Искатель
Шрифт:
– Хорошо, – Соболев вскинул винтовку на спину. – Когда вас ждать?
– Ну, думаю, к вечеру, – Георг оглядел группу. – Займитесь пока обедом. Вторая фляга у нас цела. Хотя и полупустая, но для готовки, думаю, хватит.
Светопластины плечевых фонарей, вмонтированных в ткань комбинезона, налились белым светом, разгоняя окружающую тьму. Кир подергал веревку, давая понять, что все в порядке, – и отстегнул карабин. Сверху зашуршало, посыпалась бетонная крошка, и рядом с Киром приземлился Рен. Отцепив карабин, он зажмурился
– Блин, сделай свет поменьше.
Кирилл отвернулся и, уменьшив яркость, оглядел помещение, в котором они оказались, проникнув в указанную Айко дыру. Оно было довольно велико. Лучи фонарей выхватывали из темноты какие-то обломки, кучи мусора и остатки незнакомых механизмов.
– О, вот и фляга, – Рен поднял потерянную флягу, лежавшую недалеко от места их спуска. – Смотри, Кир, даже не помялась.
– А что ей будет? – буркнул Кирилл. – Монометалл выдержит падение и не с такой высоты.
Он подошел к стоявшему у стены непонятному то ли механизму, то ли прибору в виде трехгранного столба высотой в рост человека и провел по нему рукой, смахивая пыль.
– Это что такое? – спросил подошедший Айко.
– Откуда я знаю, – пожал плечами Кир. – А вообще, Рен, вроде у нас ты специалист по компьютерной технике.
– Мы такую древнюю технику еще не изучали. Хотя, судя по компоновке, это какой-то компьютер или терминал. Видишь, экраны.
Действительно, на столбе один над другим располагались пластины экранов, испещренные трещинами. Один из них вообще частично выкрошился, обнажив внутренности, покрытые каким-то зеленоватым налетом.
– Плесень, что ли? – поморщился Рен.
– Возможно, – Кир ткнул пальцем в один из экранов, и тот вдруг буквально стек по руке облачком пыли.
– Гниль, – констатировал Айко.
– Странно, что вообще что-то уцелело. – Кирилл огляделся. – Наверное, тут был какой-то центр управления, а эти кучи мусора, скорее всего, тоже когда-то были чем-то подобным этому терминалу.
– А может, и нет. – Айко подошел к ближайшей куче и, выдернув из нее ржавый металлический штырь, несколько минут ковырялся с его помощью в мусоре, затем отбросил его и заметил: – Может, это вообще была столовая или библиотека. Кто сейчас скажет?
– Возможно, – кивнул Кирилл. – Давай немного пройдемся, может, что интересное найдем.
Они направились в глубь помещения, изредка останавливаясь около остатков техники, пытаясь угадать, что это был за прибор или механизм. В основном, у них ничего не получалось. Даже если прибор и казался целым, понять, что это, не представлялось возможным. Слишком большой промежуток времени отделял их от создателей этих устройств, слишком мало они знали. Можно было только предполагать.
Дойдя до противоположной стены, они в нерешительности остановились перед полузакрытой дверью из толстого металла.
– Блин, это что, бункер какой-то? – пробормотал Айко. – Кир, полезем дальше или как? А может, это и есть тот тоннель, который мы ищем?
– Не говори глупости, – поморщился Кир. – Мал он для этого. Давай глянем, что там за
Айко кивнул и первый протиснулся в приоткрытую дверь.
Комната за дверью была значительно меньше предыдущей. Половину ее занимал прямоугольный стол.
– Я же говорил, что столовая, – констатировал Айко, пробуя стол рукой на прочность. – Смотри-ка, даже не дрогнул.
Кирилл подошел ближе и тоже нажал на столешницу.
– Металлопластик или какой-то сплав, – сказал он, отряхивая руки.
– А почему тогда остальное так прогнило, там ведь тоже не дерево?
– Да откуда я знаю, – пожал плечами Кирилл.
Он развернулся, еще раз осматривая комнату, и вдруг замер. На стене висела до боли знакомая карта.
– В общем, я не знаю, на чем она там сделана и как сохранилась, – Кир снова припал к фляге. Потом, плеснул на ладонь воды и смыл пыль с лица. – Фу-у, пылюга там. Так вот, Георгова карта почти правильная, только вход в тоннель находится несколько западнее. Притом там два входа. Второй идет параллельно первому тоннелю, только обходит артефакт с другой стороны. – Он осмотрелся и, отломив от растущего рядом куста ветку, принялся рисовать на земле чертеж. – Вот так примерно. Там еще какие-то пометки, на старинном языке. К сожалению, я его не знаю.
– Это, наверное, на русском, – сказал Андрей. – До введения «единого» все народы говорили на разных языках. Кстати, хочу заметить, что в Анклаве до сих пор так, хотя надо сказать, что «единый» у них знает практически любой житель, он у них типа второго общепринятого. Хотя в…
– Андрей, – прервала гиганта Гера, – ты нам что, целую лекцию собрался прочитать? Это, конечно, интересно, но давай потом.
– Странно, – почесал в затылке Георг, разглядывая чертеж Кирилла. – Зачем понадобился второй тоннель? Может, как запасной, на случай обрушения первого?
– Возможно, – кивнул Андрей. – А может, хотели эту штуку вытащить, об этом же упоминается в записях.
– Тоже вариант. – Раймон задумался, затем махнул рукой. – Ладно, что гадать, нам-то с этого что?
– Зато теперь знаем, где вход, – констатировала Гера. – Правда, Кир?
– Угу. – Кирилл закрыл флягу и, прицепив ее на пояс, вопросительно посмотрел на друзей. – Ну, что, будем и дальше сидеть или пойдем и наконец-то найдем эти тоннели?
– Кир, знаешь, что странно? – спросила Гера.
– Что?
– Ты говоришь, что все надписи в этом подвале были сделаны на старинном языке. Но документ-то, найденный Георгом, он ведь уже на «едином».
– Ты это тоже заметила? – усмехнулся Кирилл.
– Угу, – кивнула девушка. – И знаешь, что я думаю? Я думаю, что этот документ был написан позднее. Скорее всего, после проверки данного артефакта ребятами из «Искателя».
Кир остановился, несколько секунд переваривая услышанное и сетуя на себя, что мог бы и сам догадаться.
– Значит, этот артефакт не такой уж и забытый. Хотя, с другой стороны, что это меняет?