Искательница
Шрифт:
Чтобы придать весомости своим словам, мужчина потянул меч из ножен и сместился ближе к девушке. Двое товарищей, решив его поддержать, также положили руки на эфесы. Кора довольно оскалилась в ответ, не спеша выполнять требование, и демонстративно поиграла кинжалом. Она сейчас поставит этих мужланов на место, заставит себя уважать — а то взяли моду над хрупкой девушкой потешаться.
— Подойди и забери, — бросила с вызовом, раздумывая, может, стоит еще и расхохотаться для пущего эффекта? Или получится, что она слишком переигрывает?
Как ни странно, но воин на провокацию поддался и, сделав уверенный шаг вперед, вдруг выронил меч, схватившись обеими руками за горло, из которого торчала стрела с темно-бордовым оперением,
Вокруг происходила настоящая свалка: какие-то люди выкрикивали бесполезные сейчас команды — оставшаяся в строю охрана лорда пыталась выстроить кольцо вокруг аристократа, раненые просто орали от боли, кто-то, ругаясь сквозь зубы, пытался выдернуть застрявшую в плече «багряную слезу». Где-то рядом истошно ржала та самая кобыла, из-за которой последнюю неделю Кора пребывала в отвратительном настроении, но страдания животного не могли удовлетворить жажду девушки к мщению. Наоборот, сейчас она прикидывала варианты, как бы по-быстрому вскочить хоть на какую-нибудь клячу — да пусть даже на ту самую лошадь, что и шагу не могла ступить без своего жеребенка — и умчаться из этого ада во весь опор, спасая собственную шкуру. То, что лорд Винтердейл так просто не отделается, умудрившись навлечь на себя гнев безопасников, было ясно, как белый день. А тонуть вместе со своим нанимателем в планы предприимчивой девушки никак не входило.
Оглядевшись по сторонам, Кора даже заметила скакуна лорда Сайруса, того самого породистого коня игреневый масти, что стоил, как небольшой домик недалеко от центра Эйдала. В голове наемницы сам собой сложился план: свалить, воспользовавшись именно этим животным, потом по тихому продать его за хорошие деньги, затем прийти на поклон к лорду-Хранителю, уговорить его всеми правдами и неправдами взять ее на работу… и, можно сказать, жизнь удалась. Девушка даже начала воплощать его в жизнь, тактично отползая в сторону счастливого будущего, но, увы, ее планам не суждено было сбыться.
Кто-то грубо схватил наемницу за волосы, заставив приподняться от земли, а затем заломил ей правую руку. От боли ладонь разжалась сама собой, и оружие, пусть и не такое грозное, как мечи воинов лорда, но все-таки достаточно опасное в ее умелых руках, выпало в траву. От боли, смешанной с досадой, Кора вскрикнула, вызвав довольную усмешку у того, кто ее поймал.
— Не так быстро, красавица, — послышался грубый мужской голос за спиной, — нам с тобой еще о многом надо побеседовать.
После чего Кора почувствовала несильный удар в висок, но, тем не менее, ей хватило и этого — сознание поплыло, и девушка погрузилась в темноту.
В себя Кора приходила долго, то и дело снова проваливаясь в спасительное забытье. Она чувствовала, что лежит на чем-то твердом, и это что-то постоянно под ней покачивалось и подпрыгивало, вновь и вновь заставляя пострадавшую голову уплывать в недра темного ничто. В редкие минуты просветления девушка понимала, что ее куда-то везут, и подозревала, что для того, чтобы пленница доставляла меньше хлопот, в воду, которой ее изредка поили, что-то
В следующий раз наемница более-менее пришла в сознание, когда поездка уже закончилась. С удивлением обнаружив себя лежащей на холодном каменном полу, едва-едва присыпанном влажной прелой соломой, Кора еще достаточно долгое время лежала, не шевелясь, прислушиваясь к своим ощущениям, к окружающей обстановке и пытаясь собрать воедино путающиеся мысли, которые, будто перепуганные зайцы, норовили разбежаться, петляя и шарахаясь в звенящей пустотой голове.
Дискомфорт в затекших мышцах и боль в голове девушка отметила сразу и постаралась как можно быстрее абстрагироваться. Сейчас не время для того, чтобы себя жалеть, да и это была далеко не первая ее передряга. Шебаршение где-то за спиной тоже было отмечено лишь краем сознания как второстепенный факт. Крысы и крысы, подумаешь, их должна иметь каждая уважающая себя тюрьма. Хотя этих мелких грызунов девушка искренне ненавидела — слишком уж ярким они являлись напоминанием о не самом благополучном прошлом опыте. Шагов, голосов или других звуков, свидетельствующих о присутствии людей, наоборот, слышно не было, и наемница решилась открыть глаза.
Так и есть: ее пристанищем на данный момент являлся небольшой каменный мешок, навскидку три шага на пять, освещенный тусклым светом из малюсенького зарешеченного окошка прямо под потолком. Второе окошко, также забранное стальными прутьями в палец толщиной, имелось в перекрывающей выход тяжелой даже на вид деревянной двери. Больше в помещении не было ничего интересного — похитители не удосужились даже соорудить какое-никакое подобие лежака, не говоря уже о намеке на выгребную яму или хотя бы ведро для помоев. О кружке с водой также оставалось лишь мечтать.
Девушка со стоном прижалась лбом к холодному полу, предварительно убрав от лица вонючую солому. Стало чуть легче, хотя головную боль это простое действие, естественно, не уняло. Думать не хотелось совершенно, но волевым усилием Кора заставила себя восстановить в памяти все события, предшествующие похищению. Мозаика сложилась не сразу: она помнила, как выехала из Силджа с отрядом лорда Винтердейла, помнила почти неделю однообразной дороги, в течение которой сопровождавшие его воины упражнялись в остроумии, избрав объектом своих насмешек единственную девушку в окружении, помнила тупую кобылицу, которая своим нежеланием выполнять команды бесила просто неимоверно, и на этом все. Единственной яркой вспышкой, перечертившей своим появлением глухую стену беспамятства, было воспоминание о «багряных слезах». К чему вдруг всплыла эта картинка, девушка не помнила, но дурное предчувствие, поселившееся тугим узлом в груди, говорило о том, что ее плачевное положение как-то связано с подопечными лорда Вудлоу. За свою насыщенную приключениями жизнь наемнице удалось ни разу не столкнуться с представителями службы безопасности короны, и этот факт Кора оправдывала собственным умом, ловкостью и невероятным везением. Но того, что она слышала о безопасниках, ей хватило с лихвой, чтобы оценить ту глубину выгребной ямы, в которой она в данный момент оказалась. Радовало лишь то, что она была до сих пор жива. А это значит, она для чего-то нужна, и есть шанс выторговать свою жизнь на вполне приличных условиях.
От всех этих размышлений голова разболелась еще больше, и наемница решила, что самым оптимальным в ее ситуации будет отдых. Заснуть на холодном жестком полу оказалось не так-то просто, но усталость и плохое самочувствие брали свое. Кора еще несколько раз просыпалась и засыпала, отмечая, что во всем ее окружении меняется лишь свет из окошка — один раз она даже видела одинокий солнечный лучик, шаловливо заглянувший в темницу поприветствовать пленницу. Или же посмеяться над ней. В остальном света или не было вовсе, или он был слишком тусклый, чтобы разогнать ту черную тоску и безнадегу, поселившуюся в душе несчастной.