Исповедь проститутки
Шрифт:
– Так, девочки, вы и так отняли у меня много времени, – сказал следователь, поглядывая на настенные круглые часы над дверью. – Единственное, что я могу ещё сделать для вас и вашей подруги – это принять ваше заявление. Так что сейчас подсаживайтесь ближе вон к тому столу, возьмите лист бумаги и опишите подробно всё, что вам кажется важным, в своём заявлении: «где, когда и с кем». Понятно?
Мы кивнули.
– Вот и хорошо, – сказал он, успокоившись немного.
Мы с Натали придвинули стулья к пустовавшему в данную минуту столу и склонились над листом
Следователь взял в руки исписанный с обеих сторон лист бумаги, пробежал глазами, затем сказал:
– Пока сгодится. Теперь напишите свои данные.
– Какие? – уточнила Натали.
– Имя, фамилию, номер телефона, – перечислил он. – На случай, если надо будет с вами связаться.
Натали записала свои данные и вернула заявление следователю.
– Всё, – сказал он, – вы свободны. Да, вот ещё что. Возьмите мою карточку. Позвоните, если ваша подруга вдруг объявится.
Он протянул свою визитку, на которой было написано: «Исаенко Борис Витальевич, следователь», и дальше служебный и личный номера телефонов.
– А что нам теперь делать? – неуверенно спросила Натали.
– Пока ничего, – ответил он. – Ждать.
– Кого ждать? – не поняли мы.
– Ждать, может, ваша подруга всё же вернётся, – сказал Борис Витальевич. – Если через два дня её не будет, позвоните мне.
– Спасибо, Борис Витальевич, – поблагодарили мы и вышли из кабинета.
В дверях мы чуть не столкнулись с молодым светловолосым мужчиной, с голубыми глазами и высокими острыми скулами. Он вежливо пропустил нас, а потом вошёл в кабинет и прикрыл дверь.
– Ого, – сказала я, – ты это видела?
– Что именно? – спросила Натали.
– Да то, что он чуть не съел тебя глазами, – улыбнулась я. – Вот это да! Вот это взгляд! Ты покорила его в одно мгновение.
– Софи, о чём ты думаешь? – упрекнула она меня. – Наша подруга, возможно, попала в беду, а ты заглядываешься на всяких проходимцев.
– Ну, во-первых, почему же сразу проходимец? – возразила я. – Обычный нормальный мужчина, молодой и симпатичный. А во-вторых, я вовсе на него не заглядывалась, а совсем наоборот, это он на тебя загляделся и чуть о дверной косяк не расшибся.
– Если таким образом ты пытаешься поднять мне настроение, то напрасно, – сказала Натали.
– Послушай, Натали, я тоже волнуюсь за Ксюшу, – ответила я. – Но это вовсе не значит, что мы должны с тобой сесть и рыдать в два голоса. Вы обе дороги мне, вы мне как сёстры. Давай лучше надеяться на лучшее.
Мы вышли из здания милиции и пошли вдоль улицы.
– Я проголодалась, – сказала я. – Давай зайдём куда-нибудь, перекусим.
– Давай, – согласилась Натали, – я тоже сейчас съела бы чего-нибудь.
Мы нашли приличное кафе и заказали обед. Нам принесли по тарелке свежей дымящейся солянки и небольшие хлебные лепёшки, усеянные кунжутными семечками. Мы с удовольствием набросились на еду, приятно обжигаясь горячим супом
– Скажите, а вы готовите горячий шоколад? – спросила я у официанта, когда с солянкой было покончено, и он подошёл, чтобы убрать посуду с нашего столика.
– Разумеется, – ответил он таким тоном, как будто это было обычное дело, и горячий шоколад был непременной составляющей меню каждого уважающего себя заведения.
– О, это великолепно, – сказала я, слегка хлопнув в ладоши. – Только я имею в виду настоящий горячий шоколад, густой, тёмный, горьковатый напиток. А не растворимый порошок какао, залитый горячим молоком.
Официант смешался. Я поняла, что под горячим шоколадом он подразумевал именно горячий какао.
– Всё ясно, – вздохнула я. – Тогда не надо. Несите счёт.
Он удалился, а я сказала Натали:
– Мы с тобой сейчас поедем в одно чудесное местечко, там с недавних пор готовят настоящий горячий шоколад! Уверена, ты такого ещё в жизни не пробовала. Вот увидишь, настроение твоё вмиг улучшится.
Мы расплатились и ушли. На улице мы поймали такси и, меньше чем через двадцать минут уже выходили возле нашего с Томой любимого кафе.
– Здесь готовят самый ароматный кофе и самый вкусный горячий шоколад, – сказала я, пропуская Натали вперёд.
– И обстановка приятная, – согласилась Натали, осматриваясь вокруг.
– Я бы даже сказала, душевная, – уточнила я.
Мы сняли шубки и присели за столик у громадного окна в пол.
– Софи, – обратилась ко мне Натали, пока мы ожидали свой заказ, – я тут подумала … А ты не могла бы связаться с Виктором и узнать у него номер телефона Игоря? Может, хоть что-то сможем узнать о Ксюше.
Я посмотрела на подругу.
– Я знаю, знаю, как для тебя это нелегко, – сказала она, – даже, наверное, невозможно. Но, может быть, ради нашей Ксюши ты всё-таки пересилишь себя?
– Да, Натали, – согласилась я после недолгого раздумья, – только ради нашей Ксюши. Гордость тут уже ни при чём.
– Правда? – обрадовалась Натали. – А я так боялась, что мне не удастся тебя уговорить.
– Только вот беда, – сказала я, – у меня нет номера Виктора. Он давал мне свою карточку, но я не взяла тогда. У Томки был. Но это было уже давно, месяц назад. Она могла не сохранить его. Ладно, сейчас позвоню ей, узнаю.
Я позвонила Томе.
– Да, Софико, – шёпотом ответила мне Тома.
– Ты ещё на парах, что ли? – спросила я.
– Да, последняя заканчивается, – прошептала она.
– Так, слушай, – сказала я, – сразу из колледжа дуй в наше кафе. Мы тут с Натали тебя ждём. Важное дело есть.
– Хорошо, ждите, – ответила Тома и выключила телефон.
– Всё, скоро приедет Томка, – сказала я. – А ты пока пробуй шоколад.
Официант как раз принёс две низенькие широкие чашки с дымящимся чёрным, густым напитком, поставил на блюдца и подал маленькие ложечки. Я склонилась над своей чашкой, и мой рот наполнился слюной в предвкушении лакомства.