Исполнитель
Шрифт:
Если бы там кто-то был, он был уже кричал. Правда, ведь?
Я опустилась ещё ниже.
А если он уже не может кричать, потому что его тело разлагается после худшей версии смерти в его жизни?
Я тяжело сглотнула, но не перестала спускаться вниз.
Почему я думаю, что это мужчина? Вдруг Кристиан мучает женщин и детей? Только зачем? Разве они могут мешать ему или его бизнесу?
Сомнения начали заполонять мою голову, когда я спрыгнула с последней ступеньки и приземлилась на пол.
Комната
Я подошла к нему и начала разглядывать, что лежало на поверхности.
Чистые ножи разных размеров, плоскогубцы, горелка, стопка тряпок, зажимы, спички и много всего другого. Ни единой капли крови на них. Он вообще пользовался этим? Или они лежали здесь только для запугивания?
Я подняла один из ножей и стала внимательно рассматривать его.
Прямая черная рукоятка идеально смотрелась в моей руке. Я боялась дотрагиваться до лезвия, представляя насколько острым оно могло быть, и поэтому просто смотрела на своё отражение в нем.
Возможно ли оправдать убийство?
Что ты чувствуешь, когда забираешь жизнь другого человека?
Могу ли я безнаказанно убить кого-нибудь пока являюсь частью Ндрангеты?
Ндрангета…
Я не могла выговорить это слово даже про себя, поэтому не зарекалась говорить его вслух. Но Кристиану оно давалось легко. У него не было итальянского акцента. Он вырос в Америке?
Я положила нож обратно на стол и поправила его, чтобы он лежал точно также, как до того момента, как я взяла его, а после отошла к двери, ведущей во вторую часть помещения.
По ту сторону стекла стоял стол с отверстиями в нём и больше ничего. Из меня вырывался стон недовольства.
А что я хотела там увидеть? Заляпанные кровью стены и полы? Кости давно забытых людей?
Я точно ненормальная.
Моя рука легла на ручку и опустила её, но дверь не открылась.
Зачем запирать эту дверь, если остальные открыты?
Я отошла в сторону и облокотилась на стол, практически упираясь носом в стекло, в попытке удостовериться, что ничего кроме стола там нет.
Абсолютная чистота и пустота. Как это возможно?
Мои глаза опустились вниз, осматривая пол и заметили что-то маленькое и движущееся. Я прищурилась и поняла, что это…
Крыса. Фу!
Я резко оттолкнулась от стола и попятилась к выходу.
Пора отсюда убираться.
Но когда я оказалась у подножия лестницы и подняла голову, собираясь сделать свой первый шаг наверх, сердце остановилось, увидев его.
Кристиан стоял на самом верху и свирепо смотрел на меня.
Почему я не слышала его шаги? Он передвигался,
– Оправдания? – сквозь плотно сжатые зубы спросил мужчина, начиная спускаться вниз, пока я медленно отходила назад.
Мне было нечего ему сказать.
Я без разрешения спустилась в твой подвал, где ты кромсаешь людей на кусочки, но это место выглядит настолько стерильно, что здесь можно проводить операции? Да.
Я опять ослушалась тебя? Да.
Стоит ли тебе меня наказать? Еще как.
Мое сердце гулко билось в груди. Да так, что я могла быть уверена, что даже Кристиан слышал его удары.
– Что непонятного в том, что все двери этого дома закрыты для тебя?
– Но я не в доме, – мой голос едва заметно дрожал.
Кристиан окончательно спустился вниз и двигался в мою сторону. Моя же спина врезалась в высокий стол и я остановилась. Идти было некуда.
– Скольких людей ты здесь убил? – спросила я, напоследок перед смертью, решая узнать хотя бы что-нибудь о нём.
– Много. Я не веду список. Не думал, что мне придётся перед кем-то отчитываться.
Я судорожно сглотнула.
– Не вздумай жалеть их, – предупредил меня он. – Все они такие же мерзавцы, как и я. Убийцы, наркоторговцы и что еще похуже.
Мои глаза нашли ножи на противоположном столе и Кристиан проследил за моим взглядом.
– Это ты здесь искала? Оружие? Хочешь попытаться убить меня?
– Нет.
– Тогда что ты здесь забыла? Я сказал, что ты не выйдешь из этого чертова дома! – прорычал он.
Его тело закрыло мне обзор на стол и оказалось почти прижатым ко мне.
– Я был очень снисходителен к тебе.
Был. Больше не будешь?
– Разве я давал тебе повод бояться меня? – он кипел от злости.
Только по началу. До того, как позаботился обо мне. До того, как защитил и пообещал вернуть, несмотря на приказ отца.
– Нет, – тихо ответила я.
Я была виновата перед ним. Я пользовалась его добротой, зная что такой человек, как он, вероятно, даже не знал о существовании этого качества.
– Ты боишься меня сейчас? – спросил он, наклоняясь и ставя руки по обе стороны от меня, упираясь ими в стол.
Несколько прядей его черный волос упали на лоб и мои руки зачесались от желания убрать их. Ткань пиджака плотно натянулась на плечах и руках, а голубые глаза пытались заглянуть в мои, но я отворачивалась от него, боясь встретить цунами, которое он хотел обрушить на меня.
– Нет, – снова ответила я.
Я чувствовала, как его брюки касались внутренней части моих бедер, когда он еще плотнее прижался ко мне, а моя спина выгнулась назад, чтобы наши лбы не стукнулись друг о друга.