Испорченный... Книга 2

Шварц Анна

Вавилон скрестил руки на груди, глядя на него так, что врач осекся и едва ли не опустил голову перед ним. Потом альфа криво усмехнулся.

— Эта омега уже долгое время ходит без запаха. Значит, не каждая таблетка подавителя находится под контролем.

— Не представляю, как это получилось. — пробормотал доктор. — Пропажа из-под учета даже одной таблетки влечет за собой расследование. Их состав засекречен, а синтез без хорошей лаборатории вряд ли возможен. Поэтому у меня их нет. Не было еще таких прецедентов,

чтобы омега ходила на свободе. Все, что я могу сам сейчас вколоть — это успокоительное.

— На хрен твое успокоительное. Ты будешь молчать обо всем, что сегодня видел. — прервал его внезапно Вавилон, а доктор, закрыв глаза, кивнул. — Одно слово, вылетевшее из твоего рта — умрешь.

— Естественно.

— Это должно стать таким же естественным, как и твоя способность дышать. За тобой будут следить. Когда понадобишься — я скажу, чтобы тебя привели.

— Я должен предупредить. — внезапно произнес доктор, впервые решившись поднять взгляд на альфу. — Тесты, которые я проводил, загружены в общую базу. Я был обязан сразу же сообщить о том, что увидел. Любая проверка — и все вскроется, после чего вас и меня посадят, приговорив к пожизненному.

— Проваливай. Передай всем, что я приказал освободить дом. — последовал приказ, и доктор, кивнув, послушно исчез за дверью, прикрыв ее.

Вавилон отошел к окну, и, сев возле него в кресло, посмотрел на меня. Потом медленно прикрыл глаза рукой.

— Блядь. — произнес он. В следующий момент он снял с себя футболку, и я стиснула зубы, пытаясь подавить в себе крик. Но потом футболка полетела в мою сторону, и упала к ногам. — Надень. Хоть как-то заглушит твой запах.

— Я не буду…

— Надень. Скрой свой гребанный запах, иначе выебу, — слишком жестко и грубо. Сказано так, что я тут же натянула на себя эту чертову футболку. Вавилон умел переубеждать.

— Не собираешься говорить обо мне государству? Зачем оставляешь меня себе? — сквозь зубы произнесла я, поправляя на себе его футболку, в которой я буквально тонула. Вавилон в ответ впился в меня тяжелым взглядом. То, что я в нем видела, заставило меня еще сильнее содрогнуться. В черных зрачках виднелось нечто животное. Явно агрессивное. Голодное.

— Раздумываю над этим.

— Что ты от меня хочешь? Ты слышал, что сказал врач? — произнесла я, разворачиваясь. — Любая проверка — и все вскроется. Каждого из твоей стаи и стаи Помпея будут проверять на детекторе лжи, а тех, кто меня скрывал, посадят.

— Для начала, я хочу услышать, как долго ты ходишь с чипом альфы и кто тебе дал подавители.

Я устало закрыла глаза. Мне хотелось отключиться. Моя кровь сейчас была слишком чистой, и ощущала свой запах и слабость. Я знала, что мой мир был разрушен всего несколько минут назад, и перед самым концом мне хотелось просто впервые поспать, отпустив страх и вечную тревогу за свою

сущность. Мне казалось, что усталость всех долгих лет в какой-то момент навалилась на меня, отключая решимость бороться за свою жизнь.

Раньше я думала, что лучше умру, чем позволю кому-нибудь прикоснуться к себе, раскрывшись, как омега. Теперь в моей душе была звенящая пустота.

— Мой отец с рождения сделал мне чип альфы, пытаясь скрыть от государства. Понятия не имею, откуда у него была такая возможность. Подавители я принимаю с момента появления запаха. У меня есть запас, и его я тоже получил от отца.

— Кто еще знает о тебе?

— Никто. — ложь. Я думала о Смерти в этот момент, но не собиралась сдавать его.

Альфа какое-то время молча рассматривал мое лицо.

— Значит, отец. — в конце концов, произнес он. — Не сильно удивительно.

— Что ты знаешь о моем отце?

— Многое. Учитывая, кем он был, — альфа поднялся с кресла и подошел ко мне. После он снова поднял руку, дотронувшись костяшками до моего лица, а потом пропустил кончики моих отросших волосы между пальцами. Его глаза снова начали темнеть. Было понятно, что держать себя в руках для Вавилона было почти невыносимой задачей. — Иди за мной.

Мне пришлось последовать за ним, когда Вавилон я явным усилием отстранился от меня и покинул кабинет.

Через недолгое время прогулки по совершенно пустому сейчас дому, он завел меня в комнату, в которой явственно чувствовался его запах. Я скользнула взглядом по обстановке. Это была спальня. Дерьмо. У меня пробежали мурашки по спине.

— Что собираешься делать? — вырвалось у меня.

— Твой запах слишком сильный.

— И что? — я невольно сделала шаг назад. Словно собиралась убегать от хищника. Мне все это очень сильно не нравилось.

— Тут его частично перекрывает мой. Выйдешь за пределы комнаты и я возьму тебя прямо в коридоре.

Я сжалась, пошатнувшись на ослабших ногах.

— Сиди тут, пока я отправлю людей за твоими подавителями.

— Подавители спрятаны далеко. — произнесла я на выдохе. — Я забрала их из дома. Они сейчас находятся там же, где и моя стая. Я не могу допустить, чтобы ты узнал место, где они находятся. К тому же, я не объясню, какого черта их вожак пустил кого-то из людей Вавилона к ним.

Альфа обернулся, опустив на меня обжигающий, тяжелый взгляд.

— Как твоя стая отреагирует на то, что их вожак — омега? Рано или поздно, они найдут эти таблетки, когда будут пытаться найти тебя.

У меня вырвался вздох.

— Тогда ты должен поклясться, что не используешь эту информацию против моей стаи. И я позвоню и предупрежу их.

— В этот раз не использую. Но твоя стая осталась без вожака. С ними придется рано или поздно что-то сделать.