Искра

Видум Инди

— Это называется крысил, — сообщил нам Митя.

— Смотрю, общение с Григорием для тебя просто так не проходит, — неодобрительно сказал Валерон. — Понабрался от него всякого.

— Я увеличиваю свой словарный запас, — не согласился Митя. — Ты сам говорил, что это важно.

Я хмыкнул и открыл последний контейнер, не ожидая от него ничего особенного. И завис, потому что он был набит большими кристаллами.

— Похоже, Астафьев от своих действительно крысил.

— Ты о чем? — спросил Валерон, сунул нос в открытый контейнер и совершенно невоспитанно присвистнул. — Ничего себе. Ну-ка,

ну-ка, что там. Давай, смотри быстрее, пока я не лопнул от любопытства.

В результате большая часть кристаллов осталась неопределенной. А в меньшей нашлось: сродство к Земле, сродство к Тени, Божественный взор, Кузнечные клещи «Радость Сварога» — две половинки артефакторного рецепта, «Обычный сундук Макоши» — пять кристаллов по четвертушке рецепта. И вишенкой на торте оказался двигатель «Сила Сварога». Не потому, что рецепт был целым, — нет, как раз там нашлось всего два кристалла по одной пятой рецепта в каждом. Но эти две пятых однозначно доказывали, что мой навык видящего взял пятый уровень.

Схемы с клещами и «Сундуком» я сразу же собрал в Валероне, чтобы посмотреть схемы. И если клещи выдали вполне ожидаемый набор свойств, то «Обычный сундук Макоши» оказался транспортировочным контейнером с вместимостью в кубический метр. Причем внешне он должен был выглядеть по размеру в точности как купленный у Коломейко контейнер, но с расширением пространства и облегчением веса. При этом основное свойство транспортировочных контейнеров — стазис — тоже присутствовало. Короче говоря, мечта, а не контейнер, а Макошь — замечательная богиня, прекрасно разбирающаяся в необходимой экипировке для человека, ходящего в зону. И не только человека.

— Это нам нужно, — с горящими глазами сказал Валерон. — Прямо сейчас садись и делай. Сколько хватит ингредиентов — столько и должно быть контейнеров.

На корпус шел металл от механизмусов, при этом можно было использовать лом: в данной схеме важно было отмерить правильное количество, а дальше материал преобразовывался сам. Это было удобно для использования потоптанного тварями, которое я захватил из старого дома, решив, что в ковке пригодится. Пригодилось даже раньше.

Ингредиентов хватало на три «Сундука», плюс пришлось закупать зелья, но изготовление оказалось столь медленным, что сделать я успел только два. И не из-за моей неопытности как артефактора — просто все части приходилось настолько скрупулезно подгонять, что это заняло куда больше времени, чем я думал. И ускорить это никак не получалось: любая неточность откатывала к началу и приходилось все переделывать. Зато в результате я получил два новеньких аккуратных контейнера, выглядящих куда более представительно, чем купленный у Коломейко или любой из найденных Валероном. И при этом куда более вместительный. Валерон сразу начал рассуждать на тему, что если есть сундук обычный, значит, есть и необычный, и мы непременно найдем схему. А в необычный влезет еще больше.

Для проверки я засунул в один из контейнеров все найденные Валероном арбалетные болты. Было странно

наблюдать, как предмет, который снаружи выглядит длиннее контейнера, прекрасно помещается внутри. Более того, он перестает весить: контейнер с болтами оказался ничуть не тяжелее, чем без болтов. Или чуть тяжелее — без весов это определить сложно, а весы у меня были только для алхимических нужд, на них болты не взвесишь. И я решил считать, что вес не изменился.

Болты я оставил в контейнере: не на легкую прогулку идем. И пусть все в деминской артели излучали уверенность, что с парой мелких глубинников справимся, но почему бы и не взять запас стратегически важных болтов, если это мне ничего не стоит?

Глава 32

Валерон крутился вокруг меня, провожая, словно заботливая мамаша дитя в дальнюю поездку.

— Жилетку поддел?

— Поддел. Нужный режим установлю снаружи.

В доме было не сказать что жарко, скорее прохладно, но ощутимо теплее, чем снаружи, где пару дней сыпал мелкий то ли дождик, то ли снежок, почти сразу стаявший и сделавший немощеные улицы непроездными. Поневоле порадуешься, что сменил жилье.

— Оба контейнера взял?

Я закатил глаза.

— Да, оба, Валерон, оба. И еще пару повместительней.

— Болты не вытащил?

— Не вытащил. Валерон, я вечером уже буду дома. Чего ты нервничаешь?

— Как чего? Ты и меня, и Митю оставляешь дома. Кто за тобой присмотрит?

— Со мной целая артель будет. Пока у Мити разводка не проволокой, я его вглубь брать не буду, и мы с тобой обсуждали почему. Тебя я не беру, потому что ты можешь себя выдать.

На самом деле я больше опасался, что его прибьют в пылу сражения, потому что мы так и не проверили, насколько уязвима его нематериальная форма. По поводу материальной мы выяснили, когда Митя случайно наступил Валерону на хвост — визгу и ругани было много.

— А я аккуратно.

Он скорчил умильную мордочку, но я не купился. Наверное, я теперь от всех мелких собак буду ожидать подвоха.

— Съешь конфету и успокойся.

— Да разве успокоишься с одной конфетки? — вздохнул он.

— Возьми две.

— Да при чем здесь конфеты? — возмутился Валерон.

— Он уже успокоился на все, — сообщил Митя. — Все потратил, но все равно нервничает.

— Ах ты бездушная железка!

— Я хотя бы конфеты втихаря не жру.

Воспользовавшись тем, что они переключились друг на друга, я торопливо бросил:

— Все. Я пошел.

Меня не услышали: оба мои помощника увлеченно выясняли отношения, остальное для них перестало представлять интерес.

Встречались с артелью мы на выходе из города, потому что лишний раз месить грязь никому не хотелось. Раньше меня подошел только Тихон. Арбалет у него с собой был тот, что мы с Василием нашли в гнезде музыкантши. За чисткой и смазкой Тихон обращался ко мне. Сделал я все аккуратно, как надо, но бонусов оружию не дали. Видать, только при починке или изготовлении. А на каждую профилактику — жирно будет. Ложе по просьбе нового хозяина я заново пропитал новым лаком, отчистив старый, которому пребывание в пещере на пользу не пошло. Сейчас арбалет выглядел как новый, а уж работать должен был как часы.