Искатель

Макдевит Джек

Я выбрала столик возле цветущего дерева незнакомого мне вида, заказала коктейль и приняла расслабленную позу, надеясь, что не проведу вечер в одиночестве.

В «Эскорте» было все, что нужно: тихая музыка, приглушенный свет, свечи, запах мускуса, прекрасный вид на Даму-под-Вуалью – сияющую туманность из миллионов звезд. Чтобы различить в ее очертаниях женскую фигуру, требовалась некоторая доля воображения, но какая разница? Внизу, на поверхности планеты, начинал сгущаться мрак, в городах загорались огни.

Я

разглядывала входящих мужчин, чтобы найти кого-нибудь поинтереснее, и вдруг заметила белобородого человека со страдальческим лицом, которого видела в фонде: сейчас на нем был смокинг. Его сопровождала пожилая женщина. Оба остановились у входа.

Я попыталась вспомнить что-нибудь о нем: не было ли его имени на двери, не упоминала ли о нем Тиша? Но в голову ничего не пришло. Мужчину и его спутницу проводили к столику в противоположном конце зала. Вернулся официант, и я заказала легкую закуску.

Я попробовала связаться с Тишей по служебному номеру, но искин сообщил, что она уже ушла. Честно говоря, я не рассчитывала, что белобородый может поделиться какими-нибудь данными о «Соколе», но решила рискнуть.

Взяв коктейль, я подошла к их столику. Оба посмотрели на меня. Мужчина нахмурился – наверное, вспоминал, где он мог меня видеть.

– Прошу прощения, – сказала я. – Меня зовут Чейз Колпат. Я видела вас сегодня в фонде Хеннесси.

– Да, конечно, – улыбнулся он, затем встал и представил обоих – себя и свою спутницу. Его звали Жак Корвье. – Надеюсь, вы узнали все, что хотели.

Я рассказала ему все – о том, что мне пришлось проделать большой путь, что я работаю над исследовательским проектом, что «Сокол» продали фонду и что мне очень хочется пообщаться с его искином.

Он изобразил заинтересованность – как мне показалось, ради своей спутницы.

– Кажется, я знаю, что могло случиться, – сказал он, когда я закончила свою речь. Отчего-то у меня возникло чувство, что, не будь рядом другой женщины, он пригласил бы меня к себе в офис и показал файлы с данными. Достав коммуникатор, он что-то произнес, одновременно предлагая мне стул. Немного послушав, он ответил «да» и посмотрел на меня.

– Чейз, – сказал он, – «Сокол» никогда не входил в состав флотилии фонда. Его купили у разведки с определенной целью – чтобы передать ашиурам.

– Ашиурам?

– Как вы понимаете, это было еще до меня. Именно так: ашиурам. Им нужен был корабль для временной выставки или постоянной экспозиции – точно не знаю. Так или иначе, «Сокол» сразу же передали им. Нам он принадлежал очень недолго.

– Кому конкретно его передали? Вы не знаете?

Он задал тот же вопрос своему собеседнику в коммуникаторе, выслушал ответ и покачал головой:

– Неизвестно.

В главном вестибюле располагалось представительство «немых» – для тех, кто путешествовал на планеты

ашиуров. Из материалов, входивших в информационный пакет станции, следовало, что каждые четыре дня совершаются рейсы на Ксиалу, пограничную планету «немых». Стоит отметить, что ее название придумано людьми. Мы знаем, как оно пишется, но поскольку «немые» не умеют говорить, правильного произношения не существует – точнее, вообще никакого. И все же, на мой взгляд, можно было изобрести что-нибудь получше.

В представительстве меня поприветствовала женщина-аватар – немногословная, вежливая, в красной форме с серебряным шитьем. Улыбнувшись, она поздоровалась и спросила, чем мне помочь.

Офис был почти пуст – стойка, пара стульев, внутренняя дверь. Два плаката: «Ашиурские путешествия» и «Выдача проездных документов». Электронное табло с расписанием рейсов туда и обратно на ближайшие две недели.

Меня так и подмывало попросить, чтобы она позвала шефа-«немого», но я сдержалась.

– У меня есть вопрос. Могу ли я поговорить с кем-нибудь, работающим тут некоторое время?

– Вы уверены, что я не смогу ответить на ваш вопрос?

Я стала расспрашивать ее про корабль, десятилетия назад пожертвованный кому-то фондом Хеннесси: возможно, одному из ашиурских музеев. Известно ли ей, где может находиться «Сокол»? Но она ничего не знала, вообще не слышала ни о чем подобном.

– Одну минуту, – сказала она, – поговорю с начальством, – и тут же исчезла.

Мгновение спустя за дверью послышался шум, а затем скрежет стула по полу и звук шагов.

Я приготовилась к первому контакту, напомнив себе, что за дверью спокойно ходят люди. Возможно, все не так плохо, как мне об этом говорили.

Дверь открылась, и я увидела молодую женщину, видимо послужившую моделью для аватара. Правда, оригинал выглядел чуть симпатичнее.

– Добрый день, – коротко поздоровалась она. Несмотря ни на что, рабочий день на станции был в самом разгаре. – Я Инделия Колдуэлл. Вы хотели узнать про звездолет?

– Да. Если это возможно.

– Его продал ашиурской организации фонд Хеннесси?

– Совершенно верно.

– И в фонде не знают, кому именно?

– Они ничего не знают о том, что случилось с кораблем после его передачи… – я замешкалась, – ашиурам.

Она стояла в дверях и явно соображала, как от меня избавиться.

– Мне совершенно непонятно, откуда у вас такие сведения. Прошло тридцать с лишним лет… – Она уставилась на плакат с надписью «Оформление проездных документов», словно в нем мог содержаться ответ. – Мы лишь готовим электронные документы для тех, кто летит на Ксиалу и обратно.

– Понимаю, – кивнула я. – Нет ли тут какого-нибудь ашиурского представительства, например посольства? Может, кто-нибудь имеет доступ к этой информации или даже помнит о тех событиях?