Искатель

Хоук Саймон

Птерран коротко ответил.

— О, им повезло, не так ли? Да, возможно так и было. Но я считаю, что умение, терпение, хорошее образование и настойчивость тоже сыграли свою роль, как ты думаешь?

Птерран пожал плечами и прочирикал ответ.

— Ты

всегда умеешь найти темное пятно на серебряной подпорке моего кристалла, разве не так? — сказал Мудрец. — Хорошо, я думаю ты ошибаешься.

Птерран ответил.

— Чтобы я держал с тобой пари? Почему, ты наглый, доисторический воробей-переросток, ты так уверен в себе. Пари! Пари со мной! Какая нестерпимая самонадеянность! Какое именно пари?

Птерран быстро что-то прощелкал.

— Хмммм, понимаю. Интересно. Я что если ты проигрешь?

Птерран грубо каркнул и зачирикал опять.

— Чтобы я назвал мою ставку? Ну, ну. Какая потрясающая самоувереность для того, кто даже не может есть, не уронив на пол половину своей еды. Хорошо, я согласен. Я назову тебе мою ставку. Но назову тогда, когда ты проиграешь.

Птерран откинул голову назад и испустил длинную, переливчатую трель.

— Смейся сколько хочешь, мой друг, — сказал Мудрец. — Посмотрим, кто зальется смехом по другую сторону твоего клюва.

Все еще грубо каркая, птерран вышел из комнаты.

Мудрец недовольно заворчал, потом подошел к окну, двигаясь

медленно и осторожно, человек с болью. Он взглянул наружу, на поднимающееся над ландшафтом солнце. — Ваш путь не менее болезнен чем мой, дети мои, — сказал он, глядя в окно. — Я сделаю все немногое, что могу, чтобы облегчить его. Но остальное, боюсь, только в ваших руках. Очень много зависит от того, что вы делаете, а не от того, что вы знаете. Наши судьбы теперь связаны. Если вы потерпите поражение, я проиграю. А если я проиграю, все пропало в этом погружающимся в ночь мире.

Он отвернулся от окна, проковылял к своему стулу и медленно уселся на него. На время боль от превращения отступила. Но вскоре она вернется опять. Он взглянул в зеркало на свои постепенно исчезающие человеческие черты лица. Он уже почти привык к этому. Когда он вгляделся повнимательнее в свое отражение, он не смог найти ни следа того молодого человека, который пересек весь мир, чтобы описать в одной хронике страны и дороги Атхаса. Теперь Сорак шел по его следам, и должен был придти даже туда, куда он сам не осмелился появиться. Он горячо надеялся, что Сорак и монахиня выполнят его поручение. Но теперь он может только одно — ждать. Он откинулся на спинку своего стула и закрыл глаза. Солнечные лучи согревали его через открытое окно. Через несколько мгновений Странник уже спал спокойным сном.