Исповедник

Силва Дэниел

Ланге увидел ее. Когда мотоцикл был уже рядом, он оттолкнул заложницу, вскочил в седло впереди Катрин, развернулся и устремился к дальнему краю площади. Какой-то карабинер попытался закрыть выезд, метнувшись к ограждению, но Ланге свалил его двумя последними выстрелами. Полицейский рухнул на мостовую.

Вылетев с площади через оставленный постовым проход, Ланге повернул на юг. В следующее мгновение преследователи потеряли его из виду.

На площади Святого Петра царил хаос. Первой задачей полицейских было восстановление порядка и обеспечение безопасности, а также оказание помощи

пострадавшим. Преследование виновника всей этой сумятицы отходило на второй план. Габриель знал, что профессионалу достаточно нескольких секунд, чтобы затеряться в лабиринте римских улочек. Однажды он и сам с успехом это сделал. Еще мгновение, и Леопард, человек, убивший Бенджамина и многих других, исчезнет навсегда.

Мотоцикл, на котором они с отцом Донати приехали из синагоги, мирно стоял там, где его и оставили, у Бронзовых врат. Ключи лежали в кармане. Габриель прыгнул на сиденье и включил мотор. Промчавшись вдоль колоннады, Габриель повернул вправо, как это только что сделал убийца, и тут же столкнулся с первой проблемой: продолжать путь по периметру Ватикана или свернуть налево, к южной оконечности Яникула. Он притормозил, и в этот момент какой-то турист с болтающимся на шее фотоаппаратом сделал шаг вперед и крикнул по-французски:

– Вы ищете священника с пистолетом?

– Да.

Француз указал на узкую мощеную улочку, заполненную административными зданиями и магазинчиками, торгующими религиозного характера сувенирами. Габриель повернул влево и дал полный газ. Если киллер выбрал для отступления именно этот маршрут, он мог легко раствориться на огромной территории парка и за несколько минут добраться до запутанных улочек Трастевере, пересечь Тибр и укрыться в жилых кварталах Авентинского холма.

Через сотню метров Габриель свернул вправо и проехал вдоль фасада старинного неухоженного палаццо. Добравшись до шумной площади возле реки, еще раз повернул направо и устремился вверх по пандусу, ведущему в парк. В конце пандуса была кольцевая развязка, проходившая рядом с входом в подземный автобусный терминал. Именно там Габриель впервые увидел мотоциклиста в черном, за спиной которого сидела женщина. Промчавшись по развязке, они исчезли в парке. Габриель устремился за ними.

Дорога, окаймленная широкими тротуарами и высокими пиниями, проходила через гребень холма, и в какой-то момент у Габриеля возникло ощущение, что он парит над городом. Приближаясь к площади Гарибальди, он во второй раз увидел мотоциклиста в черном – тот рискованно пронесся между двумя автомобилями. Как и предполагал Габриель, убийца выскочил на узкую улочку, уходившую в сторону Трастевере. Не обращая внимания на сыплющиеся со всех сторон проклятия и пронзительные гудки, Габриель прорезал поток движения и продолжил преследование.

Дорога шла под уклон, изобилуя крутыми поворотами. Полицейский мотоцикл имел преимущество в мощности, к тому же Габриелю не мешал пассажир. Он быстро сократил дистанцию до тридцати метров.

Управляя машиной правой рукой, Габриель взял в левую «беретту» и добавил газу. Мотоцикл прыгнул вперед. Женщина оглянулась через плечо, потом повернулась и неуклюже выстрелила в него из пистолета.

Несмотря на шум движения, Габриель услышал звук выстрелов. Одна пуля разбила ветровое стекло. Мотоцикл дернулся в сторону. Рука соскользнула с рукоятки газа. Леопард начал отрываться.

Восстановить

утраченный было контроль над машиной оказалось не так-то легко, но Габриель все же справился. Дистанция постепенно сокращалась.

Оторвав взгляд от дороги, Ланге посмотрел в зеркало заднего вида. У человека, преследовавшего его, были темные волосы, смуглая кожа и тонкие черты лица. Но больше всего Ланге поразило выражение полной сосредоточенности. Неужто Габриель Аллон? Агент по кличке Меч. Человек, хладнокровно проникший на виллу в Тунисе и убивший одного из самых охраняемых в мире людей. Человек, который, как обещал Касагранде, не встанет у него на пути. Очевидно, проблему решить не удалось. Что ж, когда-нибудь Касагранде ответит за это.

Но сейчас думать нужно было о другом: как уйти от преследования. За рекой, на Авентинском холме, его ждала машина. Чтобы попасть туда, нужно пройти через лабиринт Трастевере. Ланге не сомневался, что сумеет избавиться от израильтянина… если только доберется до Трастевере.

В Гринвальде его ждал дом. Там он мог жить в свое удовольствие: кататься на лыжах, приводить женщин… Альтернатива – грязная итальянская тюрьма, мерзкая пища, никаких женщин. И так до конца жизни. Нет, уж лучше смерть.

Он дал полный газ. Трастевере совсем близко. Там – свобода. Ланге еще раз посмотрел в зеркало. Израильтянин сократил дистанцию и приготовился стрелять. Ланге попытался увеличить скорость, однако машина уже шла на пределе. Катрин. Все дело в ней. Она стала лишним грузом.

Выстрелы. Пули прошли совсем рядом. Катрин вскрикнула. Он почувствовал, как ослабели вдруг ее руки.

– Держись! – крикнул Ланге, но его голосу не хватало уверенности.

Они уже выехали из парка и мчались теперь по узкой улочке, между запущенными жилыми домами. Поворот. Переулок оказался еще уже и был забит припаркованными по обеим сторонам мощеной дороги автомобилями. В конце улицы появился шпиль выстроенной в романском стиле церквушки. Крест на шпиле походил на прицел винтовки.

Катрин едва держалась. Ланге оглянулся. На ее губах пузырилась кровь, лицо было белым, как мел. Он взглянул в зеркальце. Израильтянин отставал не более чем на тридцать метров, но и это преимущество быстро таяло.

– Прости, Катрин, – пробормотал Ланге.

Он схватил ее за запястье и резко повернул. Что-то хрустнуло. Женщина снова вскрикнула и попыталась вцепиться в него другой рукой, но удержаться в таком положении уже не смогла.

Он чувствовал, как она сползает с сиденья. Потом услышал глухой стук, когда тело ударилось о камни. Ланге знал, что не забудет этот звук до конца жизни.

Оглядываться он не стал.

Женщина сорвалась с сиденья, рухнула на мостовую и покатилась по диагонали через улицу. На то, чтобы среагировать, у Габриеля было не больше секунды. Он сжал ручку тормоза, но тут же понял, что остановиться вовремя не успеет. Резко наклонившись влево, Габриель бросил мотоцикл на камни. Голова ударилась о мостовую. Сила инерции тащила его дальше; камни сдирали кожу. В какой-то момент перед глазами промелькнул взлетевший в воздух мотоцикл.

Он остановился, когда налетел на тело женщины. Ее прекрасные глаза были открыты, но жизнь уже ушла из них. Он поднял голову и увидел, как Леопард исчезает за шпилем церкви.