Исполнено!
Шрифт:
Эмма довольно улыбнулась и перепрыгнула через лужу. Все не так уж и плохо.
Вдруг во двор влетел громадный черный джип. Он ревел мотором, словно разъяренное чудовище и вздымал вокруг фонтаны грязных брызг. Автомобиль несся прямо на Эмму, а она оцепенела от ужаса посреди дороги и просто смотрела, как на нее летит смерть.
Что произошло дальше девушка не поняла. Только ощутила резкий толчок в правый бок и боль от падения. Потом… Потом с ней видимо случилась истерика. Эмма чувствовала, как задыхается от рыданий. Мир лопнул, словно воздушный шарик и существовал в сознании неприятными рваными кусками – вот куртка в грязи и налипших желтых листьях из крошечного цветника
Последние джинсы. Единственные. Слезы душат и булькают в груди, будто в ней спрятан маленький вулкан. Эмма старается вернуть на место болтающийся рваный лоскут, но ничего не выходит. Только пальцы оставляют на синем джинсе черно—коричневые пятна размокшей земли.
Девушка садится на низкий металлический заборчик и плачет, размазывая по лицу грязь и слезы. Эмма ревёт, зная, что и без того некрасивое её лицо становится и вовсе отвратительным, но остановиться не может. Словно прорвало плотину и все, что копилось столько лет должно выплеснуться сейчас, под холодным моросящим дождём.
Кто—то тёмный говорил с ней, помог подняться, спрашивал что болит и, кажется, помог добраться до дома, прижимая к себе и не боясь испачкаться в ее грязи.
Стояла под душем, подставив лицо теплым струям воды, замёрзшими пальцами снимая мокрую грязную одежду и бросая прямо на дно ванны. Потом был холод кожаного дедушкиного дивана и тошнотворное тепло старого пледа. В сон провалилась, как в яму.
Открыла глаза. Знакомая до мелочей обстановка комнаты – старинный письменный стол, у окна – кресло с высокой спинкой, громада книжного шкафа, что растянулся во всю стену, торшер рядом с диваном, старый телевизор на круглом столике накрытом кружевной салфеткой, помутневшее от времени овальное зеркало в тяжелой раме, часы с боем. Через открытую дверь Эмма видела сочащийся из кухни желтоватый свет. Подумала, что возможно, забыла выключить, но прежде, чем поняла нелепость предположения, услышала шум воды и звон посуды.
Девушка медленно села и напряженно прислушалась. Нет, звуки не почудились. На кухне в самом деле кто-то был – шумел водой, звенел тарелками и хлопал дверцей холодильника. Но кто? Ее отец, как ценный специалист, неделю назад уехал работать по контракту в Швецию, прихватив с собой свою новую семью. Больше сюда никто не приходил и ключей тоже ни у кого кроме него не было.
Эмма бесшумно поднялась и, запахивая на ходу когда-то голубой махровый халат, тихо пошла на свет. От волнения сердце колотилось в груди словно мячик для пинг-понга, во рту пересохло, а ладони наоборот – стали ледяными и влажными. Девушка распахнула резким движением дверь кухни. Так, что едва не вылетели желтые пупырчатые стекла, и замерла от неожиданности. В ее кухне, у стола, спиной к Эмме, стоял черноволосый широкоплечий мужчина в черном и мазал хлеб маслом. Такое громкое появление хозяйки видимо, не произвело впечатления – он даже не вздрогнул.
– Привет, – сказал неизвестный не оборачиваясь. – Ужинать будешь?
– Шшшто??? – просвистела Эмма, словно из нее выпустили воздух. – Что вы?.. Что…
– Милая, – он обернулся и увидел, как девушка медленно сползает по дверному косяку на пол.
Она ничего не могла с собой поделать – слишком много для одного дня и как Эмма не сопротивлялась, как не старалась держать себя в руках, комната перед глазами закачалась, пол ушел из-под
Когда пришла в себя, то первое, что увидела перед собой, было невероятно красивое лицо незнакомца. Словно Бог решил бросить вызов самому себе и создал абсолютно идеального человека. Эмма зачарованно рассматривала матовую смуглую кожу, густые черные брови, волосы спадающие на совершенный лоб, черные необыкновенно красивые глаза, в которые словно в бездну проваливалась забывая где она и что происходит.
– Ты как? – участливо спросил парень – на вид ему было лет двадцать пять не больше.
Эмма пришла в себя. Смутилась и сделала попытку отодвинуться от неизвестного красавца. Безуспешно. Она сидела на кухонной табуретке, опираясь спиной о подоконник и сейчас отчаянно пыталась справиться с халатом, который так и норовил распахнуться, оголив плечо с чёрной лямкой от лифчика. Голова ещё противно кружилась и во всем теле чувствовалась неприятная слабость.
– Все в порядке? – Незнакомец поймал её взгляд будто ожидая чего-то. – Ты меня напугала.
Он улыбнулся снова вогнав Эмму в краску и заставляя мысли в голове путаться перескакивая с одного на другое. От "кто это вообще такой?!" к "невозможно быть таким совершенным!"
Павел Зеленов – самый популярный парень их потока, да пожалуй, и всего универа, о котором Эмма вздыхала одинокими вечерами, казался грубо вылепленной куклой, в сравнении с… с ЭТИМ.
Девушка сжала на груди халат, что бы предатель не распахнулся в неподходящий момент и сделала еще одну неловкую попытку встать на ноги.
– Не надо, – удержал ее незнакомец. – Посиди.
Щеки снова полыхнули жгучим малиновым румянцем и Эмма обмякла на табурете. А нежданный гость наконец-то отошел от неё, еще чувствующей прикосновения его рук на плечах, и распахнул холодильник. По хозяйски достал бутылку воды, которую видимо сам туда и положил – Эмма не могла позволить себе спускать деньги на питьевую воду без газа.
– Держи, – парень поставил на стол чашку со слоником на боку. – Или лучше чего—то по крепче?
Не желая вступать в диалог, девушка просто взяла чашку и поднесла к губам. Пара глотков прохладной сладковатой на вкус воды были очень кстати.
– Как рука? Не болит?
Эмма только сейчас заметила, что кисть правой руки аккуратно перебинтована. Перевела взгляд вниз и чуть сдвинула полу халата – внушительная ссадина на коленке подтвердила, что её сегодня в самом деле едва не раздавил огромный черный автомобиль. В голове понемногу прояснялось. Девушка обвела глазами кухню. Взгляд задержался на столешнице между мойкой и плитой – Эмма только сейчас заметила внушительную гору продуктов – яркие пучки зелени, белоснежные и круглые шампиньоны, болгарский перец и фиолетовый сладкий лук, налитые соком упругие ярко—красные помидоры, пупырчатые огурцы, яблоки с красным бочком, оранжевые апельсины, поддернутый дымкой крупный розовый виноград, сыр ярко—желтый с большими дырочками, кусок розовой буженины, клетка белоснежных яиц и пакет дорогого кофе.
Эмма удивленно подняла глаза на незнакомца:
– Это ты… Вы… принес?
– Ну да, – кивнул парень. – У тебя же в холодильнике шаром покати! Ты чем вообще питаешься? Пылью?
Она растерялась, потом нахмурилась и со злостью выпалила:
– Вас… Тебя!.. Это вообще не касается! Понятно?! Я шла в… магазин!
В ванной взвыла стиральная машина – старушка всегда издавала звук взлетающего истребителя, когда стирка подходила к концу.
Эмма замерла, потом глаза её расширились от ужаса и девушка забыв обо всем, ринулась в ванную.