Искатель

Хоук Саймон

— Да я скорее умру! — сказала Коранна, хватая свой меч.

Но как только она попыталась вытащить его, темплар плавно повела свой рукой, и меч принцессы примерз к ножнам. Коранна тянула изо всех сил, но меч даже не пошевелился.

Риана напряглясь, сконцентрировав всю свою псионическую энергию на дубинке великаныша, стоявшего за темпларом. Он недовольно заворчал, когда она выскользнула из его руки, взлетела в воздух и полетела прямо в голову женщине-темплару. Но та повернулась и опять взмахнула рукой. Вспышка света, и боевая дубинка из твердого дерева

агафари превратилась в пепел прежде, чем ударила Нарими по голове.

Потом женщина-темплар повернулась и вытянула руку в сторону Рианы. Невидимая сила ударила монахиню в грудь и сбила с ног, она упала на землю у ног великаныша, стоящего за ней. Риана была потрясена, силилась и не могла вздохнуть, она не могла сконцентрироваться и собраться.

— Хорошая попытка, Монахиня, — сказала темплар, — но твои псионические способности не чета настоящей магии. И ты умрешь, как и эта предательница, но вначале скажешь, где эльфлинг.

— Я ничего не скажу тебе, стерва!

— Я думаю, что скажешь, — сказала темплар, опять поднимая руку. — Взять ее.

Два великаныша наклонились, чтобы схватить ее, но как только они сделали это, что-то просвистело в воздухе над их головами. Темплар издала странный, кашляющий звук, когда нож воткнулся ей в грудь. Она изумленно посмотрела на него и повалилась на землю. В тот же момент улица наполнилась воем стрел.

— Ложись! — крикнула Риана, сбивая Коранну с ног и прикрывая ее сверху своим телом.

Вокруг них великаныши падали один за одним, ревя от боли и ярости, когда стрелы, казалось, внезапно сами вырастали из их тел. За несколько секунд улица оказалась усыпана безжизненными телами.

Вой стрел прекратился, и Риана оглянулась. Несколько высоких фигур появились из темноты и окружили их, возможно дюжина или больше, каждая из них несла арбалет. Эльфы и полуэльфы. А вел их тот, чье лицо Риана успела хорошо запомнить.

— Ты! — сказала она.

Это был тот самый вор из таверны. Мгновением позже рядом с ними появился Сорак. Глаза Рианы расширились, когда она увидела его. Он был полностью покрыт кровью.

— Сорак!

— Все в порядке, — сказал он. — Это не моя кровь.

— Ты должна была видеть его, — возбужденно затараторил вор. — Это было просто замечательно. Великаныши валились перед ним как солома. — Он повернулся и поглядел на своих товарищей. — Ну, что я вам говорил, зубоскалы? Точно говорю, он и есть предсказанный король из легенды!

— Я уже сказал тебе однажды, я не король, — устало сказал Сорак.

— Вы носите Гальдру, милорд, меч старинных королей эльфов.

— Меч не делает никого королем!

— Этот делает.

— Тогда ты и возьми его!

— Нет, — сказал вор, — Вы — предсказанный король.

— Сколько раз тебе надо повторить, я не он!

— Быть может вы обсудите это позже? — сказала Коранна. — В квартале полным полно стражников, они обнюхивают каждый камень. У нас очень мало времени.

— Мы обеспечим эскорт, — сказал вор. — Это самое малое, что я могу сделать,

чтобы загладить свою вину.

— Ты уже загладил свою вину, — сказал Сорак. — Просто выведи нас отсюда.

— Нам нужно попасть к северной стене, там, где каменный двор, — сказала Коранна.

— Тогда сюда, — сказал вор. — Я знаю самый короткий путь. Настоящие воры знают все переулки и задние улицы.

Они быстро побежали по извилистым улочкам и заваленным отходами переулкам, пока некоторые эльфы остались на месте, чтобы прикрыть им тыл. Обе женщины старались делать как можно более широкие шаги, чтобы не отставать от эльфов, которые, в свою очередь, просто плелись, по их стандартам. Очень быстро они оказались в каменном дворе, широком, открытом месте около северной стены города, куда обычно привозили большие, вырубленные в карьерах недалеко от города глыбы камня, которые художники по камню использовали в своей работе.

Двигаясь быстро и осторожно по залитому лунным светом каменному двору, Коранна вела их через лабиринт каменных глыб, лежавших повсюду. Время от времени один-два эльфа оставались на месте, чтобы сбить погоню с пути, если она появится. В конце концов они достигли северной стены города, и побежали вдоль нее, пока не оказались рядом с хижиной, стоявшей в самом дальнем углу двора. Коранна остановилсь на секунду, чтобы успокоить дыхание.

— Сюда, — сказала она, ныряя в узкий проход. Потом она начала считать двери. Это был не переулок, а улица, хотя и ненамного шире плеч Сорака.

Они были в самой бедной части города, где лачуги стояли так же плотно, как в трущобах Тира, и который совсем не походил на роскошный торговый квартал в центре Нибеная. Отсчитав седьмую дверь справа, Коранна остановилсь и тихо постучала семь раз. Они ждали, в напряжении, несколько секунд, и вот изнутри раздались три медленных ответных удара. Коранна стукнула еще раз, и наконец дверь открылась.

Они вошли в комнату, которая была лишь немного больше туалета. Небольшая, дешевая лампа с трудом освещала койку на полу и несколько грубых предметов мебели, подобранных на помойке: низкий стол, весь в дырах, и трехногий стул. Больше в комнате не было ничего. Старик, открывший дверь, был одет в лохмотья, его редкие, седые волосы вяло падали на плечи. Не говоря ни единого слова, и даже не взглянув на незнакомцев, вошедших в его развалюху, он подошел в своей деревянной койке, на которой спал, с ворчанием нагнулся над ней, и отодвинул ее от стены. Под ней оказался деревянный люк.

— Это маленький и узкий ход, — сказала Коранна, — и вам придется ползти. Он ведет за стену и вообще из города. Начиная с этого момента, вы должны рассчитывать только на себя.

— Тогда мы опять говорим прощай, — сказал Сорак, обнимая ее. — Мы обязаны тебе жизнью. И тебе тоже, друг, — сказал он вору, протягивая ему руку.

Вместо того, чтобы пожать ее, вор глубоко поклонился. — Это большая честь для меня, милорд. Я надеюсь, что однажды мы снова встретимся.

— Возможно, — сказал Сорак. — Но не называй меня милорд!