ИСПОВЕДНИЦА
Шрифт:
Но, к сожалению, большинство из тех, кто когда-то часто проходил по этой галерее, были слепы в этом отношении, и поступали так, что многим поколениям людей было недоступно то, чем наслаждались их предки, то, что было ими завещано потомкам - возможность наслаждаться столь щедрыми дарами.
Поэтому дворец и был создан с помощью магии, он сам, по сути, был волшебством - единым заклинанием, - всецело направленным на укрепление мощи Дома Ралов. И поэтому он, преисполненный воплощения красоты, был постоянным напоминанием его хозяину о самом главном его наследии.
Однако, насколько бы завораживающим и пленительным не был дворец, его красота не могла сравниться с величием той мраморной статуи, созданной Ричардом, что Никки лицезрела в Алтур'Ранге.
Это было творение несравнимое ни с чем, оно было больше, чем даже само понятие красоты. Эта, преисполненная необузданной жаждой жизни, статуя вывернула тогда душу Никки на изнанку, возродив в ней все живое человеческое, навсегда изменив прежние догматы.
Ричард был тем самым из немногих Лордов Ралов, кто принес с собой то, о чем мечтали его предки - самую настоящую искру жизни: великую в мире из ценностей - важность и значимость каждого человека.
– Ты любишь его, не правда ли?
Никки прищурилась. А потом пристально уставилась на Энн, когда они дошли до конца галереи.
– Что?
– Ты любишь Ричарда, ведь так!?
Никки устремила свой взгляд вдаль, - Мы все любим Ричарда, так или иначе.
– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.
Никки задумалась, подыскивая слова, и не переводя взгляд, сказала:
– Энн, мне ли тебе объяснять, у Ричарда есть жена. Он не просто женат на ком то, он любит свою супругу. Боготворит ее и готов пожертвовать жизнью ради этой любви.
Энн промолчала.
– Кроме того, - прервала странное молчание Никки - Я та, кто пытался разрушить его жизнь - все наши жизни, если уточнить, - когда забрала его с собой в Древний Мир. И мне практически удалось это сделать. Ему бы следовало уничтожить меня в отместку за то, что я заставила его пережить. И я была бы с ним солидарна, прими он такое решение.
– Возможно, - наконец ответила Энн, - Но, то было в прошлом, а я спрашиваю о настоящем, о том, что есть сейчас.
– Что ты имеешь в виду?
Энн тяжело вздохнула, они повернули через пролет к очередной веренице ступеней, ведущих вглубь, к самому нижнему уровню дворца - прямо к гробницам.
– Ну, допустим, я считаю, что у Натана было довольно много причин ненавидеть меня, точно также как и у Ричарда нашлось бы их не меньше. Дело в том, что когда ЭТО происходит, все переворачивается сверх на голову. И подобные мысли просто вылетают из головы.– Как я совсем недавно заметила, все люди рано или поздно ошибаются. Натан нашел в себе силы простить мне мои ошибки. А так как ты до сих пор находишься в добром здравии, можно сделать вывод, что, Ричард, очевидно, простил тебе и твои проступки.
– Я же тебе говорю, что Ричард женат на любимой женщине.
– На женщине, которая вроде существует, а вроде и нет.
– Я ввела шкатулки Одена в игру, и поверь мне, я точно
– Но ты все равно меня не поняла, я не об этом толкую.
Никки приостановилась, - Ну так втолкуй мне, чего ты хочешь?
– Послушай Никки… - Энн замешкалась на секунду, - Вот, например, ты хотя бы можешь представить себе, насколько мне трудно не обращаться к тебе - «Сестра Никки».
– По-моему, ты несколько отклоняешься от темы.
Энн широко улыбнулась, - Так и есть, то, что я хочу до тебя донести - оно превыше всего, намного больше, чем судьба одного человека.
– И что же это?
Энн всплеснула руками - Да все! И эта война, и то, что он - Лорд Рал, и его дар, и вечная борьба с Имперским Орденом, и вызванные шимами проблемы с магией, и заклятие Огненной цепи, и даже шкатулки Одена, - все, понимаешь, все это. Если бы хоть кто-то из нас знал, в какую переделку он попал сейчас, и с чем ему приходится теперь бороться. Ты только представь себе, сколько Ричарду пришлось пережить, и сколько еще предстоит. Сейчас он одинок в своей борьбе, и ему не на кого опереться, нет рядом человека, который бы протянул ему руку помощи.
– Я не могу с тобой не согласиться: в этом плане ты абсолютно права, - сказала Никки.
– Ричард, как одинокий лист, упавший с дерева, на холодную землю. Он оказался в центре многих великих перемен, слишком многих для одного человека. Он стал ключевой фигурой, влияющей не только на исход событий, но и всех наших жизней. Судьба всего сущего зависит от каждого его шага, от того, каким будет его следующее решение. И если Ричард сделает неправильный выбор и оступится, то все мы канем в Лету.
– Ты только представь себе этого бедного мальчика. Ричард тот самый единственный за долгие три тысячи лет волшебник, обладающий обеими сторонами магии. Но он вырос, даже и не подозревая о своем даре. Будучи боевым чародеем от рождения, он до сих пор не знает толком, как правильно использовать свой дар.
– Да, я это допускаю. И что с того?
– Никки, ты можешь себе представить, каково ему приходится. Какой груз ответственности свалился на его голову. Ведь он вырос в Вестландии, в небольшом городке, и был лесным проводником. Ричард жил, не зная абсолютно ничего о магии. Нет, ты не можешь представить себе, как ему трудно тянуть этот груз, не имея и малейшего понятия о том, как управлять своим даром. А теперь, в довершении всего, он еще и назван игроком в борьбе за магию шкатулок Одена.
– Когда Ричард обнаружит, что магия Одена была вновь потревожена - и от его имени - ты хотя бы представляешь, какой ужас может его охватить, насколько это будет для него обескураживающим. Ведь он даже не умеет призывать свой Хань. А от него ожидают, что он будет умело обращаться, возможно, с одним из наисложнейших видов магии, которая до сих пор была неподвластна ни одному из волшебников.
– Вот поэтому я здесь и нахожусь, - сказала Никки, продолжая спускаться вниз по лестнице, - Я буду его учить, я стану его проводником в мир познания магического.