Испанские грезы

Картленд Барбара

Краска залила лицо Вильды. Маркиз засмеялся.

– Моя любимая, разве ты не понимаешь, что это будет для меня значить – видеть моего сына у тебя на руках, как на картине, которую я всегда боготворил? Зачем нам ждать? Мы поженимся сегодня

или завтра. Нам ничто не может помешать.

Вильда подняла руки, отстраняя его от себя.

– Ты слишком торопишься! – воскликнула она. – Я еще не сказала, что я… выйду за тебя. Я не уверена, что это было бы правильно.

– Ты сказала, что любишь меня, – возразил маркиз. – Разве еще что-нибудь имеет значение?

Вильда опустила глаза и смущенно призналась:

– Мы приехали в Испанию, потому что… Гермиона думала, что ты любишь ее, и она хотела стать… твоей женой.

– Я это знаю, – сказал маркиз. – Но хотя твоя сестра – одна из самых красивых женщин, каких я когда-либо видел в жизни, чего-то в ней не хватало. Я не мог понять, чего именно, пока не увидел тебя.

– Но ты ее любил.

Он покачал головой.

– Я думал, что она может быть мне подходящей женой. А это совсем другое дело. Я никогда не думал, что мне было суждено испытать такое чувство, какое есть у меня к тебе. Я знаю теперь, что это настоящая любовь. Не просто нечто физическое, но и духовное.

Он замолчал. А когда снова заговорил, в его голосе звучала неподдельная искренность:

– Я боготворю тебя, Вильда. Но в то

же время я хочу, чтобы ты была моей, целиком и полностью моей женщиной, которая никогда не взглянет на другого мужчину.

– Как ты мог подумать, что я на такое способна? – горячо возразила Вильда. – Я тебя люблю, и поскольку моя любовь – это вся моя жизнь, в ней нет места ни для кого, кроме тебя. Я боюсь только, что, став твоей женой, я могу разочаровать тебя.

– Так как я читаю твои мысли, любовь моя, я знаю, ты осуждаешь тот образ жизни, какой я вел до сих пор: интриги, романы, ложь и неверность людей, принесших обеты перед Богом. – Он перевел дух, прежде чем продолжить: – Но это происходит только, когда люди несчастны, когда их брак не прекрасный совершенный союз, каким он должен быть. Когда в их сердцах нет такой любви, как у меня к тебе, и какую, я уверен, ты чувствуешь ко мне.

Он заглянул ей в глаза обожающим взглядом.

– Клянусь спасением души, что я буду тебе любящим и верным мужем до конца дней.

Это было настолько волнующе и прекрасно, что слезы хлынули у нее из глаз, и она хотела спрятать свое лицо от глаз маркиза.

Но он не позволил ей этого сделать, его губы снова овладели ее губами, и две души слились воедино.

Он снова вознес ее к солнцу, и оба они сгорали в божественном свете подлинной любви, какую люди ищут всю жизнь.