Исповедь проститутки
Шрифт:
Мимо прошла небольшая группа молодёжи, и вдруг одна из девушек воскликнула:
– София! Это ты?
Я не сразу поняла, что обращались ко мне. За неполный месяц под новым именем я отвыкла от своего настоящего.
Я обернулась. Это были ребята из нашей большой компании.
– Маша, Женя, Вадим! – крикнула я. – Как я рада вас видеть!
– Где ты пропала? Почему на пары не ходишь? – спрашивали ребята.
– О, это долгая история, – уклончиво ответила я. – К сожалению, мы с вами уже не будем видеться. Я оставила
– Жалко, – расстроились подружки.
– Ты выглядишь супер! – восхищались парни. – Ты, что ли, замуж за олигарха вышла?
– Что-то в этом роде, – снова уклонилась я от ответа.
– Может, как-нибудь в клуб сходим вместе? – спросила Женя.
– Почему бы нет? – охотно согласилась я. – Через Томку договоримся. Я её как раз жду.
Мы расцеловались и распрощались, и ребята весело и шумно пошли дальше. Вдруг я увидела в коридоре знакомый силуэт. От радости перехватило дыхание. Я узнала Тому. Она спешила мне навстречу.
– Томка! – закричала я и бросилась вперёд.
– Софико! – крикнула в ответ Томка и рванула навстречу.
Мы крепко обнялись, расцеловались и первые несколько минут не могли сказать ничего вразумительного, кроме радостных восклицаний и каких-то бессвязных фраз, которые обычно говорят при встрече после долгой разлуки.
– Идём скорее в комнату, – сказала Тома. – Рассказывай. Что случилось? Я ведь ничего не знаю. Приезжаю в Киев, а здесь меня ждёт твоё письмо, из которого я ничего толком не поняла, кроме того, что ты бросила колледж.
– Хорошо, хорошо, всё расскажу, только не здесь, – сказала я. – Не хочу, чтобы кто-то случайно подслушал наш разговор. Лучше пойдём, погуляем где-нибудь, в кафе посидим.
– Давай, я только «за», – согласилась Тома. – Только сумку возьму.
Мы прошли в нашу комнату. В сердце кольнула ностальгия, и горечь сожаления накатила волной. Может, зря я всё это бросила, зря изменила так круто свою жизнь?
Но потом снова возникла картинка из недавнего прошлого – предательство, насилие, обида, боль; а потом картинка туманного будущего из моей мечты – я блистаю на подиумах Европы, красуюсь на обложках модных журналов. Я богата и успешна, меня любят, мне завидуют, меня добиваются.
«Нет, не зря, – снова сказала я себе. – Это моя мечта, моя цель».
Мы вошли в комнату. Всё было на прежних местах: кровати, тумбочки, шкаф, стол и стулья, зеркало на стене и старый постер с изображением группы «Металлика» на двери.
Я отогнала грустные мысли. Не хотелось омрачать радость встречи с любимой подругой.
Мы с Томой отправились в парк. Там нашли небольшой уютный ресторанчик и присели за столик.
– Давай чего-нибудь выпьем и перекусим, – предложила я.
– Давай, – согласилась Тома. – День сегодня такой чудесный, не жарко, птички поют, фонтаны журчат. Красота.
Мы заказали бутылку вина и рыбу.
– Ну, рассказывай, –
– Ничего особенного, – ответила я, поднимая свой бокал. – Всего лишь то, что я теперь проститутка.
Тома чуть не подавилась вином.
– Софико, разве можно так шутить? – говорила она, вытирая лицо салфеткой. – Предупреждать же надо.
– Я не шучу, Томочка, – сказала я серьёзно. – Вот уже месяц, как я живу и работаю в борделе, трахаю мужиков за бабки.
– Ты всё-таки к этому пришла, – пробормотала Тома. – Но зачем?
– А затем! – ответила я. – Затем, что я терпеть их всех не могу. Они все подлые предатели, изменники, лжецы! Теперь я знаю цену их словам, их чувствам, их обещаниям, их жизни. Они все, ежедневно, ежечасно, предают своих жён и подруг, свои семьи, своих любимых. Они приходят к нам, даже когда у них с любимой всё хорошо. Просто им нужно разнообразие, нужна разрядка. Понимаешь?!
– Подожди, подожди, – запротестовала Тома. – Причём тут все мужики Земли, вместе взятые? Какое тебе дело до них всех? Дело ведь не в них, не в остальных. Я права? Дело в нём одном, в Викторе.
– Не говори мне этого имени, – резко сказала я. – Нет больше Виктора в моей жизни.
– Вы расстались?
– Да, мы расстались, Томочка. Уже почти два месяца, как расстались, – ответила я. – Он предал меня. Он сделал мне очень больно.
– Он изменил тебе, что ли? – спросила Тома.
– Лучше бы изменил, – тихо сказала я. – Хотя, почему же? И изменил тоже. Томочка, милая, не расспрашивай меня сейчас. Я обязательно всё тебе расскажу, но позже. Сейчас ещё очень больно.
– Хорошо, моя милая Софико, – нежно сказала Тома. – Расскажешь, когда захочешь.
Мы молча выпили вина. Потом вдруг Тома взорвалась:
– Нет, я не понимаю! Ну, сделал тебе больно Виктор, ну, предал тебя, это всё понятно. Брось его, забудь. Но зачем же такие радикальные перемены? Зачем тебе из-за какого-то одного козла губить свою жизнь?
– Нет, Тома, он не просто козёл, – возразила я. – Он сволочь, мразь, подлый и жестокий, вместе со своим скользким дружком Игорем.
– И даже хуже, – согласилась Тома. – Они не стоят даже того, чтобы мы о них говорили.
– Полностью согласна! – сказала я. – Вот поэтому я и пошла в бордель. Я хочу заработать денег, много денег и добиться известности и славы, чтобы никто больше не мог мною помыкать, говорить, что и как я должна делать; чтобы никто больше не смог сделать мне больно. А для этого мне и надо узнать их мужскую суть, увидеть их изнанку. Я вряд ли способна буду полюбить кого-либо из них. Они делают больно, Тома, очень больно.
Тома молчала.
– А знаешь, что они просят им сделать, что им нравится? – сказала я со смехом.