Исправители судеб
Шрифт:
Осенняя прохлада, бесцеремонно ворвавшаяся вслед за гостем в дом, принесла с собой и запах гари.
– Через час в кабинете мэра совещание и вы нам очень бы пригодились. Объяснить произошедшее, используя наши прежние представления о жизни, просто невозможно. Нужно мнение эксперта, – он отвёл взгляд в сторону, словно ему было неловко за то, что сейчас скажет, – консультанта полиции по вопросам, связанным с неординарными явлениями и обстановкой. То есть, ваше.
Эон старательно скрыл улыбку. Услышать подобное признание от человека, считавшего его работу никчёмной пустышкой, было
Но сейчас… Сейчас же Жан смотрел на него, как на последнюю надежду человечества.
– Так вам известны причины произошедшего? – спросил Эон.
– Вы про это забвение?
– И про него, и про неестественно длинную ночь.
– Нет, – обречённо мотая головой, ответил Жан. – К сожалению, даже более или менее разумных предположений у нас нет. Вот и паникуем, мистер Лэнхри.
– Значит едем на собрание, – ответил Эон. – Мне и самому любопытно, что стряслось, а вернее, почему так тряхнуло реальность. В любом случае, сидя дома, ничего не выяснить. А здесь сам мэр приглашает… – он наигранно сжал губы и задрал нос.
Жан кивнул, не оценив сарказма, и вышел на крыльцо. Эон накинул пиджак, обернул шею шарфом и, на всякий случай, взял сумку с инструментами и починенным прибором для замера выплесков энергии на эфемерном уровне. Попрощавшись с Ясминой, Кейт и Лили, он вышел на улицу.
***Машина ехала медленно и находившиеся в ней могли разглядеть гнетущую картину более детально. Город напоминал место военных действий: мёртвые тела, смердящие костры, тлеющие остовы машин, разбитые витрины и окна магазинов; разве что стены зданий оставались целыми, так как их не бомбили с воздуха.
В приёмной мэра было людно. Не считая секретаря – молодой смазливой девушки, – помещение было заполнено охраной и людьми высоких чинов. Разбившись на пары или небольшие группы, они перешёптывались о происходящем, то и дело тревожно озираясь по сторонам. Эон терпеливо ждал приглашения на совещание. Он молча разглядывал покрывавшую потолок изящную лепнину. Затем он взглянул в огромное арочное окно за спиной секретарши, через которое открывался вид на городскую площадь, где были видны дотлевающие костры, перевёрнутые машины и напуганные растерянные люди. Они сбивались в группы, размахивали руками, выкрикивали ругательства, утешали и подбадривали друг друга. На фоне неба, где-то совсем далеко, виднелись извивающиеся струйки чёрного дыма. С миром явно творилось что-то неладное.
– Пойдёмте, Эон, – тихо позвал Жан. – Сюда, – он приоткрыл дверь, ведущую в кабинет мэра.
Эон последовал за ним. Несколько охранников внутри кабинета расступились, позволив им пройти. Двери гулко захлопнулись за спиной и взору открылось весьма предсказуемое зрелище: большой стол из красного дерева у окна; на стенах картины и рамки с фотографиями, где были запечатлены личности,
Шторы были почти сомкнуты, поэтому дневной свет в помещение практически не проникал. Полумрак рассеивала пара больших круглых свечей, одна из которых стояла на столике, уставленном початыми бутылками с алкоголем, а вторая – посередине развёрнутой карты, лежавшей на столе мэра.
– День добрый. Хотя, навряд ли его можно таким назвать. Проходите, присаживайтесь, – сказал мэр, увидев вошедших.
Мэр сидел на стуле в самом тёмном и дальнем углу просторного кабинета. Положив ногу на ногу и подперев кулаком подбородок, он задумчиво смотрел на них.
– Здравствуйте, господин Фоули, – поздоровался Жан. – Как вы и просили – привёл специалиста по неординарным явлениям и ситуациям.
– Хорошо, – протянул Фоули, беспардонно разглядывая консультанта.
Жан самодовольно улыбнулся и покосился на серьёзного Эона.
– Наслышан о вас, мистер Лэнхри, – проговорил мэр. – Укротитель чернокнижников и чрезмерно талантливых фокусников, – добавил он, сипло усмехаясь. – Я прав?
– Ну, не совсем так, господин мэр, – ответил Эон.
– А вы скромняга, как я погляжу, – мэр прищурился и, уперев ладони в колени, подался вперёд. – Можно задать личный вопрос?
Эон неуверенно кивнул.
– Правда, что в детстве вам довелось увидеть смерть? – лицо мэра сделалось напряжённым, он замер в ожидании ответа.
Эон как будто ссутулился, опустил плечи, провёл пальцами по короткостриженому виску. Раньше этот вопрос ему часто задавали, но прошло время и интерес к старой истории поутих. Он не любил говорить о том, что так старательно пытался выбросить из памяти; с чем разобраться не было возможности, на что были потрачены дни, недели, месяцы…
– Порой мне кажется, что это лишь игры разума, – заговорил осторожно Эон. – Испуганный ребёнок, каким я был, мог дополнить настоящие факты фантазией и домыслами. Иначе, как принять невозможное и одновременно жуткое? – он прокашлялся и, выпрямившись, посмотрел мэру в глаза.
– Уходите от ответа, мистер Лэнхри, – мэр наигранно улыбнулся. – Простите за настойчивость и прямолинейность. Ещё один вопросик. Хорошо?
Эон плотно сжал губы и опустил глаза. Он догадывался, о чём может спросить собеседник, слишком хорошо, похоже, осведомлённый о его прошлом.
– На вашем плече действительно есть след, оставленный костлявой с косой? – почти шёпотом спросил Фоули.
Эон закрыл глаза. От одной только мысли об этом по телу пробежали мурашки. В районе правого плеча несколько раз кольнуло, словно кто-то незримый вонзал в него невидимые иглы.
– Ладно, оставим эту весьма любопытную тему на следующий раз, – мэр картинно развёл руками, видя смятение оппонента. – Сейчас у нас другой повод, не менее загадочный и, плюс ко всему, глобальный, – он хлопнул пухлыми ладонями по коленям.
Глаза Эона попривыкли к полумраку кабинета. Он осмотрелся – кроме мэра, пары охранников и их с Жаном в помещении находился ещё один человек: мужчина в военной форме. Поняв, что на него обратили внимание, тот поднялся со стула и поздоровался с Эоном и Жаном.