Исполнитель приговора

Байкалов Альберт

«Интересно, – подумал Хажбек, – почему этот шакал так странно себя ведет? И потом, эта комната».

– В остальных помещениях окна, – словно отвечая на его вопрос, пояснил турок. – Их нет только в ванных и туалетах. Но не будем же мы там обсуждать свои вопросы?

– Но окна можно задернуть шторами, – удивился чеченец.

Некоторое время Табанжи смотрел на него, словно на несмышленого ребенка, затем, устало вздохнув, сел за стол:

– Сейчас шторы не спасают от прослушивания разговоров. Достаточно навести

на оконное стекло специальное устройство, и все тайное станет явным.

– Я где-то слышал об этом, – стушевался Шах и открыл ежедневник.

На первой странице была схема расположения самолетов и вертолетов.

– Что это? – ткнул Табанжи пальцем в условное обозначение самолета, обведенное красным кружком.

– Этот «Ан-2» неисправен, – ответил Шах. – Здесь внизу есть соответствующие пояснения.

– Понятно, – турок стал внимательно изучать план прилегающей местности. – Куда ведет эта дорога? – неожиданно спросил он.

– Какая? – Шах развернул схему к себе. – Если север у нас там, – забормотал он, – значит… – Он поднял взгляд на турка. – Точно сказать не могу, нужна карта, но, по всей видимости…

– К бывшей военной базе, где идет сборка, – договорил за него турок, глядя прямо в глаза.

Шах растерялся. Изготовление бомб полным ходом шло совершенно в другом месте…

– Завтра же проверить, – распорядился Табанжи. – Ориентировочно выступим в ночь с субботы на воскресенье.

– Как?! – в голосе Шаха послышались нотки недоумения. До назначенного времени было всего шесть суток. – Мы не успеем подготовиться! Очень медленно продвигаются дела с поставкой пластида. Его привозят по нескольку десятков килограммов. Того, что пришел с вашим оборудованием, не хватило.

– Тогда я тебя прикажу сбросить, вместе с твоим охранником, на один из объектов, – прошипел Табанжи. – Я дал вам почти пятьдесят тысяч к тем, что у вас были. Вы могли на эти деньги уже собственный завод по производству взрывчатки построить!

– Машина идет, – упавшим голосом заговорил Шах. – Но приходится объезжать милицейские посты. Кроме того, в дороге была поломка…

– Меня это меньше всего интересует, – уже более миролюбивым тоном проговорил Табанжи. – Давай, показывай, что он тут еще нацарапал?

– Охрана только на проходной. Два человека. Видеокамер наружного наблюдения четыре. Но они не покрывают и трети летного поля. Лишь склад с горючим, диспетчерский пункт…

– Хорошо, – отмахнулся Табанжи. – Я сам разберусь во всем. – Он пролистал с десяток страниц, исписанных мелким, убористым почерком. – Надеюсь, информатор, который работал над этим вопросом, уже ушел в мир вечных?

Больше всего Шах боялся именно этого вопроса. Втянув голову в плечи, он отрицательно покачал головой.

– Почему?! – взревел Табанжи.

– Его невесте удалось бежать…

– Разве можно с такими людьми, как ты, решать подобные

вопросы? – сквозь зубы процедил турок. – Ты понимаешь или нет, что я – бывший сотрудник департамента военной разведки Турции? Даже мое появление в этой стране в качестве туриста настораживает ФСБ! Иди!

Погруженный в самые мрачные мысли, Шах спустя несколько минут уселся на заднее сиденье своей машины.

– Хажбек, – с тревогой в голосе заговорил Ризван. Услужливо открыв боссу дверцу, он устроился впереди. – Только что звонил какой-то Дукваха Калоев… Говорит, есть серьезный разговор, который нельзя отложить до утра.

– Дукваха, – повторил почти шепотом Шах, словно силясь вспомнить, кто это. Однако, находясь под впечатлением происшедшего разговора, еще туго соображал. Наконец в памяти всплыл крепкого телосложения чеченец, приехавший из Москвы. – Чего он хочет?

– Не знаю, – пожал плечами охранник. – Но говорит, очень важная информация.

– Он объяснил, где его найти?

– Да. На повороте к комбинату.

– Хорошо, поехали.

Калоев подошел к машине, едва она успела остановиться.

Наклонившись, он заглянул в окошко со стороны Ризвана. Тот опустил стекло:

– Что тебе надо?

– Поговорить с Назымом.

– Не много ли чести для простого рабочего?

– Погоди, – Шах тронул Ризвана за плечо. – Садись в машину.

– Нет, – Калоев категорически замотал головой. – Только с вами.

– Нам выйти? – спросил Бауди.

– Лучше я сам прогуляюсь, – возразил Шах. – Подождите здесь.

– Погоди, Хажбек, – Ризван резво выскочил из машины и огляделся.

До города около километра. Столько же до комбината. Вокруг лес.

Выбранное для встречи место насторожило охранника. Было уже совсем темно. На небе высыпали звезды. С двух шагов ничего нельзя было разглядеть.

– Бауди, – Ризван стал бесцеремонно проверять Калоева на предмет наличия оружия, – на всякий случай не глуши двигатель.

Тем временем Шах, заинтригованный происходящим, вышел наружу. Всунув руки в карманы брюк, он огляделся. Было тихо.

– Говори, – дождавшись, когда Ризван закончит досмотр, разрешил Хажбек.

Они отошли от машины. Шах незаметно вынул из кармана руку и заложил ее за спину. Почувствовав тыльной стороной ладони рифленую рукоять пистолета, немного успокоился.

– Сегодня после работы Доку Шамиев предложил прогуляться по городу. – Вахид с опаской посмотрел в сторону «девятки» и продолжил: – Мы отошли недалеко от дома, где нам определено жить. Неожиданно он сказал мне непонятные вещи…

Чеченец замялся.

– Ну, быстрее! – поторопил его Шах.

– В общем, говорит, его сюда привезли по принуждению… Угрожали… На самом деле он летчик. Сказал, будто вы хотите его и еще нескольких человек заставить угнать самолеты и с них сбросить бомбы.