Искушение
Шрифт:
– Последние три месяца я провел с твоей очаровательной матерью, а ты – единственный предмет ее разговоров. Я знаю все о твоей так называемой «работе». Я знаю, что ты таскаешься по городским трущобам и вмешиваешься в отношения мужчин и женщин, которых соединил господь. Я знаю, чем ты занимаешься, маленькая мисс, и рад объявить, что все кончено. Ты уезжаешь со своей матерью и со мной в Шотландию, и это мое окончательное решение! Представления окончены!
Темперанс показалось, что она ослышалась.
– Вы
В ответ Ангус грубо расхохотался.
– На твоей стороне – горстка дамочек, которых бросили мужчины, и я уверен, что у них были на то веские причины! А что до остальных, то, судя по словам твоей матери, даже мэр города оплатит тебе билет отсюда!
Это было так близко к истине, что Темперанс показалось, она сейчас взорвется от злости. Поднявшись, она наклонилась к «папе» через стол.
– Я взрослая женщина, и буду делать то, что мне нравится! Я лучше буду голодать, чем жить рядом с вами!
– Значит, именно это тебе и предстоит, потому что от меня ты не получишь ни цента! – сказал он спокойно.
Темперанс шагнула назад.
– Не знаю, за кого вы меня принимаете, но уверяю вас, что ваши деньги меня не интересуют. У меня есть собственные, и я...
– Нет, – мягко произнес Ангус, – твои деньги принадлежат твоей матери, а так как она вышла за меня замуж, то все деньги —мои!
Несколько секунд Темперанс молча смотрела на него. Будь она наивной восемнадцатилетней девочкой и знай меньше о жизни, то с гордостью заявила бы, что ей не нужны деньги, развернулась и вышла бы из комнаты. Но Темперанс слишком хорошо знала, как живут женщины без средств к существованию. Да и как бы она помогала людям, служи она по пятьдесят часов в неделю в магазине дамской одежды или где-нибудь еще?
– Вы женились на моей матери, чтобы добраться до денег, которые оставил нам отец! – тихо отчеканила Темперанс.
Ангус вышел из себя. Он вскочил с красным от гнева лицом и сначала не мог произнести ни слова.
– Мы втроем будем жить на мои доходы, – наконец произнес он дрожавшим голосом, не разжимая зубов. – Я оставил свой бизнес на время, чтобы оказать честь дочери моей новой жены и сопровождать ее лично. Я мог бы послать тебе письмо с приказом отправляться в Шотландию.
Темперанс фыркнула.
– И я, по-вашему, послушалась бы и отправилась?
– Нет, – сказал он, не сводя с нее глаз, – я наслышан от твоей милой матери о том, что ты за штучка. Неудивительно, что ни один мужчина не хочет брать тебя в жены!
– Ни один мужчина... – начала Темперанс, но замолчала.
Она не собиралась рассказывать этому человеку о поклонниках, которым отказала. Оставляй она все обручальные кольца, ей преподнесенные, давно бы уже открыла ювелирный
– Итак, я предлагаю тебе два варианта на выбор! – объявил Ангус. – Либо ты едешь с матерью и со мной в Шотландию, либо остаешься в Нью-Йорке. Но тогда у тебя не будет ни денег, ни дома, потому что этот дом я, наверное, продам.
– Вы не можете этого сделать. Это дом моего отца!
– Он умер пятнадцать лет назад! Твоя дорогая матушка все это время была одна. Год за годом она отдавала тебе свою жизнь, поэтому теперь она имеет право быть счастливой.
– Вы сделаете ее счастливой? – презрительно усмехнулась Темперанс.
– Ты ничего не знаешь обо мне, – произнес Ангус в замешательстве. – Так что ты выбираешь? Упаковываешь вещи или уходишь?
Темперанс не знала, что отвечать. Ее гордость сражалась со здравым смыслом.
Наблюдающий за ней Ангус несколько смягчился.
– Девочка, я знаю, что ты потрясена, но я не такой уж плохой. Ты сама это увидишь! Неправда, что я взял твои деньги! Они будут храниться для тебя, пока ты не выйдешь замуж, а затем перейдут твоему мужу, – его голос стал еще мягче. – Я честный человек, поэтому у тебя всегда будет небольшая сумма на личные расходы.
Темперанс было слишком тяжело все понять и принять. Как будто за одну кошмарную ночь она превратилась в нищенку, которой раньше помогала сама.
– А как же моя работа? – с трудом прошептала она.
Ангус неопределенно махнул рукой.
– Пока ты живешь со мной и твоей матерью, ты будешь послушной дочерью. И, конечно, не будешь шляться по квартирам Эдинбурга, – он холодно на нее посмотрел. – Все понятно?
Темперанс мрачно кивнула. К несчастью, на стороне шотландца закон. Темперанс знала женщин, которые боролись против несправедливых законов, дающих полное право узурпатору распоряжаться взрослой женщиной, но пока еще это сражение не выиграно.
Из последних сил она натянуто улыбнулась.
– А что значит «послушная дочь»? Я не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание.
Вопрос озадачил Агнуса.
– Ну, разные девичьи забавы... Чаепитие, благотворительность, чтение книг вслух. Купишь себе несколько платьев и... к тебе будут приходить джентльмены. Конечно, ты уже не первой свежести для идеальной невесты, но, может, сыщется какой-нибудь молодой или не очень юный мужчина в Шотландии, который женится на тебе. Ты достаточно презентабельна.
– Презентабельна? – тихо повторила Темперанс. – Благотворительность и платья? И не уходить слишком далеко от дома? Понимаю. Возможно, именно так и надо, – произнесла она задумчиво и подняла голову. – Да, мистер Маккэрн, я обещаю вам, что стану самой лучшей дочерью из всех лучших дочерей и буду заниматься исключительно женскими делами.