Исповедь безумца
Шрифт:
– Да, наверное.
– А что, если из-за него умерли бы люди, как в телевизоре сказали вчера?
Тогда хорошо, что ты убил его.
– Не я, а мы. А что касается хорошо… Хм, среди тех людей, кто умер бы, должен был быть жестокий убийца. А теперь он жив. Это, по-твоему, хорошо?
– Нет, конечно же нет!
– Но теперь он жив и убьёт того, кто стал бы террористом. Тогда это как?
– Наверное, хорошо. – неуверенно ответил Максим. – Я запутался!
– Вот именно! Нет ничего хорошего и плохого! Есть лишь сделанный выбор и его всевозможные последствия, и не важно, способен ты предвидеть их или нет! Прими моё учение, мою истину, и осознай
–Нет! Ты плохой. Я хочу научиться магии, но не хочу быть плохим!
– Научу. А потом ты сам сделаешь свой выбор…
… Прошло полтора года с того диалога. Максим уже неплохо составлял заклинания, но всё ещё на доступном ему языке. Частая работа с Кавесом сделала их хорошими друзьями, отчего в последнее время они ссорились всё реже и реже. И вот, сменив за эти полтора года ещё два города, родители мальчика оповестили его о том, что переездов больше не будет. К тому времени у Максима появилось несколько товарищей, но его нежелание привязываться к кому-либо, а также частые тренировки с Кавесом, не оставляли времени на дружеское общение. А последние три месяца его совершенно не отпускали гулять позже шести вечера. Это было связано с тем, что в городе орудовала группа мужчин, похищавших детей.
Однажды слегка задержавшись на заброшенном стадионе, таком же унылом, как и многие сооружения в этом городе, Максим возвращался домой. Вдруг он услышал тихий звук мотора. Мелкая испарина выступила на спине, скованной холодом страха.
– Привет, пацан! Давай подвезём?! – крикнули двое мужчин лет сорока.
– Нет, спасибо, мне недалеко. – постарался отказаться Максим.
Вдруг машина резко остановилась, послышались громкие хлопки дверей и быстрые шаги. Максим резко развернулся – сильный удар в челюсть заставил потерять землю под ногами.
– Я же сказал, что подвезём! – с ухмылкой в голосе сказал один из обидчиков.
– Зря вы так, ой зря! – сказал Максим, вставая с земли. Он уже пробуждал в себе всю свою злобу, даруя свободу Кавесу, чтобы сокрушить обидчиков. – Кровь закипит, боль причинив, страдания души в теле воплотив, кровью платить вас я заставлю, Демонов крови к вам я приставлю! Шеер геол! Аар кеан!
Ужасная, всеобъемлющая боль поглотила мужчин, склонив их к земле. Все органы, каждая клеточка тела молили о пощаде, изнывая от агонизирующих страданий. Кровь хлынула из ушей и глаз, наполнила рот, и даже пот стал кровавым. Всё тело трещало, будто одежда, по швам. Кости издавали громкий хруст, ломаясь, словно хрусталь. Кожа сползала с беспомощных жертв, секунды назад бывшими обидчиками. Они истошно кричали, взывая о помощи, но Максим-Кавес был неумолим. Его лицо озарила хищная улыбка, ужасающая своей жестокостью.
– Помочь? Вам? А скольким вы помогли? Вы, убийцы, и получаете по заслугам! И да воздастся каждому за деяния его! А ваши души теперь навеки мои! Шеер геол! Кинат наор аафар!
Тела мужчин рухнули безвольными облезлыми куклами. Их внешность стала отвратительной, будто они умерли очень давно. Всеобъемлющая ненависть постепенно отступала.
– Я смог это сделать? – без страха и сожаления спросил Максим.
– Мы вместе.
– А что значат слова эти?
– Шеер геол – обязательная часть для многих заклинаний, означает объявление воли. А остальное лишь краткая концентрация воли.
– Спасибо, за всё. Только почему я не испытываю страха и угрызений совести?
– Ты считаешь, что поступил правильно. Да и привык уже.
– Я повинен во многих смертях, знаю.
– Не вини себя. Ты жалеешь о чём-то?
– Не знаю… наверное, нет.
– Вот и не жалей! Что бы с тобой было, если бы не я?
– Смерть, если не хуже.
– Я в очередной раз спас тебя. Доверься мне и даруй больше свободы.
– Посмотрим.
Вернувшись домой с небольшим опозданием, Максим тотчас же сел ужинать. Никаких угрызений совести он не испытывал, скорее даже наоборот, был рад и горд. Теперь он осознал всю мощь, которой обладал, а юношеский максимализм подталкивал его на "великие деяния" в образе героя города, его санитара и чистильщика.
Глава четвёртая. Ускользая от Смерти
Осознав свою силу и мощь, Максим жаждал действий от «местных бандитов», чтобы стать городским героем. Каждую ночь он сбегал из дома, блуждая по городу в поисках негативных элементов общества. Каждая встреча была последней для них, заканчиваясь ужасающей болью и, как считал Максим, их раскаянием. Город стал чище, а правоохранительные органы, в своём стремлении поймать местного карателя, стали чаще патрулировать улицы. Гуляя по заброшенным зданиям, Максим искал душевного спокойствия, всё больше отстраняясь ото всех. Так, в одну из таких прогулок, он услышал крики о помощи.
– Заткнись, тебя всё равно не услышат! – злобно отвечал грубый мужской голос. – Не ты первая, не ты и последняя!
Максим, стараясь подойти как можно тише, увидел, как большой грузный мужчина душил девочку лет четырнадцати, не более. Её одежда была изорвана, а на руках и ногах были синяки и ссадины. Злость начала затуманивать рассудок, пробуждая Кавеса.
– Руки прочь от неё! – громко, переходя на рык, закричал Максим-Кавес. – Шеер геол! Мазеб лароф!
Мужчина резко обернулся, но в тот же миг его отбросило неведомой силой на несколько метров. Не понимая происходящего, он попытался подняться на ноги, но его тотчас же что-то прижало с такой мощью к бетонному полу, будто на его спину обрушилась плита.
– Шеер геол! Марахт наир! – прошипел уже Кавес, и ярко-алые молнии слетели с его рук, устремившись к мужчине.
Тело насильника забилось в конвульсиях, содрогающееся магической молнией. Кожа начала потрескивать и дымиться, испуская омерзительный тошнотворный запах. Спустя несколько секунд от него осталась лишь обугленная бесформенная субстанция, даже отдалённо не напоминавшая человека. Злость постепенно отступала, возвращая Максима. Полностью восстановив контроль над своим телом, он направился к девочке, невольно ставшей свидетелем столь жестокой казни. Она рыдала, боясь, что её убьют вслед за своим недавним обидчиком. Тихо, едва касаясь, Максим убрал грязные, испачканные кровью, волосы с её лица. Он хотел успокоить девочку, разогнав её страх, совершенно не желая ей вредить.
– Шеер геол! Азар неафар. – прошептал он, будто услышав это из глубины своего бытия. И мягкий голубоватый свет тонким лучиком направился в сторону девочки, обволакивая её как паутина. Она уснула, воспарив над землёй.
Пробудившись спустя несколько часов, она была абсолютно спокойна, будто случившееся с ней было лишь страшным сном. Но глухая боль и ссадины говорили об обратном. Над ней стоял Максим, в глазах которого читались сочувствие и сострадание, желание помочь и защитить.
– Не бойся, я не собираюсь причинить тебе вред. Кто ты?