадил толпу, и жадным фермерам пришлось умерить свой пыл.
Староста одел на шею амулет-переводчик и торжественным голосом заговорил.
— Согласно правилам, эти четыре серебряные монеты и восемьдесят два медяка за выполнение задания мэрии вручаются гоблину Заре, — он протянул деньги моей подруге и хитро прищурился в мою сторону, ожидая, что я на глазах у всех попытаюсь тут же забрать эти деньги себе.
Глаза девушки стали огромными, когда грузный мужчина пересыпал монеты прямо в её протянутые ладони, из-за чего часть рассыпалась по земле. Затем на медную гору Дюран медленно и торжественно водрузил четыре серебряных монеты.
Толпа зашумела, Зара была слегка шокирована, видимо, ей никогда раньше не приходилось держать в руках столько денег. Благодаря тому, что мэр активировал артефакт-переводчик, она поняла, что это её награда и тут же попыталась отдать все эти деньги мне.
— Нет, деньги твои, и распоряжаться ими тебе. Лучше спрячь их в свой мешочек, — сказал я Заре и попросил мэра повторить мои слова.
Подруга смотрела на меня как на сумасшедшего, нервно переминалась с ноги на ногу, словно ждала подвоха. Затем убедившись, что это не шутка, она дрожащими руками ссыпал награду в свою поясную сумку, которую, готовясь к походу в город, я сшил для спутницы на днях.
Но на этом шоу делёжки трофеев и не думало заканчиваться. Добыча из лагеря разбойников, включая палатки, снаряжение и оружие. Для их продажи Дюран организовал небольшой аукцион, где местным жителям пришлось побороться друг с другом за выкуп нашей добычи. Селяне активно выкупали им нужное, а всё, что осталось после торгов, выкупила у нас городская администрация. В итоге мы заработали пятьдесят три серебряные монеты. Мы снова разделили их на троих: мне и Заре досталось по семнадцать серебряных и по шестьдесят шесть медных, а Бернарду на монету больше. Фермеры хоть и продолжали возмущаться, но после торгов, когда жители смогли обзавестись новыми вещами, их никто поддерживать не стал.
С каждой полученной монетой Зара всё сильнее смущалась. Ей было не по себе от такой суммы денег. Для гоблина даже одна серебряная была состоянием, а тут сразу восемнадцать монет, и все они принадлежат ей.
Она настойчиво пыталась отдать мне свои деньги. И видя, что я отказываюсь принимать, она ссыпала всё в свою сумку и, сняв её с пояса протянула мне в руки, защебетав что-то на гоблинском, обращаясь при этом к Дюрану.
— Она говорит, что хочет, чтобы Вы взяли её деньги на хранение, — перевёл мне мэр. — И что если Вы решите оставить их себе, она не будет возражать.