Искажение

Панов Вадим

– Ошибочное суждение, молодой человек, весьма ошибочное, – рассмеялся в ответ Чижов. – Мы не можем выбирать друзей, ибо верность и взаимная приязнь – слишком тонкие материи, идущие прямо отсюда, от сердца… – Он прикоснулся к груди. – И потому друзья всегда внезапны. Что же касается врагов, их выбор определён разумом и холодным расчётом. Любую схватку можно предотвратить: договориться, извиниться, поискать компромисс или сбежать. Если ты не совсем идиот, то обязательно задумаешься об этих вариантах, и если всё-таки

дерёшься – твой выбор есть результат расчёта.

– Все оружейники, которых я встречал, склонны к философии, – заметил Амон.

– Приближение смерти заставляет людей задумываться о высших материях, а для нас она – соседка, всегда рядом, даже когда не хочешь видеть… – объяснил Чижов. – Так что вам угодно, молодой человек, и угодно ли вообще?

– Мне нужен пистолет, подготовленный для боя в Отражении, и патроны к нему.

– Есть закалённый шаманами ирокезов «Ле Ма», – тут же ответил Иван Иванович. – Оружие тяжеловато, на любителя, но убойное, а главное – с секретом: каморы снаряжаются патронами на человека и другую мелкую дичь, а гладкоствол – зарядом на мертвеца. Сколько будет поднятых?

– Скорее всего один.

– Тогда «Ле Ма» подойдёт. Главное – не промахнуться.

– Не промахнусь, – пообещал Амон.

– Прошу вас, проходите.

В небольшом подсобном помещении, в которое продавец проводил Кирилла, обнаружились письменный стол со «спящим» ноутбуком, кресло и два резных шкафа с глухими дверцами.

– Основной арсенал я держу в подвале, – сообщил Чижов, доставая из жилетного кармана ключи. – А здесь только то, что может понадобиться в любой момент. Некоторые образцы.

Как выяснилось, «в любой момент» Ивану Ивановичу могла понадобиться небольшая, на двенадцать стволов, коллекция револьверов и пистолетов, включая миниатюрный «Дерринджер» и знаменитый «Маузер» К-96; шесть или семь ножей разной формы; два гладкоствольных дробовика и четыре карабина.

Что же касается второго шкафа, то им, по всей видимости, владело дамское бельё.

– А вот и «Ле Ма», – произнёс старик, доставая изящный деревянный футляр.

– Нож прихватите, пожалуйста, – попросил Амон, указывая на один из клинков. – Пригодится.

– Прекрасный выбор. – Иван Иванович водрузил футляр на стол, надел тонкие тканевые перчатки и откинул крышку. – Прошу.

В первый момент револьвер показался Кириллу громоздким: большой барабан, сложная механика, два ствола… Но потом он вспомнил слова Чижова и решил промолчать. В конце концов, старик – потомственный оружейник и вряд ли посоветует плохое.

– В барабане девять патронов тридцать шестого калибра, – сообщил Иван Иванович, бережно вынимая револьвер. – Калибр невелик, знаю, но я лично разработал весьма неплохой боеприпас для этого оружия и даю слово, что ваши враги останутся… недовольны.

– Надеюсь.

– Гладкий ствол –

сорок четвёртого калибра. Патроны для него вы отличите без труда.

Боеприпасы лежали тут же, в футляре, не меньше полусотни патронов для барабана и два десятка важных снарядов для второго, гладкого ствола, на который этот самый барабан садился.

– Сколько я вам должен?

– Семь крюгеррандов.

Кирилл принялся отсчитывать золотые монеты, а продавец вернул оружие в футляр, закрыл крышку и осведомился:

– Бантиком перевязать?

– Это не подарок.

– Потребуется ли кобура?

– Бесплатно? – шутливо осведомился Амон.

– Бесплатно я могу подарить понравившиеся вам стринги, – усмехнулся Иван Иванович. – Кобура для «Ле Ма» обойдётся в соверен.

– У меня нет мелких монет.

– Будете должны.

Кирилл вышел в торговый зал, к бюстгальтерам и стрингам, Чижов же задержался, разыскивая кобуру, а когда проследовал за покупателем, увидел сепсов с пистолетами на изготовку и поднявшего руки Кирилла. Остановился, понял, что змеевиды не собираются ему угрожать, с облегчением выдохнул и улыбнулся клиенту:

– Кажется, вас опередили.

– Увы, – вздохнул Кирилл. – Я недооценил противника.

– Сожалею.

– Вы ведь не станете его защищать? – поинтересовался Кастор, не направляя, впрочем, на продавца оружие. Он знал, что знаменитая питерская вежливость имеет чётко определённые границы.

– Мы только что познакомились и не успели подружиться, – ответил Чижов.

– Очень хорошо.

Влазис убрал пистолет и защёлкнул на руках Кирилла наручники.

– Пошли в машину.

– Он вам ничего не должен? – поинтересовался у продавца Кастор.

В действительности сепс не отличался хорошим воспитанием, но находился в чужом городе, получил от Портного наказ вести себя вежливо и старался изо всех сил.

– Я должен, – ответил Чижов, протягивая Кастору футляр. – Перед вашим появлением Кирилл приобрёл револьвер «Ле Ма». Это его собственность.

– Какой чудесный город, – с чувством произнёс Кастор, прибирая футляр. – Всего хорошего.

– Прощайте.

Змеевид вышел из магазина, плюхнулся на пассажирское сиденье и повернулся к Кириллу, которого Влазис запихнул на задний диван.

– Где тело?

– Я уже спрашивал, – сообщил Влазис. И указал на появившуюся на скуле Кирилла ссадину.

– Рад за тебя, – буркнул Кастор. И повторил: – Где тело?

– Спрятал, – хмуро ответил Амон.

– Мне он сказал то же самое, – хмыкнул Влазис. – За что и получил.

– Где спрятал? – уточнил Кастор, наградив сородича недовольным взглядом.

– Возле Кунсткамеры.

– Упс! – Судя по восклицанию, задать следующий вопрос у Влазиса ума не хватило.

– Почему там? – насторожился Кастор.